Две старухи с планеты Земля

В минувшее воскресенье парочка безбашенных бабулек втянула меня в авантюру: больше часа носились они передо мной с жестянкой, в которой раньше было печенье, а теперь — прах их матери. Оказавшись на спектакле «Две дамочки в сторону Севера» в Архангельском театре драмы, хочешь не хочешь, а задумаешься о жизни, смерти, старости и юности, самых близких и бесконечно далеких незнакомых людях. Анетта и Бернадетта впервые за 60 лет выехали из родного города, чтобы захоронить прах матери рядом с могилой отца. Врачи, конфетти, дискотека и кладбище, — впечатление, что абсурдист чихнул этой пьесой, вдохнув порцию спертого воздуха из старинного шкафа. Не буду рассказывать, за что чудаковатые дамы на пути к своей цели попали в полицейский участок, из-за чего ругались и в чем успели исповедаться. Скажу только — поняла, что интересно, когда заметила реакцию зрителей на следующую реплику со сцены: — Всю свою жизнь, 82 года, все отдать… Чтобы закончить во мху, под перегноем? Нет, нет и нет! Я так и вижу, как мы в обеденное время едим где-нибудь блюдо из той рыбины, которая попалась на крючок к рыболову, который насадил на этот крючок червяка, который съел мамочку! Она захотела стать пеплом, а не червяком. Надо отметить, аудитория в зале собралась по большей части не юных лет — театралы морщились, оглядываясь по сторонам за подсказкой, — улыбаться или возмущаться? Дело не только в возрасте. Мы не привыкли к такому юмору. Эти французы, как обычно, жестят! Режиссер Алексей Ермилышев называет такой юмор «философским отношением к смерти». Слабонервных заранее предупредили, что это европейская «черная» комедия, но я все равно слышала рядом: «Что-то мне не по себе, останемся?» Мысли, конечно, не из самых приятных, — не тот настрой, с которого надо начинать новое утро. Только вот… Иногда. Порционно. В подходящий момент. О смерти думать необходимо. Мы привыкли гнать подальше подобные размышления (а как иначе — привяжется эта ядреная русская тоска, и тогда суп сам себя не сварит, и носок не заштопается), и потому появляется какая-то бездумность бытия, резиновость времени. Кажется, что всегда будет столько сил, идей, дел, возможностей. Хлоп. И в жизни человека наступает момент, когда он популярен. У врачей. Не так много времени, чтобы побыть счастливыми. Может, без осознания этого и не совершается самое желанное? Не создается самое прекрасное. Не говорится самое честное. На постановке по французской пьесе, за томиком Достоевского или просто на кухне со стопкой «немировки» надо принять один факт — все люди, которых мы знаем лично и не знаем вовсе, а, может быть, знакомы с ними через книжки, телевизор или Интернет, уже провели или проведут свою лимитированную жизнь на крошечной планете Земля — в этом «хостеле» отметился Пушкин, Луи де Фюнес, Сахаров, Эйнштейн, Гагарин. Тут «зачекинятся» все. А потом съедут… Это главная причина сделать жизнь такой яркой, какой она может быть в поставленных условиях за определенное время. Такие вот светлые мысли от черного французского юмора. А теперь можно и суп сварить.