8 апреля среда
СЕЙЧАС -1°С
Деревня Ракула раньше была тихой малолюдной деревушкой, но сегодня сюда часто приезжают туристы и журналисты

Деревня Ракула раньше была тихой малолюдной деревушкой, но сегодня сюда часто приезжают туристы и журналисты

Историей о том, как в одной из деревень Архангельской области пенсионерки чуть не попали в тюрьму из-за ремонта часовни, мы открываем серию публикаций «Спасти и сохранить». Этот проект расскажет об уникальных церквях, храмах и часовнях из русской глубинки, которые мы рискуем потерять или уже потеряли безвозвратно. Многие памятники хоть и украшает табличка со словом «охраняется», но они  больше похожи на беспризорников. Кто за ними следит и какова их судьба? Чтобы ответить, мы отправляемся в путь по историческим местам.

«Охраняется», но разрушается

Всего в паре часов от центра Архангельской области таких объектов, увы, немало. Мы можем потерять их из-за времени — особенно оно не щадит старинные деревянные строения. Или несчастного случая, как это было в Карелии — в городе Кондопога сгорела деревянная церковь Успения Пресвятой Богородицы. Как часто бывает, когда спасение не приходит со стороны, простые люди пытаются взять эту миссию на себя. Мы проехали не одну деревню, и почти в каждой у ветхой церкви или полуразрушенного храма нашли смотрителя — обычно это бескорыстный местный житель.

Ракула — первая деревня, которую мы посетили. И это не случайно. Два года назад Ракула прогремела на всю страну, местные жители оказалась в центре федерального скандала — прихожане решили покрыть старинную часовню сайдингом. Их часовню Николая Чудотворца XVIII века заливало дождями через дырявую крышу. Гнилое дерево превратилось в труху, стены покосились. Прихожане собрали кто сколько может на ремонт. В итоге купили материалы, наняли рабочих и спасли часовню, но радовались недолго. А все потому, что народную инициативу никак не согласовали ни с епархией, ни с Минкультом.

Деревушка в Холмогорском районе на берегу Северной Двины с того момента перестала быть тихой — ремонт в Ракуле федеральные СМИ назвали «некультурным». Уголовные дела заводить на «реставраторов» из народа в итоге не стали, миллионными штрафами и тюремными сроками пенсионерок больше не пугают, но покоя сельчанам до сих пор нет. Памятником стали интересоваться еще больше, правда, не реконструкторы из Минкультуры или РПЦ, а туристы и пресса.

Миллионные штрафы или тюрьма

Деревенская наивность и простодушная смекалка аукнулась вниманием участкового, Министерства культуры, а потом и прокуратуры. Власти и контрольно-надзорные органы, которые раньше не часто вспоминали гниющую часовню, вдруг подняли тревогу — негоже памятник деревянного зодчества XVIII века спасать как попало. 

Часовня, действительно, сильно изменилась

Часовня, действительно, сильно изменилась

За искажение исторического облика, уничтожение или повреждение объектов культурного наследия есть риск получить штраф от трёх миллионов рублей и даже лишиться свободы сроком до трёх лет. Горе-«реконструкторов» пугали огромными штрафами, тюремными сроками, но в итоге полиция и прокуратура отказались возбуждать уголовное дело на предприимчивых прихожан. Только с тех пор, как говорят сами жители, никто из Минкульта так и не побывал в Ракуле.

Рассчитывали ли мы, что встретим их в день своего приезда? Честно говоря, нет — лесной сезон, при этом как и в другие деревни, ехали мы в Ракулу без предупреждения. Дом Надежды Пермиловской, главной героини абсурдной эпопеи, мы нашли сразу, но он оказался заперт. Потеряв надежду услышать историю из первых уст, запустили в небо квадрокоптер для фотосъемки. Как только техника зажужжала над куполом часовни, из соседнего домика выбежала обеспокоенная женщина.

«Она у нас одна. Не могли смотреть, как рассыпается»

— Вы что это тут делаете? Что такое тут над часовней нашей поднимаете? — взгляд у местной жительницы был строгий, настрой оборонительный.

Перед нами, как выяснилось, стояла еще одна участница этой истории Нина Николаевна. 

За два года «смотрители» часовни уже устали обороняться от чужаков

За два года «смотрители» часовни уже устали обороняться от чужаков

Она долго не решалась на разговор для публикации, но в итоге согласилась донести до всех свою главную мысль:

— Отступитесь уже от нас и нашей деревни! Идите лучше туда, где все развалилось! — просит она. — А нам Господь дал, мы все сделали. Неделю назад батюшка приезжал, люди причащались. Тут крестят еще — и местных, и приезжих. Нам эта часовенка нужна очень, она одна у нас! Не могли мы смотреть, как она покосилась, как рассыпается. Дерево крошилось в руке, как труха. Крыша протекала так, что едва забелили подтеки. А сейчас внутри ничего не пострадает уже — там у нас 21 икона. И чего про нас писать? Итак знают уже везде — от патриарха с Путиным и до Америки.

Неужели нам надо было смотреть, как чахнет наша часовня, — негодуют до сих пор прихожане. Тут многие местные жители считают, что бабушки-«реставраторы» не поторопились, а приняли экстренные меры.

— Спасать надо было срочно! — комментирует Нина Николаевна и показывает на стену. — Мы же не разрушили ничего, вся старина — под сайдингом. Даже старые гвозди видно. И рабочих собрали толковых, чтобы не навредить, не испортить. А в итоге делами уголовными нас пугать стали. Я ведь в возрасте уже, думала, от расстройства умом тронусь. Столько сил вложили в доброе дело, а напоролись-то на что? Мы просто выбрали самый долговечный материал. Кто нам еще и когда поможет? А дерево через пять лет сгниет, кому тогда поправлять часовню? Снова все будет гнить и падать? А так — постоит еще...

