Российский медик с помощью нейросетей обследует пациентов и ставит диагнозы

Искусственный интеллект ставит диагноз пациенту вместо врача? Несмотря на скепсис и коллег, и части общества, доктор Глеб Глебов начал прибегать к помощи нейросетей еще 1,5 года назад. Представьте: компьютер анализирует снимки, помогает делать операцию, читает медицинские документы, определяет диагноз и назначает лечение — зло это или благо? Может ли медик действительно доверять машине, когда речь идет о здоровье человека? В разговоре с корреспондентом UFA1.RU Глебов рассказал, как его интерес к технологиям в итоге привел к созданию отдельного ИИ для медицинских работников. А также о реакции пациентов на то, что лечить их частично будет компьютер. Глеб Глебов с начала пандемии работал в сельском ковид-госпитале. С приходом второй волны коронавируса завел свой блог, где рассказывал об инфекции: например, что делать, если заболел, стоит ли сразу бежать на КТ, как лечиться, пока ждете назначения вашего врача. Где это видано?! Глебов начал использовать искусственный интеллект в своей работе около полутора лет назад. Поводом стала рутинная, но трудоемкая задача — систематизировать анализы пациентов и оценить их динамику. Чтобы понять, что происходит с пациентом сейчас, важно видеть состояние его здоровья три-четыре года назад и сравнивать показатели для выявления отклонений. Вручную пересматривать историю болезни за много лет на обычном приеме в 15–20 минут просто нереально: «Если честно, я изначально относился достаточно скептически ко всему этому. То есть изначально всё это плохо расшифровывалось, плохо работало». Переломным моментом стала поездка в Республиканскую клиническую больницу Казани. По словам Глебова, это учреждение соответствует шестому уровню международного стандарта HIMSS, показателя цифровой зрелости лечебного учреждения. В больнице почти нет бумажного документооборота, а система сама подсказывает врачу противопоказания, аллергии пациента и совместимость назначаемых лекарств. ИИ для медиков — оксюморон? Сейчас Глебов работает в особой экономической зоне «Алабуга» в Татарстане. Именно она финансирует разработку специальной ИИ-системы для помощи в работе медиков. По словам врача, на проект уже выделили более 200 миллионов рублей. На эти деньги закупили серверы и строят собственную систему на базе Елабужской центральной районной больницы. Разработка называется СППР — система поддержки принятия врачебных решений. Глебов подчеркивает, что СППР — не надстройка над Chat GPT, Claude или другой готовой языковой моделью, а отдельная инфраструктура с собственными серверами, моделью, целью и целевой аудиторией. Причем ключевая причина отказа от зарубежных сервисов в безопасности данных пациентов. «Claude, Chat GPT — это возможность утечки медицинских персональных данных в недружественные страны. А у нас это локальный закрытый контур, который позволяет, чтобы всё смотрелось внутри больницы, чтобы персональные не вытекали в интернет. Это тоже очень важно», — объясняет врач. По его словам, идея проекта изначально принадлежала ему самому. А сам продукт, включая права на него, оформлен на особую экономическую зону «Алабуга» как заказчика и инвестора. На то, чтобы дойти от идеи до рабочей версии, ушло около года, и это при условии, что у команды есть сильные разработчики и достаточное финансирование. В планах сделать такой ИИ помощником всех государственных больниц России. Другими словами, система будет бесплатной, и никаких «танцев с бубном», чтобы ее получить, не потребуется. Что умеет система? По описанию Глебова, ИИ встроен практически во все процессы больницы. Оценивает совместимость препаратов. Система подсказывает, можно ли совмещать лекарства, опираясь на методические рекомендации. Глебов объясняет, зачем это нужно, на конкретном примере узкой специализации врачей. «Много врачей как бы обладают туннельным зрением. Вот гипотетически вы пришли к кардиологу, а он особо не разбирается в эндокринологии. И он назначает препараты, а они, например, несовместимы с теми препаратами, которые назначал эндокринолог. И мы это всё сразу, грубо говоря, убиваем на месте, чтобы назначить точность каждого препарата, чтобы это был персонифицированный подход к каждому человеку, а не просто какая-то схема». Моделирует цифрового двойника пациента. Система выстраивает модель, которая показывает, что будет происходить с человеком в динамике, если назначить тот или иной препарат, в том числе на несколько лет вперед. Контролирует датчики и проводит мониторинг. В палатах установлены системы, которые в режиме реального времени отслеживают состояние пациента. «Нам не нужно, чтобы он дергал, нажимал кнопку, у нас автоматически сработает сигнализация, и медсестра на посту сразу прибежит», — рассказывает Глебов. Расшифровывает документы и речь. ИИ помогает расшифровывать результаты анализов и диагностических