На «Белый июнь» в Архангельске приехал писатель Александр Пелевин

В этом году премия «Национальный бестселлер», которую присуждают за лучший роман на русском языке, досталась петербургскому писателю Александру Пелевину за его книгу «Покров-17». Это уже его четвертый роман, но популярным у массового читателя Александр становится именно сейчас. Впрочем, не меньше он известен и своим аккаунтом в Twitter, где не стесняясь может и поныть, и пошутить, и показать своего кота (у которого, к слову, есть своя отдельная страница). В Архангельск Пелевин прибыл в рамках литературного фестиваля «Белый июнь». Город встретил писателя не очень радостно: вначале он нарвался на плохой обед в одном из местных заведений, а затем его застала за курением в парке полиция. Всё, впрочем, обошлось хорошо — горожане посоветовали Пелевину, где можно поесть без риска для здоровья, а со стражами порядка удалось разойтись без дальнейших проблем. Позже он прошелся по набережной Северной Двины и даже побывал на пароходе «Н. В. Гоголь». А так же ответил на вопросы 29.RU. «Призываю власти ввести профессию писатель» — Александр, вы получили серьезную награду — «Национальный бестселлер». Чувствуете ли вы себя звездой после этого? Разделилась ли ваша жизнь на до и после? — Очевидно, такое разделение есть, потому что стало больше публичности, популярности, разнообразных интервью, путешествий, приглашений на фестивали. Всего этого стало сильно больше. С одной стороны, это круто — тут грех жаловаться. С другой, иногда всего этого слишком много, и психика немного заматывается. Мозг просто устает быть со всеми на связи, отвечать на приглашения. Надо будет месяц посвятить целиком себе: скататься в Крым, искупаться в море и быть снова в форме. Кроме того, это ведь и очень важная личная история. В последние месяцы всё стало вставать на свои места, всё стало интереснее. Я очень доволен. Жить стало лучше, жить стало веселее. — Вы, кроме написания романов и стихов, зарабатываете созданием сценариев и занимались журналистикой. Хотелось бы вам заниматься только непосредственно литературой, не отвлекаясь на всё остальное? — Конечно, хотелось бы! Это было бы идеально! Я призываю российские власти ввести профессию писатель и платить за нее зарплату, как в СССР. Сидишь себе в [дачном поселке] Переделкино, пишешь там вдохновенно… Но, к сожалению, реальность совсем другая. С другой стороны, чем дальше ты продвигаешься по писательской лестнице в плане публичности и известности, тем больше у тебя возможностей зарабатывать деньги другими способами: писать колонки в СМИ, делать сценарии и так далее. Становится проще искать новые способы работы. Известность можно конвертировать в деньги. Не то что бы я получал огромные суммы, но на жизнь хватает, нормально. «Хорошо, когда ты делаешь для вечности» — А если бы мы сейчас жили в СССР, то каким бы вы хотели быть писателем — именитым, разрешенным, у которого всё время подчинено творчеству на даче, или культовым, но которого передают друг другу в самиздате? — На самом деле сложный вопрос. Конечно, с одной стороны, круто быть писателем, который сидит в Переделкино или является заместителем первого секретаря ЦК в Союзе писателей. А с другой стороны, всё-таки хорошо, когда ты делаешь это для вечности. Если отбросить мое ёрничанье, это то, ради чего на самом деле мы и живем. Хотя были и те, кто, работая в Союзе писателей, остался в вечности: это, например, Юрий Бондарев, это вся лейтенантская проза. И там, и там были таланты и были бездари. Мне кажется, что талант не зависит в данном случае от статуса. — А зависит ли он от места? Мы сегодня с вами находимся на литературном фестивале, на который приехало много именитых гостей, современных авторов. Но складывается впечатление, что наш город может в ответ предложить только презентацию местных классиков — условных Федора Абрамова и Степана Писахова. — Черт его знает, если честно. Мне кажется, что российские регионы сильно оторваны в культурном плане от столиц. Об этом мне и во Владивостоке говорили, там эта тема еще более ярко выражена. Конечно, место пребывания всегда накладывает отпечаток и на жизнь, и на творчество. Очень бывает обидно, что в регионах вырастают потрясающие люди, писатели, возникают совершенно гениальные тексты, которые в силу их географического положения мало знают. Это печально. Есть, например, отличный поэт из Пензы Владимир Навроцкий, мой хороший товарищ. Есть писатель с Дальнего Востока Василий Авченко, очень хороший. Он стал немного известнее, я очень рад за него. Даже несмотря на то что появился интернет, — пожалуйста, читай — не хочу! — всё равно есть