— Спасать надо было срочно! — комментирует Нина Николаевна и показывает на стену. — Мы же не разрушили ничего, вся старина — под сайдингом

— Спасать надо было срочно! — комментирует Нина Николаевна и показывает на стену. — Мы же не разрушили ничего, вся старина — под сайдингом

Несколько раз внутри белили стены, едва удалось перекрыть подтеки. Покрасили окна. Сейчас внутри сухо, а раньше внутри ветер гулял и дождь лил — такие были щели. От сырости пришлось спасать не только часовню, но и иконы.

Выдохнули в День Николая Чудотворца

Прихожане собираются тут каждые выходные — читают акафисты, молитвы, ставят свечки за упокой и здравие. Прихожане не понимают, почему вдруг небольшая церковная постройка, до которой никому не было дела столько лет, вдруг вызвала массовые беспокойства? Деревенские уверены, не вступись они в это дело, вышло бы, как в соседних деревнях, — там предостаточно разрушенных деревянных и каменных объектов, которые уже не восстановить.

Часовня находится на балансе Росимущества и входит в реестр памятников, охраняемых государством, и деньги на реконструкцию должны бы выделяться тоже государством. У местных свои рассуждения. На табличке, конечно, написано, что часовня подлежит государственной охране: «Лица, причинившие вред объекту культурного наследия, несут в соответствии с законодательством Российской Федерации уголовную, административную и иную ответственность». В таком случае появляется вопрос. Если равнодушие, как видим, тоже приносит вред, то кого можно обвинить в разрушении памятников культуры Севера за «преступное бездействие»? В уголовном праве формулировка применима только к человеку, потому что субъект преступления по уголовному праву — это физическое лицо.

Пенсионерки успокоились только 19 декабря, по интересному совпадению — в День святителя Николая Чудотворца, когда и прояснилось, что уголовных дел не будет

Пенсионерки успокоились только 19 декабря, по интересному совпадению — в День святителя Николая Чудотворца, когда и прояснилось, что уголовных дел не будет

Конечно, мы спросили у жителей, почему они изначально не обратились в тот же Минкульт со своей инициативой. Они ответили, что были там до начала всех работ. Узнали, что нужны затратные проекты, на которые у властей нет денег, а если повезет — долгие согласования бюджета.

— Не простояла бы наша часовня столько, сколько ждать нужно! — говорят они. — «Письменно обращайтесь», «Нет его на месте», «Приходите завтра» Нужна была срочная реанимация, а нам предлагалось смотреть на то, как умирает наша часовня.

Жители вспоминают все эти испытания с большой тревогой, но до сих пор уверены, что поступили правильно, — успокоились только 19 декабря, по интересному совпадению — в День святителя Николая Чудотворца, когда прояснилось, что уголовных дел не будет.

На въезде в Ракулу мы увидели вот такое творчество — жители тут с юмором

На въезде в Ракулу мы увидели вот такое творчество — жители тут с юмором

«Кто потом проследит? Господь»

Пытаемся выяснить, что за место такое Ракула, — заглянувший сюда на пару часов гость уедет в восхищении от красот холмогорской природы, но местный житель расскажет про все тяготы жизни в малолюдной деревушке. Оказывается, медицинский пункт тут закрыли, за помощью врача надо ехать в Холмогоры. Работать негде. А теперь еще одна напасть — закрыли разом и школу, и садик.

— Не знаю теперь, как быть, — комментирует Ольга. Она шла с велосипедом мимо нас, когда мы осматривали часовню, и остановилась пообщаться. — Я как раз в садике и работала, а теперь придется уезжать. Наверное, в Северодвинск поедем. Архангельск я совсем не переношу, честно говоря, я там задыхаться начинаю. Страшно представить, как будем прощаться с этой красотой. И пусть тут глушь, а зимой по пояс снега, все равно деревня — лучшее место для жизни. Жаль, что придется уехать.

Сама Ольга не из этой деревеньки, а из соседней деревни Ульяново. Часовню любит — здесь крестили ее дочку. Причем это было первое крещение в стенах часовни Николая Чудотворца.

— Я помню часовню до ремонта, честно говоря, мы рисковали ее потерять совсем. На мой взгляд, там и сегодня требуется ремонт, — комментирует Ольга. — В Ульяново тоже есть часовня, но она без куполов, больше на почту похожа, чем на церковное строение. А в эту часовенку все соседние деревни едут. И за нее, чуть что, встанут не только местные.

А переполох еще будет, инспекция по охране культурного наследия считает, что сам факт отказа в возбуждении уголовного дела не дает право жителям продолжать ремонты в таком стиле — это противоречит принципам охраны памятников. Руководитель инспекции Анна Ивченко уже публично заявляла, что облик часовни надо восстановить, а это возможно только после снятия сайдинга. Только тогда можно будет оценить состояние, разработать проектную документацию, провести историко-культурную экспертизу, согласовать с региональным органом охраны и получить добро на проведение работ.

Когда вся эта суета снова придет в Ракулу? Неизвестно. А пока что тут тишина. Трава вокруг часовни Николая Чудотворца выкошена, цветы растут, — чувствуется, что здесь каждый день кто-то по-настоящему охраняет часовню. Все ценное за зимний период изнутри убирается, следить остается Надежда Николаевна Пермиловская. А дачники — едут в город.

— Когда все разъедутся, кто ей поможет за часовней следить? — спрашиваем мы у Нины Александровны.

И она, не раздумывая, отвечает:

— Господь.

оцените материал

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!