процедур и распознаёт речь пациента прямо во время приема, чтобы врач не тратил время на заполнение медицинской документации вручную. Результаты анализов, пройденных, например, в частной клинике, можно быстро отсканировать, и система сама подгрузит их в медицинскую информационную систему больницы. Помогает в диагностике. Глебов упоминает, что похожие функции, в частности расшифровку КТ, уже предлагают сервисы вроде «СберМед». Однако их собственная система, по его словам, идет дальше: при постановке диагноза учитывает не только снимок, но и анализы пациента и его анамнез одновременно. «Умная операционная». В операционных установят экраны, на которых хирургу во время операции покажут дополнительные данные, показатели пациента и подсказки, не требуя, чтобы врач отвлекался от процесса. Взаимодействует со скорой помощью. Система отслеживает, где находится машина скорой помощи, и определяет, какого пациента она везет. Это позволяет заранее собрать нужных врачей к ее приезду. «Едет человек после ДТП, ну вот там, например, ждет травматолог. А мы уже посмотрели по анамнезу, что у него в анамнезе был инфаркт, и у нас спустится кардиолог и будет ждать этого пациента, чтобы тоже быстро посмотреть и оказать помощь», — приводит пример врач. Работает в отдаленных районах и с иностранцами. Система помогает при телемедицинских консультациях с узкими специалистами для отдаленных районов, где фельдшерам приходится выполнять функции терапевтов и врачей общей практики. Также ИИ-помощник полезен при работе с иностранными пациентами, переводя речь в текст и обратно в режиме реального времени. Где проходит граница доверия к машине? При всех возможностях системы Глебов не считает, что врач должен отключать собственную голову. На вопрос, есть ли задачи, которые он принципиально не доверил бы искусственному интеллекту, отвечает, что дело в самом специалисте и его ответственности. «Тут всё зависит от врача. Грубо говоря, скальпелем можно вылечить человека, а можно убить. Если врач бестолковый, он будет полностью опираться на ИИ и выключать свое критическое мышление. Поэтому тут не могу сказать, какие я задачи могу дать, какие не могу дать. В любом случае врач должен обладать элементарными знаниями и критическим мышлением». Юридически у системы всегда статус помощника, а не самостоятельного диагноста. Несмотря на широкий охват системы, сам Глебов считает, что искусственный интеллект не получит право единолично ставить диагнозы в обозримом будущем. «Юридически я сомневаюсь, что разрешат полностью искусственному интеллекту ставить диагнозы, но тем не менее это упростит работу врача на 100% и позволит ему меньше совершать ошибок и более качественно назначать терапию». Однако не приведет ли развитие ИИ к тому, что технологией замаскируют нехватку врачей в стране? По мнению Глеба Глебова, ИИ как раз должен помочь специалистам учиться быстрее и работать эффективнее в условиях, когда бюджетное звено здравоохранения перегружено, а часть медицины уходит в частный сектор. «Мы позволим этим самым инструментам улучшить качество оказания помощи в бюджетных лечебных учреждениях», — считает он. Как можно доверять ИИ? Точность рекомендаций системы обеспечивается ее способностью к постоянному самообучению. Работает это через обратную связь от врачей: «Если врач не согласен с выводами ИИ, то уточняет причину. И модель обучается на знаниях медика. Чем больше врачей ей будет пользоваться, тем умнее она будет становиться». При этом многие специалисты поначалу отнеслись к новой системе со скепсисом, который быстро рассеялся. Всё благодаря скорости обработки информации, которая присуща нейросетям, но недоступна обычному человеку. «Во время приема за 10, 15, 20 минут ты не можешь посмотреть всё, что происходило с человеком за 10 лет. А так видишь короткую выжимку, где что выходило за референсные значения». Отдельно мы спросили Глебова, тестируют ли систему на реальных пациентах и меняется ли их отношение, когда они узнают, что в диагностике участвует искусственный интеллект. «Для пациента ничего не меняется. Мы же для диагностики используем те же приборы. Их данные никуда не утекают, и решение в окончательном счете в любом случае принимает врач, поэтому их это вообще не напрягает», — говорит он. Цель в том, чтобы подсказывать врачу, а не отбирать его работу, подчеркивает Глебов. К чему это приведет? По словам доктора, пилотный проект планируют завершить уже до конца декабря. После этого систему ждет апробация, а затем — получение регистрационного удостоверения. Только тогда ИИ-помощника начнут разворачивать более широко. В первую очередь разработку будут внедрять в медицинских учреждениях Татарстана, так как проект финансируется особой экономической зоной и считается бюджетным предприятием, работающим в интересах региона и страны. После этого в компании планируют выходить и в соседние регионы.