«Мурашки бегут, когда проявляешь фото»: архангелогородец снимает Арктику на старинную камеру

Черно-белые снимки Арктики от Евгения Ермолова напоминают кадры, которые делали советские полярники много лет назад. Все потому, что архангелогородец использует пленочный фотоаппарат 1960-х годов. Он берет его в арктические экспедиции. Евгений обожает таскать на себе тяжелый ретрофотоаппарат. И вспоминает: когда первый раз проявлял снимки сам, по коже побежали мурашки. В интервью 29.RU сотрудник нацпарка «Русская Арктика» рассказал, как научился этому неторопливому искусству, почему не готов делать цветные снимки и в чем шарм аналогового фото. — Когда и как вы заинтересовались пленочной фотографией? — Я учился на истфаке и в целом интересуюсь историей, материальной исторической культурой. В том числе старой фотографией. И вообще, этот процесс был всегда мне интересен. Мы сейчас с вами живем в XXI веке, нас окружает современность, а так как мне нравятся старые вещи, хотелось бы их использовать. Кому-то самовар нравится, потому что это своеобразный ритуал приготовления чая. Вот с пленочным фотоаппаратом так же. Можно, конечно, сфотографировать на телефон, будет и лучше, и быстрее, и удобнее, но сам процесс, антураж, флер этой фотографии интересен. У меня отец занимался фотографией. Я помню, что лет 30 назад все были фотолюбителями. И если ты делаешь фотографию, то ты был обязан купить пленку, сам проявлять, печатать. Других способов не было. Я помню вечерами — красный свет, ванночки, кюветы. Это был особый шарм. Как он в шубе заправлял пленку. Это осталось, отложилось на подкорке. Я не успел пожить и попользоваться. Поэтому и захотелось чего-то старого, олдскульного, практически старинного. — Считаете ли вы, что сейчас снимать на пленку — модно? — Я думаю, что да. И вообще, последнее время появилось, по-моему, хипстерское движение. Я не очень в этом разбираюсь, но, я так понимаю, это как применять старые практики в современной жизни. Вот это стало модным трендом. Это, наверное, хорошо, потому что люди пробуют и открывают для себя новое. Кто-то глубже погружается, кто-то не очень. Все равно это позитивное движение и расширение горизонта. Вообще, это же умершая практика. Фотография аналоговая — это уже ископаемое, это такая древность глубокая, которая не широко применяется. Сейчас же никто не снимает на аналоговую кинопленку, немые фильмы же мы не смотрим. Сейчас даже не воспроизвести эту технологию, потому что эту пленку нигде не проявить, ее не купить и не достать. То же самое произошло с обычной фотографией. Но из-за того, что есть спрос, даже поверхностный, в крупных городах фотографии сдают на проявку. Соответственно, нужны и пленки, и химикаты. Промышленность работает, конечно, не в таких объемах, как 30–40 лет назад. Но те, кому это интересно, могут это приобретать и продолжать свои фотоопыты. — Где вам удалось достать оборудование для фотографии, фотопленку, проявитель? — Помимо пленки, химикатов, которые нужны для ее проявки и печати, фотобумаги, нужен еще фотоувеличитель, потому что фотопленка маленькая. Нужен и красный свет, ванночки, в которых проявляются фотографии, и бачок для фотопленки. Там много сопутствующего оборудования, фильтры, воронки, палочки для размешивания растворов. И получается так, что купить пленку можно сейчас в магазинах. Слава богу, есть интернет и с помощью него можно достать все что угодно. Через почту можно заказать фотопленку и фиксаж, и саму фотобумагу. В принципе, с этим все довольно просто. Но прочее оборудование, фотоувеличитель, красные лампы, кюветы — это помогли мне найти мои друзья, у которых дома на антресолях, в кладовках это осталось от родителей, от бабушек и дедушек. Они собирались это выбрасывать, но вспомнили, что я собираю старое барахло, и все получилось очень кстати. Фотоувеличитель пришлось везти на поезде из Санкт-Петербурга, потому что в Архангельске купить не удалось. — Какие места и страны вам удалось запечатлеть на пленочный фотоаппарат? — Бывает, в отпуск возьмешь с собой, бывает, и в экспедиции в Арктику, потому что это очень красивое место и хотелось бы его запечатлеть. На самом деле, все довольно скромно. Фотоаппарат тяжелый, большой, я его брал только в Турцию, там немножко поснимал и больше за границу не возил. Сама камера большая, громоздкая, в самолете есть ограничения по весу. И из-за того, что всегда летишь самым дешевым тарифом, камера, как правило, у тебя не помещается. Когда едем в Арктику, ограничений по весу нет, поэтому брал его несколько раз. — Вам больше нравится работать с черно-белой фотографией или с цветом? — Черно-белые фото — это особый дух, стиль, на этой фотографии не все будет смотреться, но в то же время пейзаж, который в цвете совершенно не играл, в черно-белом варианте начинает смотреться по-особому. Это двоякая штука. Иногда жалеешь, что у тебя в фотоаппарате заправлена черно-белая пленка. Потому что хочется передать те цвета, которые играют. Особенно в Арктике это актуально, потому что там не такая выразительная природа, не такие выразительные скалистые ландшафты, там нет деревьев, строений, домов, что обычно мы фотографируем. Но там свет очень красивый, он падает по-особенному, туманы настилаются, и это хочется передать. Хотелось бы цвет. Но, видите, цветную пленку невозможно проявлять в домашних условиях. И печатать фотографии цветные тоже невозможно. Это нужно отдавать в фотолаборатории, а в нашей стране они только в Москве и Санкт-Петербурге. Грубо