Экология репортаж

«И скотине не напиться, и люди без воды»: как золотодобытчики убивают российские реки (видео)

Местные молят что-то с этим сделать — они устали жить рядом с опасной для жизни и здоровья водой

До Красноярска отсюда всего 160 километров, но о своих проблемах до краевых властей докричаться невозможно

Несмотря на то, что мы живем в 2021 году, золотая лихорадка в России не прекращается. Получить лицензию на добычу рассыпного золота становится всё легче, а реки защитить — всё сложнее. Страдает при этом не только экология, но и многочисленные поселения по берегам, которые эти реки кормили рыбой испокон веков. И сколько бы ни объявлялось запретов и проверок, ситуация лучше не становится. Так, за прошлый год Минприроды 77 раз организовывало внеплановые проверки предприятий по добыче россыпного золота на основании лицензий. Загрязнения обнаружили на территории Красноярского, Пермского, Забайкальского краев, в Иркутской и Магаданской областях, Туве, Хакасии. В этом году уже Росприроднадзор объявил масштабную проверку рек. А что получается на деле? Чище ли стала вода в Сибири, на Урале, Дальнем Востоке?

Только в Красноярском крае общая протяженность загрязненных рек превышает 1,5 тысячи километров. Среди них — Солбия, Колба, Кувай и даже любимая красноярцами Мана.


Команда NGS24.RU съездила в один из поселков юга Красноярского края, где люди уже 30 лет не видели прозрачной воды в реке. Они с опаской едят рыбу из нее и боятся стать жертвами очередного наводнения из-за сбросов отстойников артелей. И такую ситуацию можно встретить во многих населенных пунктах страны, где рядом моют золото.

Поселок у сизой реки


Река Мана — один из самых известных притоков Енисея, в нее впадает около 300 рек. Места красивые и богатые. Здесь, под Красноярском, еще в начале XIX века бушевала сибирская золотая лихорадка. Сейчас, спустя почти 200 лет, ничего не изменилось, а последние годы стало только хуже из-за появления у старателей тяжелой техники и странного законодательства.

Река Кувай влюбляет своими живописными видами

До поселка Колбинского из Красноярска 160 километров. Стоит он на одном из многочисленных притоков Маны — Кувае. Река живописная, местами причудливо извивается между зарослей, но вода в ней сизая, непрозрачная.

На мосту возле синих «Жигулей» стоит пожилой мужчина, курит. Останавливаемся спросить дорогу, рассказываем, что приехали снимать репортаж про загрязнение рек. Его взгляд становится заинтересованнее.

Рядом много рек — Александр Иванович рассказывает, что всю жизнь ловит в них рыбу

— Давно моют золото, но грязи такой не было. В прошлом году здесь вообще обнаглели! Напрямую моют без всяких отстойников, сами говорят: «Нам легче штраф заплатить», — возмущается мужчина, представившийся Александром Ивановичем.

— А вы что тут делаете?

— Я рыбу ловил. Хариус. Будете брать?

— А здесь можно ловить?

— Ну я ловлю и ем. В основном жарю, так всё вредное убивается.

Колбинский — до 1976 года называемый Скотопрогонным — населяет около 700 человек. Местные говорят, что во времена Гражданской войны здесь проходил Колчак. Сейчас сюда редко кто заезжает — делать в поселке особо нечего, хотя места живописные, вокруг горы и лес. Живут здесь в основном пожилые — те, кто родился в Колбинском или в 70-е приехал работать на леспромхоз, богатое в те времена предприятие.

Жители настаивают, что название на въезде поселения неверно — официально поселок называют Колбинский

— Муж и брат у меня на леспромхозе работали, и я тоже — передовики производства были. Жили, детей растили, их раньше от школы везде возили — и в Ленинграде были, и в Волгограде. А сейчас — ничего. А в 90-х, ой, мы уже маленько хлебнули. С тех пор уже ничего хорошего не было, — вздыхает местная жительница Надежда.

Сейчас работы в поселке нет совсем — повезет, если удастся устроиться в местное отделение МЧС или в школу. Те, кто не уехал в города или поселки покрупнее, «по вахтам мыкаются». А многие пьют, как это часто бывает в российских деревнях.

— Запиваются вусмерть. Потому что полная распущенность, ничем не заняты, работы нет — они пьют. А на водку где-то находят. Кто-то пьет каждый божий день — как здоровья хватает? — удивляется Надежда.

