Академик Евгений Ямбург — о скандалах вокруг ЕГЭ летом 2026 года в России

Каждая приемная кампания в России, кажется, еще скандальнее предыдущей. Лето-2026 не стало исключением. Соцсети и родительские чаты забиты историями о выпускниках с почти идеальными результатами ЕГЭ, которые якобы не смогли поступить в желаемые университеты. Особенно бурно обсуждались случаи, когда абитуриенты с 300 баллами уступали бюджетные места победителям олимпиад. Родители твердят о несправедливости конкурсной системы, сокращении бюджетных мест на популярных гуманитарных направлениях и слишком изменчивых правилах приема. Однако эксперты призывают не делать выводов по отдельным громким историям. В беседе с MSK1.RU уже высказались о скандалах, связанных с приемной кампанией, ведущие эксперты — президент Всероссийского фонда образования Сергей Комков и депутат Госдумы Олег Смолин. Академик Российской академии образования, заслуженный учитель России Евгений Ямбург в интервью MSK1.RU говорит, что даже самые громкие (но одиночные) скандалы не отражают реальную картину. По его мнению, система ЕГЭ за последние годы серьезно изменилась, а сама приемная кампания стала более продуманной и гибкой. — У меня как у директора школы никаких претензий к системе сдачи ЕГЭ нет. Ребята сдавали экзамены спокойно, достойно. И выпускники всех наших направлений показали хорошие результаты. Есть дети с региональными медалями, есть победители и призеры различных олимпиад. Есть и те, кто по каким-то причинам упустил возможность участвовать в олимпиадном движении. — Каждый год система сдачи ЕГЭ как-то меняется. Многие родители жалуются, что не успевают за всеми приказами. На ваш взгляд, изменения эти скорее позитивные? — В этом году было сделано немало действительно позитивных вещей. Например, появился так называемый период тишины, предусмотренный указом президента, когда абитуриенты могли спокойно определиться с окончательным выбором. Это важно, ведь сегодня можно подать документы сразу в пять вузов и в каждом выбрать до пяти специальностей. — А ведь когда-то вы были одним из критиков ЕГЭ. Почему сейчас его поддерживаете? — Я гуманитарий, и меня буквально выводила из себя так называемая угадайка. Помню типичные задания: условно говоря, вопрос «Любил ли Онегин Татьяну?» — и три варианта ответа: «да», «нет» или «когда как». Правильным считался третий вариант. Такой подход мне казался совершенно недопустимым. Сегодня ситуация принципиально другая. «Угадайка» практически исчезла. Более того, экзамен стал дифференцированным. Если человек поступает на инженерные или математические специальности, он сдает профильную, действительно сложную математику. И это абсолютно логично. Если же выпускник выбирает филологию, журналистику или другие гуманитарные направления, ему достаточно базового уровня математики. Кроме того, серьезную роль продолжают играть олимпиады. Победители и призеры всероссийских и международных соревнований получают существенные преимущества при поступлении. — Но именно олимпиады сегодня вызывают больше всего споров. Родители рассказывают истории о выпускниках с 300 баллами, которым не хватило бюджетных мест. — Да, о таких историях в новостях читал. И, честно говоря, не очень верю в них. Мне кажется, здесь многое зависит от того, куда именно человек пытался поступить. В силу своей работы я много езжу по стране. И могу сказать совершенно ответственно: Дальневосточный федеральный университет ничуть не хуже многих московских вузов. Рязанский медицинский университет тоже дает очень качественное образование и вполне сопоставим с ведущими столичными медицинскими вузами. Поэтому я не верю, что человек с 300 баллами вообще не смог никуда поступить! Скорее всего, речь идет о желании попасть исключительно в один конкретный престижный московский университет. Но жизнь не ограничивается несколькими столичными вузами. Тем более учеба в Москве — это еще и расходы на жилье, питание, проживание. Это тоже необходимо учитывать. — Нельзя не отрицать, что жалоб в этом году действительно стало больше. Особенно после сокращения бюджетных мест на экономике, юриспруденции и некоторых гуманитарных направлениях. — Да, количество мест на отдельных специальностях действительно уменьшилось. Но этому есть объективное объяснение. Еще много лет назад я придумал ироничный лозунг: «Юристы и экономисты — в колонну по четыре». Их же выпускали в огромном количестве! А потом выяснилось, что рынку столько специалистов просто не требуется. Многие молодые люди получали дипломы, а затем устраивались на работу, никак не связанную с профессией. Девушки, образно говоря, приносили диплом как приданое, а работали секретарями или подавали кофе руководителям. Сегодня ситуация изменилась. Страна нуждается в инженерах, программистах, специалистах для высокотехнологичной промышленности, предприятий ОПК. Именно поэтому вырос интерес к инженерным, математическим и техническим специальностям. Там сегодня хорошие перспективы и достойные зарплаты. — Ну а если абитуриент действительно хотел в крутой вуз, а там не оказалось мест. Можно понять возмущение его родителей. — Есть колледжи. После девятого класса каждый сам принимает решение. Если хочешь потом поступать в вуз, кроме обязательных русского языка и математики сдаешь еще два профильных предмета. Если же выбираешь колледж, то уже ничего трагического в этом нет. Современные колледжи — это совсем не те ПТУ, которых когда-то боялись родители. Сегодня во многие колледжи поступить очень непросто, конкурсы огромны. Автомобильные, медицинские, технические колледжи готовят востребованных специалистов по обслуживанию сложной техники. По Москве, например, такие специалисты могут получать около 200 тысяч рублей в месяц. За всю Россию говорить не стану: ситуация в регионах очень разная. Но в целом это очень хороший трамплин. У меня был выпускник, который никогда бы не поступил в престижный университет. Но у него оказался удивительный талант к автомобилям и электронике. Он открыл собственное дело и сегодня зарабатывает 500 тысяч в месяц. И меня, академика, подвозит домой.