говоря, ехать в Петербург, чтобы проявить пару катушек пленки, напечатать несколько фотографий, слишком накладно. — В чем особенность пленочной фотографии? — Особенность аналоговой фотографии в том, что у тебя очень мало кадров на фотоаппарате. То есть я снимаю на среднеформатный фотоаппарат, у него размер кадра 6х6 см. У меня пленка на 12 кадров. А это, грубо говоря, 12 шансов. И это довольно сильно тебя ограничивает и заставляет думать. Это не такое количество кадров, как у цифровых фотоаппаратов и смартфонов. Только когда ты на 100% уверен, что кадр получится, тогда и фотографируешь. Выстраиваешь композицию, свет. Если в чем-то не уверен, то уже не рискуешь. Поэтому получается не очень большая производительность. И пленка все-таки дорогая, и химикаты недешевые, и процесс проявки довольно затратен по времени. Поэтому приезжать куда-то с 30 катушками пленки невозможно для меня, по крайней мере, сейчас. — Пленочная фотография — это ваш первый опыт? — Конечно, я снимал на цифровой фотоаппарат. Опыт в фотографии был, только вопрос — какой, каково качество этих фотографий. Глаз, конечно, нужно иметь и опыт в любой фотографии. Я в этом деле совершенно неумелый человек. Я бы сказал, что у меня этот опыт пока не пришел. Я вроде бы фотоаппарат беру с собой постоянно, но иногда кажется, что это не будет смотреться на пленке. Или наоборот. Ты сфотографируешь, а на самом деле не смотрится. — Вы снимаете людей на пленочный фотоаппарат? — Да, конечно. Мне кажется, что аналоговая фотография в большей степени придумана для портретов, потому что они получаются удачнее. Интереснее фотографировать людей, их характеры, каждый человек новый. И людям интересно, как мне кажется, получить в подарок фотокарточку, отпечатанную на бумаге, а не как мы посылаем друг другу по мессенджерам. Сфотографировались, послали — и она только в телефоне и живет. Здесь бумага, в рамке или на картоне, ее можно куда-то поставить, подержать в руках. Она в единственном экземпляре, ее никак нельзя растиражировать. В этом вся прелесть и шарм аналоговой фотографии. Единственное, что я почти не выкладывал такие фотографии, потому что это вещь уже личная, интимная. Если модель сама будет выкладывать эту фотографию, это понятно, а если я буду выкладывать фотографию модели, то для меня это этический вопрос, скорее. Надо спросить разрешение у тех, кого я фотографировал. — Какой снимок вы можете назвать качественным? — Есть технические требования к кадру, снимок должен быть выдержан по свету, быть резким, четким. Есть люди, которые, наоборот, любят, когда зерно. Фотоэмульсия имеет кристаллы серебра, и они бывают разного размера. Когда очень крупные кристаллы, получается, что фотография как будто состоит из точек, не из пикселей. Как будто мукой посыпано. Некоторые любят это и уходят от резкости. Мне в фотографиях нравится резкость и свет, чтобы фотография была выдержана, не темная, не светлая. Пленочные объективы дают возможность сделать фотографию практически объемной. Чувствуется, как будто она выпирает из плоскости. И второй момент — художественный, фотография должна быть выдержана по композиции, быть информативной и нести какой-то посыл. — Какие стереотипы и мифы вам удалось развеять о пленочной фотографии? — Я с такими мифами не сталкивался, я всегда представлял себе этот процесс. Отец у меня этим занимался, и я примерно представлял технологию. — А в чем сумасшествие? — А кому это надо? В наше время, когда есть куча прекрасных возможностей, всегда под рукой смартфон, который может сделать сколько угодно фотографий, их можно обработать и выложить в социальные сети. И все будут так же довольны. Путь от фотографии на смартфоне до стенки во «ВКонтакте» и путь от аналогового фотоаппарата до той же стенки во «ВКонтакте» несоизмерим, катастрофическая пропасть между ними. — С чем можно сравнить процесс проявления фотографии? — Конечно, высший пилотаж у аналоговых фотографов можно сравнить с алхимией. Есть невероятные профессионалы, которые используют разные растворы, кто-то в сульфидах проявляет. И люди получают удовольствие от этой алхимии. Делают дополнительные оттенки, выбирают глубину. Я, к сожалению, от этого очень далек, я не химик совсем. Я следую рецепту работы, как с первого раза он работает, так и сейчас. — В чем магия пленочной фотографии? — Во-первых, это невероятное удовольствие для меня. Надо искать возможности получать эмоции. Я помню, в первые разы мурашки по коже бегали, когда ты проявляешь фотографии. Когда у тебя есть белый лист и ты кладешь его в раствор, и там потихонечку начинают проявляться контуры. Первым в своей жизни я проявлял портрет, и передо мной как будто появилось видение, оно становилось все четче и четче. И появился человек. Его лицо, фигура. Моему увлечению года три-четыре и до сих пор есть какой-то трепет этого проявления. На смартфоне, на цифровом фотоаппарате мы сфотографировали и тут же видим результат. Говорим: «не, надо перефотографироваться», «тут неудачно», «тут моргнул», «тут пейзаж не очень вышел». А на пленочный фотоаппарат ты сфотографировал и не знаешь, что получилось. И ты не делаешь второй дубль, третий, пятый, ты ждешь, как в случае с экспедицией. Я не беру с собой химикаты, в экспедиции не удается проявить фотографии. Ты ждешь, пока вернешься домой, проявишь пленку, пока она высохнет, проходят, может, даже месяцы, и ты печатаешь фотографию. И только тогда ты видишь, что получилось. Это очень выдержанный, степенный процесс.