Работы в поселке нет, и, как часто это бывает, большую часть населения здесь составляют пенсионеры

В поселке есть школа на 60 детей, три магазина (в одном можно даже расплатиться картой), клуб и фельдшерско-акушерский пункт. На весь поселок один фельдшер и одна машина скорой помощи. Когда фельдшер в отпуске, медицинской помощи фактически нет, но если что-то срочное, то местные ездят в больницу в Шалинское или, как здесь его называют, в Шало.

Какая-никакая общественная жизнь в Колбино присутствует, хотя посреди дня на улице малолюдно и тихо, только коровы флегматично жуют траву где-то в стороне. Повсюду агитационные плакаты, которые готовили к прошедшим уже выборам, единственный избирательный участок находится в местном клубе.

Связи нет, поэтому о событиях узнают через доски объявлений. Например, на выходных в поселке прошел праздник «Веселый огород», а в ближайшие дни колбинцев зовут на обработку рогатого скота от болезней. Всё-таки скот и огород — то, что кормит местных. Денег здесь особо не водится.

Несмотря на тяжелую жизнь в поселке, в город перебираться люди не спешат

— Пенсия небольшая, у меня 13 тысяч, у мужа — 14. 32 тысячи потратили на заготовку дров на зиму, сейчас сам он уже не может — возраст, и глаз один не видит. А огород нас кормит. Раньше еще корова была, но тяжело стало с ней возиться — мы ее дочери отдали, — вспоминает колбинка Надежда.

Глина вместо воды

И без того непростую жизнь в деревне усугубляют работающие выше по течению Кувая старатели — вечно грязная река, в которой почти перестала водиться рыба, оптимизма не добавляет. Работать туда приезжают люди из стран ближнего зарубежья — местных на вахту не берут. И даже гравий не дают дороги отсыпать. Сплошные минусы.

Такая вода текла в Кувае в начале сентября

Старожилы Колбинского Илья Корнеенко и Николай Шудров возмущаются: золото добывают уже лет 30, но в последнее время становится всё хуже, и сил терпеть всё это просто никаких нет.

Илья Корнеенко и Николай Шудров — старые друзья
Мужчины вспоминают, что когда-то речка была чистая и в ней можно было купаться

— Первый сезон они помыли золото, вода — глина гольная шла. Люди стали шуметь, они в эти отстойники стали какую-то жидкость лить — вода как слезинка стала. А потом им сказали, что они экологию нарушают — и они перестали. А рыба-то там водилась, много было. А сейчас рыбы стало меньше. Но мы всё равно ловим, хоть и боимся, — признаётся Николай Шудров. — Всё золото, золото моют! Был такой поселок Жайма, от нас 50 км, так там дошло до чего — часть поселка вообще закрыли, людей переселили, там золото добывали. Дом построили в райцентре и всех туда переселили. Там несколько человек за железной дорогой живут, и всё.

Полупустых поселков вокруг Колбинского много — и дело, впрочем, не только в золотодобыче, а в том, что лесозаготовительные и сельскохозяйственные предприятия пришли в упадок.

Река серо-голубого цвета — и это она еще чистая
Если пройти по воде, потянутся рыжие разводы

В этом году в начале сентября вместо воды в реках текла глина — «хоть ложку ставь, она стоя поплывет».

— Колонки были забитые, вода пошла рыжая. И скотине не напиться, и люди без воды. Бучу подняли, приехали, всё уладили — вода чище стала, — возмущаются старожилы.

Глава Колбинского сельсовета Наталья Лакомова обращения по поводу воды в Кувае регулярно пишет в край, но проблема решается только на время.

Глава сельсовета Наталья Лакомова пишет обращения в край, но это решает проблему лишь на время

— Хуже стало последние года два. Периодически вода желтая бежит — прямо глина — мы начинаем общаться, письма пишем, через прокуратуру действуем — они приезжают, пробы берут, она пару дней почище, и потом всё возвращается.

Краевая прокуратура уточнила, что за загрязнение рек на юге края в этом году ответственны сразу несколько компаний: ООО «Сибирские сельские машины», ООО «Голд Филд», ООО «Среднеманское». Их представители отказались от комментариев журналистам.

Золотодобыча идет в устье реки — так это выглядит сверху

В октябре 2020 года замминистра экологии Красноярского края Юлия Гуменюк рассказывала, что в Кувае превышение ПДК по взвешенным частицам в 200 тысяч (!) раз, по железу и меди — в 720 и 250 раз соответственно.

Осадки или сброс артели


Экология — не единственная проблема при работе золотодобытчиков на реках края. Есть кое-что пострашнее — отстойники артелей порою угрожают поселениям по течению разливом. Так, 19 октября 2019 года поток грязной воды с выработки компании «Сисим» смыл в ночи деревянные балки со спящими рабочими — погибли 20 человек.

