15 октября вторник
СЕЙЧАС +1°С

Три «Слава Богу» и при чём тут Нёнокса: эколог объяснил, почему ЧП попало в повестку митинга

Не только про мусор, но и про испытания под Северодвинском говорили на митинге 22 сентября

Поделиться

Не только мусорную тему подняли на едином протесте. Фото сделано в Северодвинске

Не только мусорную тему подняли на едином протесте. Фото сделано в Северодвинске

Не только мусорная реформа попала в повестку согласованного митинга на площади Терехина, который прошел в Соломбале 22 сентября. Мусорная реформа по России, сопротивление на Шиесе, а также планы на строительство межмуниципального объекта для мусора из трех городов на трассе М-8, — к этим темам добавилась еще одна — испытания у Нёноксы. И поднял ее со сцены эколог и краевед, северодвинец Алексей Климов.

Северодвинец Алексей Климов провел замеры радиационного фона на двух металлических понтонах, выброшенных на берег Белого моря после взрыва под Нёноксой. Плавучие средства и мусор, выброшенный на берег, показывали на приборе до 750 микрорентген в час. На его исследования обратили внимание журналисты, и скоро власти Архангельской области признали понтоны, оставшиеся после взрыва под Нёноксой, «потенциально опасными», а потом губернатор области Игорь Орлов сказал, что надо эвакуировать понтоны, которые после ЧП в Нёноксе могут быть опасны, а после стало известно, что никакой угрозы нет.

Алексей Климов следил за ситуацией в Нёноксе с самого начала и со всеми своими выводами выступил на митинге в Соломбале

Алексей Климов следил за ситуацией в Нёноксе с самого начала и со всеми своими выводами выступил на митинге в Соломбале

Алексей Климов уверен, что если бы не общественность и журналисты, понтоны еще долго омывались бы волнами Белого моря.

— Не из Нёноксы 8 августа прилетело изделие, но оно прилетело из другого полигона под Нёноксу и лежало более года на дне морском, его дважды пытались поднять, неудачно, побоялись, перетащили на мель, — сказал в своем выступлении эколог из Северодвинска Алексей Климов. — И что меня больше всего насторожило при всем этом, страшно не то, что испытания проходят. Мы, северодвинцы, ненокшане, к этому привыкли. Мы живем на территории испытательной. Да, необходимо вооружаться, да, необходимо быть готовыми к вторжениям противника. Единственное, что не надо бить своих так, чтобы чужим страшно было. Что происходило? Молчание. Оно страшнее, чем сами испытания. Откуда угодно мы узнавали информацию, но не от системы радиационного контроля, которой мы так гордились в Северодвинске. Мы узнали это не от МЧС, мы узнали это случайно. Говорят, паника была создана искусственно, нет. Ее создали власти. 

Эколог уверен, что если бы СМИ не рассказали о понтонах в устье реки Верховки, их бы не стали убирать. 

— Что помешало сразу их ликвидировать? — задается эколог вопросом. — Если бы не дали новость о том, что ненокшане боятся, что эти понтоны зароют рядом с ними, их бы не стали вывозить. Я в этом уверен. Если дальше не контролировать, куда их увезли и что с ними произошло, их как-нибудь не так утилизируют. Вот в чем беда. Мы не верим, что все пойдет так, как надо. А как должно было быть? Должна была сработать система радиационного контроля, должно быть голосовое оповещение, которое не раз репетировали по городам и весям. Должна была быть организована горячая линия, на которой местным жителям отвечали бы на вопросы. А не мне, экологу Климову, а властям и компетентным специалистам. Где в это время были знаменитые экологи МЧС? Почти неделя молчания и только какие-то невнятные рассуждения. Но ничего кроме «Камеди-клаб» не получилось у наших властей. Харламов, изображая ситуацию с пожарами в Сибири, пожалуй, полностью скопировал поведение нашей власти: «Все в порядке, у нас все есть, у нас ничего не будет, не беспокойтесь, безопасность на высшем уровне». 

Климов в своем выступлении отметил, что экологи не создают панику:

— Уровни выбросов были не такие, чтобы погибнуть или сильно пострадать. Не было огромной опасности. Но в чем главная проблема — нам показали потенциальную опасность. И есть три «Слава Богу». Первое, что изделие взорвалось под водой. В четырех метрах от дна. А если бы оно взорвалось на платформах? Второе «Слава Богу», что дождь был после обеда, а не во время прохождения облака инертных газов над Северодвинском, иначе бы возникли пятна изотопов. И третье «Слава Богу» — что не погибли наши военнослужащие. Но чьи-то же погибли. Так что общественность в первую очередь встревожила неготовность наших властей адекватно действовать в чрезвычайной ситуации. И если мы и дальше не будем требовать гласности, будут продолжаться испытания? Да. Будут ли они также безответственны к населению и близки к большим населенным пунктам? Возможно. Что сделать для того, чтобы этого не было? Противодействовать всей общественностью. Мы стоим на Шиесе — стоит стройка на Шиесе. Мы поднимаем вопрос о гласности — власти вынуждены реагировать. Мы хотим жить на чистом Севере.

Алексей Климов — постоянный спикер СМИ регионального и федерального уровней, также он ездил в Нёноксу, чтобы ответить на вопросы местных жителей о влиянии произошедшего 8 августа на экологию.

оцените материал

    Поделиться

    Поделиться

    Увидели опечатку?
    Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
    Гость
    22 сен 2019 в 16:55

    прекратите называть Климова экологом. Это неправда.

    Гость
    22 сен 2019 в 16:49

    Без болтовни Климова такое мероприятие не обошлось бы. В войну такого б расстреляли за панику, шпионаж и утрату вверенного дозиметра. Не знаю, журналисты ли переврали, или он сам такую бессвязную чушь нес - но это же глупости все.

    игорь
    22 сен 2019 в 17:45

    а что вы там свою свалку убрали?
    а куда?