Московские адвокаты заявили о постоянном давлении силовиков

Адвокатов в России запугивают, сажают и даже убивают. По словам юристов, силовики всячески мешают им делать свою работу, не дают видеться с подзащитными и убеждают склонить тех к признанию. По статистике Федеральной палаты адвокатов, с системным давлением сталкиваются более 72% защитников. Чтобы помогать людям, они хитростью пробиваются к клиентам, терпят угрозы и постоянно рискуют сами отправиться за решетку. Наши коллеги из MSK1.RU поговорили с двумя адвокатами о том, как они живут в такой системе и что с ней делать. Как адвокатов не пускают к подзащитным Адвокат Оскар Черджиев рассказал MSK1.RU, что его регулярно не пускают к доверителям, несмотря на удостоверение и ордер на защиту. И зачастую полицейские не аргументируют свои действия. «У отдела проходная, там сидит автоматчик. Он связывается с дежурной частью — ему там говорят тебя не пускать. И он отвечает, что команды нет. А какая должна быть команда, если я при предъявлении удостоверения могу беспрепятственно пройти? Они начинают тупить, звонить, и можно три часа там стоять — не допустят», — привел пример Черджиев. Он назвал такие действия нарушением процессуальных прав и добавил, что недопуск к подзащитному — скорее всего, общая установка, а не прихоть конкретного сотрудника. «Доходит до того, что приходится заходить в отдел под видом обычного человека, а в дежурной части сообщать, что ты адвокат. Ведь надо фиксировать недопуск — писать заявление, что такой-то сотрудник превысил полномочия и отказался меня пропустить. Эти заявления, как правило, остаются без ответа», — признался собеседник. Оскар Черджиев объяснил, что недопуск адвоката к подзащитному — серьезное нарушение, способное сломать судьбу задержанного. «Если выбили первые показания или человек что-то не то подписал, это серьезно затруднит его защиту. Если где-то считают, что адвокаты вообще не должны участвовать в следствии, пусть тогда меняют законодательство и допускают нас только на суд. Это отвратительно, это нарушение всех норм права и морали, но хотя бы будет всё понятно», — высказался Черджиев. Еще один адвокат Алексей Голенко рассказал MSK1.RU, как его недавно не пустили к несовершеннолетнему подзащитному в Москве. По словам Голенко, полицейские просили приехать кого-то из родителей и в итоге составили на того протокол за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей. «Я объяснял, что заключил соглашение с родителями и могу представлять интересы задержанного. Правовых оснований меня не пускать не было, но они просто хотели, чтобы родитель приехал», — сказал Голенко. Обычно он подает в дежурной части заявление, что приехал защищать человека, но для этого нужно преодолеть пропускной пункт. Если дело может иметь политический подтекст, Голенко зачастую не объясняет, по какому поводу приехал. «Говорю, что иду подать заявление, а на КПП я не обязан рассказывать какое. Мне просто нужно в дежурную часть. Потом звонишь в службу доверия и говоришь: „Произвол должностных лиц, не пускают адвоката“. Обычно это помогало», — сказал Голенко. Он добавил, что его не пускали даже на обыск, хотя присутствие адвоката в интересах органов: он обеспечивает законность процедур. С чем еще сталкиваются адвокаты В 2025 году в России стали еще чаще оказывать давление на адвокатов, следует из мониторинга юридического сообщества Legal Petition. Больше всего нарушений аналитики зафиксировали в Москве (13,6%) и Санкт-Петербурге (28,7%), но подчеркнули, что в этих городах активнее работают адвокатские палаты — там чаще жалуются. Топ-5 самых популярных нарушений выглядит так: уголовное преследование — 247 эпизодов (41,8%);недопуск к подзащитному — 134 эпизода (22,7%);проведение обыска или выемки у адвоката — 65 эпизодов (11%);привлечение адвоката к дисциплинарной ответственности — 43 эпизода (7,3%);преступные действия против адвоката — 19 (3,2%). В последнем пункте речь идет не только о риске быть избитым в отделении полиции (например, в Дагестане сейчас расследуют насилие против юриста Заура Кайтуева). Бывает и страшнее: в июне в Тульской области бизнесмен застрелил адвоката вместе с доверителем. В ноябре 2025 года аналогичное исследование опубликовала Федеральная палата адвокатов РФ совместно с МГЮА. Тогда больше половины опрошенных адвокатов рассказали об угрозах привлечь их к уголовной ответственности за слишком активную позицию. На такое состояние дел отреагировала член Совета по правам человека Ева Меркачева. «Результаты этого опроса действительно заставляют думать о необходимости защиты самих адвокатов. При таком уровне давления следствия либо их работа станет совсем формальной, либо в этой профессии останутся только самые стойкие», — написала она в «Московском комсомольце». Какие дела считаются проблемными Алексей Голенко заявил, что силовики чаще препятствуют работе в делах о госизмене, экстремизме и аналогичных им, где «адвоката в принципе не воспринимают». Оскар Черджиев подтвердил, что в основном нарушают закон при расследовании дел с «политической подоплекой». «Если там фигурируют сотрудники Центра по противодействию экстремизму или ФСБ, то они негласно распоряжаются в отделе, пока свои мероприятия проводят. Например, рыться в телефоне адвокат не даст, поэтому тянут время. На моих глазах такое происходило: они уходят из отдела, и после этого тебя могут впустить», — рассказал Черджиев. Он обратил внимание, что в такой ситуации «сотрудники полиции бессильны, но их руками нарушается закон». В делах «заурядных, общей уголовной направленности» спокойнее, хотя Черджиева несколько раз не пускали и к фигурантам дел о наркотиках. «Так может быть везде, где сотрудникам надо расколоть задержанного. Какой смысл не пускать адвоката, если всё делать в правовом поле? Идти на риски, превышать полномочия — ради чего? Значит, преимущество, которое они пытаются получить, перевешивает риски», — сказал Черджиев. Он выразил мнение, что это ненормальная ситуация, которую нужно менять, иначе нарушители будут заходить всё дальше. Что со всем этим делать Алексей Голенко подтвердил, что на адвокатов в стране оказывается серьезное давление. В том числе он назвал пощечиной адвокатскому сообществу приговоры защитникам политика Алексея Навального. Выход он видит в изменении законодательства. «Сказать, что всё прям плохо, тоже нельзя, но нужны законодательные механизмы — та же уголовная ответственность за воспрепятствование адвокатской деятельности. Тогда ситуация улучшится», — считает собеседник. Оскар Черджиев рассказал, что порой ему даже угрожали — пока дальше слов не заходило. «Через подзащитных просят передать, чтобы я особо активность не проявлял. Либо пытаются дискредитировать: „Да это наш адвокат, да это плохой адвокат“. В общем, чем активнее ты себя ведешь, тем с большим противодействием сталкиваешься», — подытожил он. Черджиев говорит, что проблема усугубляется с каждым годом и так будет продолжаться, пока не появится уголовная статья о воспрепятствовании законной деятельности адвоката. По его мнению, адвокатское сообщество должно выступить с таким требованием. 9 апреля сотрудники правоохранительных органов нагрянули с обысками в московский офис издания «Новая газета», и журналисты сообщили, что к ним не пускают защитников. Адвокат Калой Ахильгов тогда написал, что его сотрудники остановили, поскольку он «слишком одиозный». 10 апреля суд впервые лишил адвокатов статуса по иску Минюста из-за того, что юристы больше года не находились в России. В свою очередь президент Федеральной палаты адвокатов Светлана Володина в интервью порталу «Право.ru» назвала требование министерства конституционно несостоятельным.