Часть жителей Колбино убеждены, что они тоже сталкивались с подобным. В прошлом году три улицы — в том числе и дом Ильи Григорьевича — затопило. Эту историю он вспоминает с ужасом:

Илья Григорьевич показывает, что река поднималась до уровня печки

— Поднялась вода. Внук в час ночи шел с клуба — воды не было. Под утро жена проснулась от журчания: весь огород и вся улица были в воде, метра полтора, наверное, воды было. Сюда приехали МЧСники из Красноярска, эвакуировали, ходили по дороге, на лодках плавали. Мы всё-таки думаем, что там резко открыли какой-нибудь отстойник, и вода хлынула. Но нас уверяют, что всё дело в дождях. В этом году тоже были дожди, но вода так не поднималась — чуть-чуть подтопило. Такого не было.

Мужчина делится: выплаченных 50 тысяч на устранение последствий не хватило

В итоге у него дома и на летней кухне вздыбился линолеум, взошедшая картошка утонула, дом повело. У соседей утонули свиньи и курицы. Пострадавшим выдали по 50 тысяч — но этих денег не хватило, чтобы ликвидировать ущерб. Сам Илья Григорьевич покупал цемент и возил из города, чтобы укрепить дом. А урожаем друг с другом делились соседи, или из города привозили дети.

По данным ГУ МЧС по Красноярскому краю, причиной этого подтопления стали осадки, из-за которых река и вышла из берегов. Глава Колбинского сельсовета Наталья Лакомова придерживается официальной версии. Среди жителей Колбинского нет такого единства во мнении по этому поводу.

Вся улица была залита водой. Вместо дороги — река

Как работают надзорные органы


Проверки артелей регулярно проводят специалисты Росприроднадзора, природоохранной прокуратуры Красноярского края, министерства экологии и аккредитованных лабораторий. Как отдельно друг от друга, так и совместно.

— Мы проводим проверку по трем направлениям: по северной, южной и центральной и восточной группам районов. С помощью авиатранспорта можно посмотреть, есть ли загрязнение водного объекта. Если находим источник — начинаем работу на месте — каждый специалист по своему направлению, — рассказывает помощник природоохранного прокурора в Красноярском крае Татьяна Селезнева.

Виды сверху открываются живописные

Пробы берутся на 50 метров выше источника — это фоновая проба, где бежит чистая вода, далее — в месте сброса и в трех точках ниже места сброса. Затем аккредитованная лаборатория проводит анализ воды.

Несмотря на существующую схему проверок, проблема с загрязнением рек остается актуальной.

— На мой взгляд, объяснить это можно халатным отношением к технологии добычи. Когда мы приезжаем, мы всегда слышим одно: у нас закрытая кольцевая система отстойников. На практике мы видим абсолютно иное, — считает Татьяна Селезнева.

Загрязнение Маны летом этого года: грязная вода из притоков заполнила прибрежную зону реки

Росприроднадзор отвечает СМИ только по запросу — мы направили его в адрес ведомства и опубликуем, когда получим ответ.

«Как стервятники, пытаются изуродовать все новые реки»

Эксперт Всемирного фонда дикой природы, координатор международной экологической организации «Реки без границ» Александр Колотов объясняет, что основные источники проблемы — сложности с мониторингом и слишком легкий процесс получения лицензий на золотодобычу. Получить ее у Роснедр может любой, кто зарегистрирует ИП. А дальше происходит следующее:

— Он собирает все документы, и отказать в добыче ему никто не может. Предприниматели берут в лизинг тяжелую технику, отрабатывают участок и уезжают. Этого хватает, чтобы закрыться в плюс. Как стервятники, пытаются уничтожить и изуродовать все новые реки.

Как правило, в устьях добычу золота ведет сразу несколько компаний

Когда геологи находят в русле реки золото, в этом месте начинают копать отстойники, чтобы зачерпывать воду и мыть золото. Под отстойники вырубают лес. Ландшафт местности меняется радикально.

— Вся эта глина и взвесь годами будет идти в реку из этих отстойников, вода будет мутная. В итоге река загрязняется, ни о какой ценной рыбе речи быть не может, купаться в такой воде тоже нельзя. Рекультивации не происходит — разве что выравнивают площадку бульдозером и уезжают. Никто не высаживает там деревья и не ждет, когда корни схватят берег, — объясняет Колотов.

Есть ли по течению реки населенные пункты, старатели разбираться вообще не обязаны.

