«Сложность была в том, что девочка особенная»: как в Архангельске искали пропавших школьниц

На выходных в Архангельске искали двух пропавших 15-летних девочек Настю и Алину. Всё закончилось хорошо — они нашлись. Два дня родители из Архангельска и со всей области поддерживали в Сети семью, которая всех просила о помощи найти пропавших подростков. Что делать, если дети уходят, не сказав ни слова? Как их искать? И кто в этом может помочь? Это мы обсудили с членом волонтерского отряда «Поиск пропавших людей» Ингой Ривман. «Не знали с самого начала, что их двое» Инга Ривман одной из первых подключилась к поиску девочек. Их удалось найти благодаря поступившей от людей информации — одну из них видели и узнали. К делу оперативно подключились полицейские. — Сложность была в том, что Настя — особенная девочка. Их контакты слишком маленькие с миром по сравнению с обычными подростками, и это являлось также главным страхом за девочку. Также была сложность, что не знали с самого начала, что их двое. Алина — обычный подросток, тут намного проще, что в итоге нашли их, так как увидели Алину, — рассказывает Инга. 10 заблудившихся за год Поиски девочек начинали с района, где они чаще всего находились и где живут их друзья и родственники. Прочесывали и торговые центры — часто, если дети уходят самостоятельно, они находятся там. Поиск всегда проходит по четкому плану. — Сначала уточняем и спрашиваем у сотрудников полиции, нужна ли им помощь, так как главное правило — не навредить пропавшему. Далее переходим к составлению ориентировки, сбору информации: где находился, в чем был, какой образ жизни ведет, какие заболевания есть, возраст. Информация очень важна, так как от этого зависит результат, — рассказывает Инга. Количество задействованных людей всегда разнится. Больше всего включается, если пропал ребенок. В лес и на реку выходят искать только свои проверенные люди, чтобы избежать рисков, об этом предварительно предупреждают спасателей и МЧС. За этот год, рассказывает Инга, им удалось вывести 10 заблудившихся человек, которые обратились к ним за помощью. «Часто родственники не договаривают важного» — О пропавшем нужно знать как можно больше, чтобы составить портрет, что облегчает максимально поиск. Где искать, зависит от возраста и состояния человека, — говорит Инга. — Отношения с полицией и МЧС выстраивались на круглом столе, и мы ставим задачу не заменять их, а помогать. С родственниками бывает по-разному. Очень часто родственники не договаривают важную информацию, но их можно понять. Зависит от их состояния. Люди находятся часто в стрессе, и им кажется, что никто не хочет помогать. Заниматься поиском людей Инга начала около пяти лет назад — начинала вместе с пятью единомышленниками. Собрались вместе после поста в интернете. — Пост был о пропавших детях, и, как часто бывает в Сети, многие сидели и обсуждали внешний вид, семейные обстоятельства, бытовые проблемы. И просто сошлись именно на желании помочь найти ребенка, — вспоминает Инга. С того момента поисковый отряд разросся. Состав поисковой группы зависит от того, где проходят поиски и какой возраст у пропавшего. Есть и постоянные участники. Например, Татьяна Скичко развивает направление профилактики в школах — читает лекции и проводит тренинги для детей младших классов. Пропал ребенок? Не ждите три дня У поискового отряда есть три основных способа получения информации о том, что человек пропал: посты в интернете, личное обращение родственников и обращение сотрудников полиции. Но что нужно делать самим, если пропал ребенок? Точно не ждать трех дней — это стереотип, навязанный фильмами и сериалами, говорит Инга. В первую очередь в максимально сжатые сроки обратиться в полицию и к волонтерам, благо сейчас существует много поисковых отрядов. — Но лучше всего заняться профилактикой: мобильный телефон с полным зарядом, часы с отслеживанием и кнопкой SOS, локатор GPS, который находится в рюкзаках и в форме, — говорит Инга.