17 августа суббота
СЕЙЧАС +14°С

Со скальпелем и блендером в руках: кто и как спасает от смерти старые книги в стенах Добролюбовки

Выяснили, как работает Региональный центр консервации документов и сохранения книжных памятников

Поделиться

В Региональном центре консервации работают над книжными памятниками, а также «ремонтируют» книги массовой литературы и журналы

Фото: Сергей Яковлев

Книгу можно купить в книжном магазине или заказать через интернет — тогда она будет лежать в руках вся новенькая и красивая. Ну а если нам нужен раритет? Кто-то поищет у букинистов, но большинство все же пойдет в библиотеку, где многостраничных свидетелей истории бережно хранят. Кто помогает книге сохранять свой облик, спасает её от «разрушений» времени и неаккуратных читателей, корреспонденты 29.RU узнали у специалистов Регионального центра консервации документов и сохранения книжных памятников, который работает в Добролюбовке.

Первые в очереди на реставрацию — краеведческие материалы

Путешествие в книжный мир мы совершили в преддверии Всемирного дня книг и авторского права, который отмечается как раз сегодня, 23 апреля. Первое, что отличает специалистов центра, — они фанаты своего дела и без книг жизни не представляют. У них сразу два направления работы: отдел из пяти человек занимается всем, что связано с реставрацией и ремонтом книг; ещё двое сотрудников изучают книжные памятники Архангельской области.

Наталья Лихачёва показывает одну из реставрируемых книг

Наталья Лихачёва показывает одну из реставрируемых книг

Заведующая центром Наталья Лихачёва рассказывает, что ежегодно им удается отреставрировать около 800–900 листов. В штате есть свой реставратор, но заниматься ему можно далеко не всеми работами — всё зависит от категории. Прямо в Добролюбовке реставрируются книги, выпущенные не ранее XIX века. Одну из книг, находящуюся в процессе реставрации, Наталья показывает — многие листы уже приобрели цельный вид и линии разрывов можно разглядеть лишь на свету.

— В первую очередь реставрируем краеведческие материалы, которые можем потерять безвозвратно. Например, бумага в 1920–1930-е годы использовалась очень ломкая, хрупкая, желтая. Её нужно успеть привести в порядок, — поясняет наша собеседница.

Реставрация — длительный процесс, который может затянуться и на целый год. Сначала специалисты проверяют кислотность бумаги с помощью специального прибора — pH-метра, потом листы промывают, сушат, если есть необходимость, то могут отбелить, поврежденные места реставрируют равнопрочной бумагой. Потом всё восстановленное складывают тетрадочками, прошивают вручную, то есть делают переплет. В самом конце решают, нужна ли обновленной книге обложка или достаточно положить ее в контейнер из бескислотного картона.

pH-метр определяет кислотность бумаги

pH-метр определяет кислотность бумаги

Книги в возрасте до XIX века Архангельск направляет мастерам-реставраторам высоких категорий в федеральные центры. Такова история восстановления синодика Свято-Троицкого собора, который был написан в 1709 году. Эту увесистую книгу с яркими иллюстрациями отправляли в Российскую национальную библиотеку — там ей укрепляли чернила и краску на акварельных рисунках.

Синодик Свято-Троицкого собора написан в 1709 году — один из двух дошедших до нас экземпляров

Синодик Свято-Троицкого собора написан в 1709 году — один из двух дошедших до нас экземпляров

— Синодиков с такими текстами и иллюстрациями существовало три. Один был в Михайло-Архангельском соборе, он написан в 1719 году, но не сохранился. Второй синодик я недавно описывала в Государственном историческом музее в Москве. У него нет предисловия, как у нашего. Принадлежал он Афанасию, первому архиепископу Холмогорскому и Важскому. Синодики переписывали на заказ, и наш экземпляр вложили в собор, когда в 1709 году начали его строить, — рассказывает о важной для центра книге Наталья Лихачёва. 

Дополнялся синодик вплоть до XIX века. Последние листы, которые в него уже вшивались, — бумага архангельской фабрики Ивана Демидова, которая располагалась на реке Мечке.

Так выглядит упаковка из бескислотного картона

Так выглядит упаковка из бескислотного картона

Многих сотрудников в центре обучали с нуля

Реставратор здесь всего один, но над внешним видом книг трудятся пять человек. Двое работают только над переплётами, что тоже требует высокой концентрации, точности и аккуратности. Когда мы пришли, за одним из столов сотрудница центра Татьяна Симерик работала над совсем еще новым изданием — романом «Авиатор» Евгения Водолазкина. Книгу издали в 2018 году, но уже успели зачитать.

На столе с «Авиатором» соседствуют самые простые предметы — канцелярский нож и линейки. На работу уйдет несколько часов. Татьяна Павловна рассказывает, что в месяц успевает поработать над 16–18 книгами: некоторые достаточно просто проклеить и положить под пресс, у других приходится вручную сшивать блоки.

«Авиатора» издали только в 2018 году, а книга из Добролюбовки уже нуждается в ремонте

«Авиатора» издали только в 2018 году, а книга из Добролюбовки уже нуждается в ремонте

Татьяна Симерик работает в центре около семи лет и всем технологиям книжного ремонта училась прямо здесь — с нуля.