Цвет реки, в устье которой моют золото

Отслеживать загрязнения рек сложно, объясняет эксперт WWF — спутниковый мониторинг, который проводят экологи, в суде не принимается. Как правило, это снимки низкого разрешения, которые сделаны спутниками NASA и Европейского агентства, — они не могут делать высококачественные снимки над территорией России. Подходящие снимки есть у «Роскосмоса», но он их не предоставляет. Конечно, Росприроднадзор в Красноярске реагирует на сигналы общественников — но ведомство заключено в рамки регламента, который вредит оперативности.

— По итогам сигнального мониторинга мы уведомляем надзорные органы, после чего они должны уведомить прокуратуру и выехать на место отобрать пробы. А для этого должны предупредить владельцев артелей о том, что приедут, — поясняет Колотов.

В свое время, по его словам, именно это привело к трагедии на прииске на реках Сисим и Сейба — 19 октября 2019 года поток грязной воды с выработки компании «Сисим» смыл в ночи деревянные балки со спящими рабочими. В потоке грязи и воды погибли 20 человек.

— Из-за того, что им сказали о проверке, они прекратили сбросы, и вода копилась в отстойниках, к тому же там прошел дождь. Вода сверху пошла. А почему они сделали жилье под этими прудами — не знаю, — вспоминает эколог.

Даже трагедия на Сисиме и Сейбе не изменила правила добычи золота

Александр был уверен, что после этого случая выдавать лицензии и проверять золотодобытчиков будут строже, — но с тех пор ничего не изменилось.

Что можно с этим сделать?

Общественники предложили федеральным властям целый ряд мер для того, чтобы снизить нагрузку на реки России. Например, ввести 10-летний мораторий на добычу золота на нетронутых реках, запретить добывать его рядом с людьми и сделать сферу более прозрачной. Пока на уровне страны ничего не изменилось, но уже есть положительный опыт в регионах.

Сверху видно построенные дамбы и грязную текущую среди тайги реку

В Камчатском крае с 1 сентября ввели мораторий на добычу рассыпного золота в нерестовых реках. Те, кто уже получил лицензии, начали возвращать их обратно государству. Правда, у общественников есть определенные сомнения на этот счет: не вернут ли всё как было после выборов в Госдуму. Еще один положительный опыт — Кузбасс, где ввели запрет на выдачу лицензий на добычу рассыпного золота по упрощенной схеме.

Добиться таких же мер сейчас стремятся в Амурской области — регион в лидерах и по загрязнению рек, и по числу выданных лицензий на добычу россыпного золота.

В некоторых регионах уже начинают ограничивать работу старателей — но не в Красноярском крае

В канун выборов, 9 сентября, в ходе прямой линии с населением губернатор Красноярского края Александр Усс также заикнулся на эту тему, даже пообещал остановить «варварскую эксплуатацию» красноярских рек и лишать лицензии недобросовестных золотодобытчиков. Но пока официальных распоряжений на этот счет не было. Мы уточним у главы региона, что конкретно он имел в виду, и будем следить за исполнением обещания.

***

Колбинцы мечтают, что однажды добычу золота прекратят — и они снова смогут купаться в Кувае и ловить рыбу. Пока же, если пройти по реке, за вами потянется глиняный шлейф.

Старожил Илья Григорьевич признаётся, что очень любит родную деревню и жизни вне Колбинского не представляет:

— Приезжайте к нам в начале лета. Когда у нас черемуха цветет, здесь такая красота. А какой запах стоит, особенно вечерами. Приезжайте, я вас на рыбалку свожу.

Илья Григорьевич зовет на рыбалку. Надеется, что после статьи она станет чище навсегда

Ранее мы рассказывали вам о проблеме в Поморье, связанной с водой: страдают от этого тоже простые местные жители. Наши предки сами строили карбасы, ходили на них в далекие плавания и ловили морскую рыбу. Со временем мастеров стало меньше, и настоящий карбас, сделанный по всем канонам, сегодня — это уже явление редкое и крайне ценное. Старожилы-промысловики из архангельских деревень до сих пор верны карбасам своих отцов и дедов, однако спускать на воду как новый, так и древний карбас с учетом сегодняшнего законодательства разных уровней — большой риск. Не зарегистрировано судно — получи штраф, помор. Разбирались, почему так и можно ли что-то изменить.

ПО ТЕМЕ
Лайк
LIKE0
Смех
HAPPY0
Удивление
SURPRISED0
Гнев
ANGRY0
Печаль
SAD0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
0
Пока нет ни одного комментария.
Начните обсуждение первым!
Гость
войти
ТОП 5
Рекомендуем
Объявления