Болезнь Жанны Фриске. «Звездная опухоль» может настичь любого. Есть ли спасение?

Человеческий мозг — самая большая загадка для врачей и ученых. Мы мало знаем о его работе даже у здоровых людей, а если речь идет об опухоли — и того меньше. Самый сложный вопрос в нейрохирургии и онкологии — глиобластома. Это наиболее агрессивная, злокачественная опухоль мозга. Она стала печально известна после того, как ее выявили у ряда известных людей. Жанна Фриске, супруга Константина Хабенского, Михаил Задорнов, Анастасия Заворотнюк, Дмитрий Хворостовский — это неполный список тех, кого постигла страшная болезнь. Складывается ощущение, что глиобластома прицельно бьет по богатым и знаменитым, но так ли это? «Доктор Питер» обратился с этим вопросом к неврологу, врачу высшей категории Евгению Мосину. Это «звездная» болезнь? Глиобластома каждый раз бурно обсуждается, когда известному человеку ставят этот диагноз. Особенно много было сказано после того, как глиобластому обнаружили у Анастасии Заворотнюк. Выдвигались теории одна другой краше: виноваты стволовые клетки, которые дамы применяют для омоложения; это последствие ЭКО, к которому прибегали Фриске и Заворотнюк, чтобы родить детей. Чисто теоретически стволовые клетки могут провоцировать рост клеток, в том числе и опухолевых, но это не более, чем теория, пока не подтвержденная ни единым фактом. В научных источниках доказательств подобному происхождению глиобластомы врач не нашел. Аналогично и с процедурой ЭКО. Абсурдность подобного утверждения очевидна, ведь Задорнов или Хворостовский не проходили этой процедуры, а опухоль у них тоже развилась. Назвать эту болезнь «звездной» нельзя — она не щадит никого: ни обычных людей, ни знаменитостей, ни детей, ни взрослых. Ощущение, что она поражает звезд, сложилось из-за того, что эти люди на виду, на слуху, о них много говорят и пишут, а об обычных людях с глиобластомой молчат, но от этого меньше их не становится. Теории происхождения Как и любая другая опухоль, глиобластома — это мутировавшая собственная ткань. Она происходит из одной клетки, которая по каким-то, чаще всего неизвестным, причинам вышла из-под контроля. То есть эта клетка мутировала, но не погибла, как должна была, а начала делиться и дала начало раку, целой популяции клеток-мутантов, которые враждебны к собственному телу-хозяину. Глиобластома — один из самых агрессивных видов рака мозга. Она встречается с частотой 3 случая на 100 тысяч взрослых, но только 2% людей с этим раком проживут больше 5 лет. В среднем врачи дают им от 8 месяцев до 1,5 лет при условии активного лечения. Относительно знаменитостей доктор Мосин замечает, что одним из факторов развития рака у них можно считать хронический стресс — физический и эмоциональный, и это является почвой для развития массы болезней, включая рак. «Где тонко, там и рвется» — это справедливо в отношении патологий. И если изначально есть предрасположенность, на фоне стресса опухолевая клетка уйдет из-под надзора иммунной системы, подавленной стрессом, и даст начало раку. Но стресс, естественно, не единственный провокатор. Добавим сюда образ жизни в целом, особенности питания, предрасположенность к раковым опухолям, воздействия экологии, облучения и т. д. Почему глиобластома так опасна Всё дело в особенностях ее роста и развития. По своей природе глиобластома относится к астроцитарным опухолям, то есть она происходит из мозговых клеток — астроцитов. Но именно глиобластому относят к злокачественной опухоли последней, IV степени. — Если объяснить простым языком, большая часть клеток настолько сильно изменена, что они только и делают, что постоянно размножаются, захватывая всё новые территории в мозге. И опухоль непрерывно растет, — уточняет Мосин. Плюс эти клетки получают питание по мозговым сосудам, дополнительно «объедая» здоровые нейроны мозга. В отличие от многих других, эта опухоль не имеет капсулы, она ничем не ограничена и растет вширь, захватывая всё новые области мозга. И таким образом, повреждая мозг, глиобластома очень быстро убивает своего хозяина. Надежда есть? Сегодня существует много схем лечения глиобластомы, которые помогают продлить жизнь пациентам. Вопреки прогнозам Анастасия Заворотнюк борется и не сдается, хотя о ее состоянии нам очень мало известно. Но она жива, и это уже хорошая весть. Были данные о том, что она решилась на экспериментальную терапию, которая была направлена на клетки опухоли. И похоже, это сработало. К сожалению, в открытом доступе данных о том, какое лечение было применено, нет. В целом сегодня в лечении применяют целый ряд методов. Основной и самый главный — это радикальное хирургическое удаление опухоли. Под понятием «радикальное» подразумевают такое, чтобы не осталось ни единой клетки. В противном случае рецидива не избежать, она снова вырастет. Но самая большая сложность именно в радикальном удалении. Нужно захватить достаточно большую часть живых тканей вокруг опухоли, которая и так не имеет четких границ. А это — мозг, где каждый сантиметр жизненно важен. Проблема пациентов в том, что часто глиобластома — неоперабельная и ее нельзя удалить полностью, не убив при этом самого человека. В этом случае в ход идут все другие методы лечения. Среди стандартных предлагают адъювантную терапию — это облучение и прием химиопрепаратов. К ней добавляют еще и химиопрепараты, которые влияют на рост сосудов в опухоли, чтобы лишить ее питания. Дополнительно сегодня ведутся исследования электромагнитной терапии в непрерывном режиме, иммунотерапии, таргетных препаратов.