«Многое случилось через протест»: в Архангельске прозвучало посвящение борьбе творца с системой

В Кирхе 2 ноября выступил музыкант, композитор, поэт Олег Нестеров и его группа «Мегаполис». Вместе они сыграли программу «Из жизни планет» — двухчасовое путешествие по эпохе оттепели в 1960-е и судьбам четырех человек в ней: драматурга и поэта Геннадия Шпаликова, режиссеров Владимира Китайского, Владимира Мотыля, Андрея Смирнова. Это последний аккорд «Архангельских недель музыки». Рассказываем, каким он был. «Из жизни планет» — проект, соединяющий мультимедиатехнологии с музыкой. За отправную точку в нем берутся четыре сценария фильмов, которые не были сняты, но могли бы стать знаковыми в истории советского кино. За каждым таким неслучившимся фильмом — и личная драма, и путь в искусстве четырех героев. Для каждого из них в программе звучит вроде бы и своя мелодия — некий саундтрек для неслучившегося, но все они неизменно печальны и надрывны. Судьба каждого героя представлена в личном прочтении Олега Нестерова: со сцены он пытается ответить на вопрос, как сложились бы жизни этих людей, если бы они могли и умели встраиваться в систему, подчиняться ей? Сценарии Шпаликова — «Причал» и «Прыг-скок, обвалился потолок» — остались невостребованными. Режиссер «Причала», талантливый однокурсник Шукшина и Тарковского Владимир Китайский прожил всего 25 лет. Владимир Мотыль, будущий автор «Белого солнца пустыни», не смог снять «Семь пар нечистых» — истерн по повести Вениамина Каверина — из-за бесчисленных согласований и доказательств, что он необходим. Два с половиной года потом провел Мотыль в каком-то безвременье: не писал и не снимал. А у режиссера «Белорусского вокзала» Андрея Смирнова крахом закончились попытки освоить сценарное мастерство, написать сценарий фильма «Предчувствие». За этими абсолютно кинематографическими историями звучит и драма всей страны: сколько пар сложилось бы иначе, сколько путей сошлось бы не так? Притом что в интервью Олег Нестеров говорил о том, что считает 1960-е временем, когда у страны всё получалось, в его музыкальном высказывании звучит тотальная несвобода и горечь от ее осознания. Перед концертом 29.RU удалось пообщаться с Олегом Нестеровым. Нам было интересно, как с сегодняшним днем перекликаются шестидесятые, почему сегодня такая программа актуальна. — История — это миф, как и искусство — миф. Существует понятие необратимости, в том числе культурной, технологической, и кажется, что такой красоты, как тогда, не будет никогда, такого времени не будет никогда, а потом раз — что-то опять наступает в жизни. Многие вещи, которым радовались в те времена наши родители, в какой-то степени рассыпаны и в нашей жизни. Важно их чувствовать. «Из жизни планет» — это не про прошлое. Настоящему, чтобы обернуться будущим, требуется вчера, поэтому наш проект — про будущее. То, что случилось в оттепель, важно не бросать, важно брать и продолжать, — рассказывает Олег Нестеров. Как подтверждение этой мысли — в Москве сейчас, через столько лет, сценарий «Причала» Шпаликова готовится облечься в театральную форму. Спектакль по нему репетируют в театре «Человек». В финале программы «Из жизни планет» все рассказанные и сыгранные со сцены истории обретают надвременной контекст в монологе Олега Нестерова. Четыре истории, говорит он, выбраны неслучайно: это пути творческого человека, встретившего с системой, его выбор: не делать и не бороться, как максималист Китайский; делать и бороться, то есть методично искать ключи к системе, как Мотыль; бороться и не делать, не идя на компромиссы, как Смирнов; делать, но не бороться, как Шпаликов. Выбор пути — это стрелка, в которой заключена совесть творцов. Одним она позволяет идти на компромиссы, от других требует быть верным себе до конца. «Архангельские недели музыки» начинались с лекции музыкального критика, продюсера, журналиста Михаила Козырева о музыке протеста. Посыл «Из жизни планет» в целом тоже об этом: о бунте одного человека против и своей собственной природы, и сил государственной машины. Мы спросили у Олега Нестерова о том, какой силой он считает протестное движение — разрушающей или созидающей? — В истории по-разному было. Был 1917 год, был и 1968-й — я имею в виду волну в Европе. С одной стороны, конечно, протест наступает, когда ты понимаешь, что физически невозможно так. Тогда ты выходишь на улицу, ты говоришь своё слово о том, что несправедливо, что тебе не кажется правдой. И многие вещи получаются, многие случились в истории через это. Вопрос, сколько из них было со знаком плюс для сегодня. Хотя я вообще позитивист. Есть такое эссе «Черный лебедь» Нассима Талеба, где он пробрасывает мысль про небесное казино: оно в выигрыше при любой игре, какие бы плохие или хорошие события на земле ни происходили.