— Я попросилась, и меня взяли. Раньше никак с этим профессионально не была связана, всему научили прямо во время работы. Мне всегда нравилась работа с книгой: детские книги когда-то дома переплетали, — вспоминает женщина.

За другим столом над переплётами трудится Александра Шестакова. Девушка окончила САФУ по специальности «издательское дело». В центре проходила практику и хорошо себя проявила. На ее столе диковинных инструментов больше: здесь и плоская стека из кости, и даже скальпель. Последним удаётся аккуратно отделить от обложки листы, с помощью которых она соединяется с книжным блоком, а стека помогает прогладить места склейки.

Среди других необычных инструментов у сотрудников центра, например, блендер. Это не ноу-хау архангельских мастеров: прибор, который привычнее увидеть на кухне, реставраторы используют для измельчения бумажной массы.

Из крупных предметов обстановки в Региональном центре консервации: несколько резаков и прессов, бесчисленные рулоны бумаги и металлические решетки для просушивания бумажных листов. Вдоль одной из стен расположилась большая раковина, под которой спрятались несколько пятилитровок с водой, дистиллятор и стеклянный шкаф с разными колбами и баночками с реагентами внутри — прямо как на уроках химии в школе. Всё это, поясняет Наталья Лихачёва, нужно для разброшюровки книг, очистки и промывки листов.

Всё оборудование центра размещается в одном небольшом кабинете, исключение — приборы для дезинфекции

Всё оборудование центра размещается в одном небольшом кабинете, исключение — приборы для дезинфекции

Ещё в одном кабинете, куда в уличной обуви, без масок и перчаток лучше не входить, проводится дезинфекция книг. В санитарные дни в Добролюбовке сотрудники центра спускаются в книгохранилище и ищут те книги, которые повреждены плесенью. Как правило, ее легко можно обнаружить — появляется пигментация или налёт.

— У нас нет специальных научных исследований. Но микробиологические повреждения мы можем определить. Мы сразу изымаем такие книги, чтобы не было поражения других документов. Уносим их в отдельном помещение, где только столы и оборудование для дезинфекции, — пояснила Наталья Лихачёва.

Кстати, и процессы дезинфекции сотрудники центра освоили самостоятельно. Всё благодаря тому, что раньше финансирование было гораздо больше. Центр создали в 2006 году, он стал участником национальной программы по сохранению библиотечных фондов.

Восстановиться целостность листов можно на базе регионального центра 

Восстановиться целостность листов можно на базе регионального центра 

Финансирования по программе помогало обучать людей с нуля, проводить мастер-классы или выезжать в разные музеи страны, чтобы описать книжные памятники из их фондов. Сейчас программы нет, и специалисты чаще консультируют дистанционно, бывает, что и памятники проходится описывать по фотографиям, высланным по электронной почте.

Жизнь, которую нужно сохранять

Наталья Лихачёва вспоминает, что сама пришла в библиотеку в 2001 году — в сектор редкой книги. С тех пор «болеет» изучением книжных памятников. 

Самая ранняя рукопись в фондах Добролюбовки — псалтырь XVI века

Самая ранняя рукопись в фондах Добролюбовки — псалтырь XVI века

Из футляров из бескислотного картона один за другим она достает раритеты — самая ранняя рукопись из фондов, псалтырь XVI века, самая старая печатная книга библиотеки 1551 года, обернутая в пергамент. О них наша собеседница говорит с гордостью:

— Состояние у неё — будто вчера вышла со станка. Бумага до 1830 года была ручного производства. Поэтому при соблюдении санитарно-гигиенического и температурного режимов книжные памятники хорошо сохраняются.

Изучением книжных памятников занимаются два человека. Одна из последних находок — атлас знаменитого мореплавателя и исследователя Арктики Фёдора Литке.

Реставрацией атласа занялись год назад 

Реставрацией атласа занялись год назад 

Атласом в центре заинтересовались год назад. Редактор романа «Книжники» писателя Михаила Чернокова, уроженца Архангельска, обратилась с просьбой поискать в фондах Дборолюбовки этот атлас. О нем она вычитала в одной из сцен романа, где библиофил увидел его у своего знакомого и, не выдержав, взял в руки, с любопытством начал изучать. Представить такое, конечно, сложно, ведь формат атласа — А2.

Его обнаружили в плохом состоянии в книгохранилище, дали библиографическое описание. Оказалось, что это шестой полный экземпляр в России. Он есть и в других библиотеках, но много где сохранился лишь фрагментарно. В Архангельске же у атласа не хватает всего двух последних листов. Специалисты центра промыли, высушили и отбелили его. О процессе сняли даже небольшой фильм.

Завершая разговор, наша собеседница уже сама говорит о том, что в их центре задерживаются надолго только те люди, которых работа с книгой захватывает. Несмотря на то, что у них нет сейчас большого финансирования и возможностей постоянно совершенствоваться в своем деле, исследовательский пыл побеждает:

— Попробуйте сейчас найти букварь 1980 года издания, по которым еще мы когда-то учились. Ведь не найдешь. А это наша жизнь, которую мы должны сохранять. Нужно иметь исследовательский ум, нужно сидеть долго, если это сложная рукопись. Но лично я не представляю, чем бы ещё могла заниматься.

Поделиться

Увидели опечатку?
Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!