географическая привязка. Киберпанк у нас в этом плане пока что не наступил. «В Twitter зло превратилось в мем» — У меня есть товарищи, которые знают вас исключительно по Twitter, а с вашим творчеством не знакомы. — Это вполне нормально! — Эта страница для вас — личное или презентация себя как писателя, творческого человека? — Это и то, и другое. В большей степени, конечно, это личная страница, потому что я ее и заводил как таковую, чтобы поныть, как мне плохо и грустно. И долгое время я ее так и использовал. С обретением публичности я вроде бы должен более ответственно относиться к тому, что я пишу в Twitter. А с другой стороны, не хочется. Быть живым и искренним — это тоже важно. Я очень рад, что есть возможность быть публичным человеком и писать то, что ты хочешь. Считаю, что я в этом плане в привилегированном положении: более известные и знаменитые должны десять раз подумать, прежде чем что-то написать, иначе его «отменят» и всё прочее. А я — нет. Но есть и другие — [писатель] Алексей Поляринов, например. Он там тоже хорошо пишет. — Помимо постоянных мемов и шуток про кота, в вашем аккаунте встречается такая вещь, как «собирание Гитлера», когда без всякого повода пользователи в комментариях печатают по одной букве — Г, И, Т и так далее. Как вы сами себе объясняете этот странный челленж? Всё-таки мы привыкли, что с этой фамилией связана большая трагедия, а здесь ее превращают в шутку? — Да, это правда — есть опасение, что люди могут всерьез воспринять, что мы собираем Гитлера в Twitter, потому что мы тайная секта подпольных нацистов из Антарктиды. Но на самом деле это не сборка Гитлера — это, по сути, наоборот, его деконструкция. Гитлер, который хотел завоевать полмира, стереть Ленинград с лица земли и владеть всем, в итоге не получил ничего и самоубился. Так мало того, над ним еще и в интернете смеются, из него делают шута, посмешище. Зло превратилось в мем, и это отлично — он стал таким Микки Маусом, и это максимальное унижение идей нацизма, которое только может быть. Это же отлично! С другой стороны, я слышал опасения, что, когда мы деконструируем образ Гитлера, и из реального зла он превращается в шутку, это может привести к тому, что мы не сможем распознать настоящее зло, когда оно придет. Возможно, эта точка зрения имеет право на жизнь, но пока что я наблюдаю прекрасное постмодернистское расчленение образа Гитлера, и это замечательно. «Чтение — это уход от реальности» — Нужно ли нам сегодня читать? Становится ли сегодня в России меньше читающих людей? Есть точка зрения, что лучше не уходить в выдуманные миры, а жить этой жизнью. — Конечно, нужно, всегда, всегда абсолютно. Не знаю, становится ли таких людей меньше — мне не с чем сравнить, я же не знаю, как читала молодежь лет 20 назад. Я, наоборот, вижу, что среди молодежи много начитанных, тех, кто интересуется литературой — и современной, и классикой. Из моих читателей в Twitter есть много людей, которым лет по 16–18, и которые интересуются всеми новинками. Это тоже очень здорово. Конечно, всё это делается для того, чтобы немножко побыть вне реальности. Реальность, она — что? Стоишь, куришь возле мусорных бачков, подходят полицейские и говорят, что тут курить нельзя. А в книге мы можем эту историю как-то по-другому повернуть. Конечно, это уход от реальности. А зачем жить в этой реальности, если из нее нельзя уйти на время? Одно другому не мешает, я не вижу противоречия совершенно. Если человеку это увлечение мешает жить, то ему надо сходить к психотерапевту. А если не мешает, то отлично. — Кого вы посоветуете почитать из своих современных коллег? Что в последнее время понравилось лично вам? — Недавно выла новая книга Кирилла Рябова «777», очень хорошая. Рябов вообще большой молодец, он обрел свой потрясающий стиль — такой, «гайричиевский» и «тарантиновский». Скоро выйдет книга моего коллеги по шорт-листу «Нацбеста» Ивана Шипнигова «Стрим». Шипнигов отрясающий — он очень умелый стилист, очень здорово работает с современным интернет-языком. Это как Сорокин, только добрый. Сорокин тоже играет со стилями, но своих персонажей ненавидит. А Шипнигов их любит, это сразу видно. Это позитивная вещь о живых людях, которые вокруг нас. Литературный фестиваль «Белый июнь» проходит в Петровском парке Архангельска с 25 по 27 июня. Мы уже рассказывали о его расписании и опубликовали колонку жителя города, который объясняет, почему на него важно сходить. Также в парке развернулся пункт вакцинации от COVID-19 — мы пообщались в прямом эфире с организатором фестиваля Василием Ларионовым. А также поговорили с теми, кто решился на прививку прямо во время этого мероприятия.