Родители учеников против оптимизации деревенской школы в Красноярском крае

Восьмиклассница Варвара спешит сделать домашнюю работу, чтобы пойти на улицу. Нехотя выводит цифры, алгебра ей так себе. — У нас один учитель отказался вести, но есть те, что продолжают. Хоть руководство и сказало, чтобы не вели. Только это надо в секрете хранить, никому не говорить, чтобы не прилетело им, — говорит Варя. — То есть вы тайно учитесь, получается? — Да-да. Это незаконно ведь? Мы, дети, нарушили тут всё. Деревенскую школу Канского округа в 260 километрах от Красноярска решили оптимизировать. Очень часто история, которая начинается с таких слов, заканчивается: «А потом все развалилось». Но в деревне Тайне события развернулись по-другому. Родители школьников, которых захотели перевести учиться в другой поселок, возмутились и не отдали детей. А часть педагогов стали проводить уроки бесплатно. Корреспонденты NGS24.RU Алексей Тайганавт и Мария Ленц побывали в Тайне и пообщались с местными жителями. Мы для них как ноль без палочки В Тайну мы приехали в тот момент, когда ее жителей принуждали «сдаться». Но они еще не сдались. Вызывая крайнее раздражение у районных чиновников и удивление у соседей из других поселков. Тайна (с ударением на последнюю «а») проста и обыденна, как десяток других мелких селений в округе. Примостилась у обочины муниципальной дороги, за 30 километров от Канска. Несколько улиц утоптанной промерзшей грязи, где обжитые дома соседствуют с заброшенными избами, а конная повозка — со стареньким комбайном «Енисей» у ворот. «Нас тут сто с небольшим жителей осталось», — говорят местные. Почти все подписались против того, чтобы их маленькую школу «оптимизировали». Написали президенту, губернатору (обращение есть в распоряжении редакции NGS24.RU). — Мы бунтари. Называют нас «неугодные, бунтари» и направляют во все органы, чтобы наказать, — говорит мне Валентина Епринцева. Она мама ученицы восьмого класса, которой по бумагам с 1 сентября здесь нет. Восьмой и девятый классы в Тайне закрыли в этом учебном году. Отправили учеников ездить в соседнее село Астафьевка за 12 км — там головная школа. Родители выпускного 9-го сопротивляться не стали. А «эти» — с восьмого класса — возмутились и ни в какую. Горой встали и… попали под административную статью. «Нелегальный» восьмой класс Школе в Тайне отвели самое лучшее место в деревне. Большой участок земли с кустами и деревьями за аккуратной изгородью. Почти как в парке. Натоптанная тропинка ведет сначала к мемориалу участникам ВОВ, а потом и к деревянному одноэтажному зданию. Звонок на перемену несется из школьных коридоров на улицу. А дети не выбегают. Никакого привычного гвалта и в помине. Тут на всю школу 27 учащихся. Шестнадцать человек в началке, три — в средних классах и четверо ходят в восьмой, «нелегальный» класс. Сейчас, после обеда, осталось и того меньше. — В июне нам объявили, что убирают два последних класса. На сходе мы заявили, что наши дети будут обучаться в деревне Тайне! Были с администрации, прокурор. Все слышали, все видели, как мы настроены, и что? — говорит жительница Тайны Валентина Епринцева. — Мы для них как ноль без палочки просто, — подхватывает ее тезка Валентина Волкова. — Нам пообещали проблемы, а дети, дескать, всё равно будут ездить куда они укажут. Но просто так мы не сдадимся, до конца пойдем, плевать на их угрозы. Сидят дома. Болтаются. Отстают. — Так в чём проблема? До поселка чуть больше 10 км, автобус школьный есть. — Да потому что подъездные дети — это дети, которые очень много пропускают. Здесь они приходят в тепло и уют, у них здесь фактически друзья; учителя как вторые родители. А в другой школе им вливаться сложно в коллектив. Ну, естественно, и отношение совершенно другое учителей, — считает Юлия Кейдюх. Она в тайнинской школе когда-то преподавала математику, двенадцать лет проработала здесь завучем, а сейчас на пенсии. А так им придется в шесть утра вставать, по морозу на остановку идти, — продолжает педагог. — Вы знаете, что такое школьный автобус у нас? В этом году была холодная зима, температура ниже 25 градусов — и всё, школьный автобус уже не выдерживал. Не ездил. Здесь бы они бегали в школу. А так: сидят дома. Болтаются. Отстают, — рассуждает Юлия Кейдюх. — У нас не чистится снег зимой, самое элементарное. Дороги, вы сами видели, какие дороги! У нас их нет, они отсутствуют от слова совсем. Почему мой ребенок должен ехать куда-то, когда вот она, родная школа? — подхватывает мама ученицы Валентина Епринцева. По словам местных жителей, в управлении образования администрации им заявили, что их дети всё равно пойдут учиться в другую школу. А оптимизация продолжится: в Тайне недокомплект, результаты учебы плохие — ученики срезаются на экзаменах. Да и перевод остальных классов в Астафьевку якобы дело времени. И школы здесь вообще не будет. — Они мотивируют тем, что нет результата. Малокомплектная школа, вроде как у вас мало детей. Учителя работают, значит, они не дают образование детям. Мы нарушаем обучающий процесс детей, — говорит Валентина Епринцева. Будут вас ломать, ломать Эта история «школьной оптимизации» кажется обыкновенной для нашего времени. Подумаешь, малокомплектная школа в деревне, которую и на карте не сразу найдешь. Сколько таких уже было? Проехаться по краю — «оптимизируются» с размахом целыми селами. Но в Тайне всё пошло по другому сценарию. Родители своих восьмиклассников в этом учебном году в другую школу не отпустили. Водят сюда. Вот уже второй месяц. А педагоги, приезжие из города и соседних сел, их учат бесплатно. Не все, конечно: те, кто не побоялся административного гнета. — С нас потребовали объяснительную записку (в администрации Канского округа. — Прим. ред.). А я не отрицаю: уроки веду для этих восьмиклассников. Мне, как говорится, за державу обидно. У меня мама выросла в деревне этой, мне там всё родное и близкое, — поясняет учитель географии Геннадий Ощепков. Он в 2010-х годах работал в тайнинской школе директором. — Помните из истории: когда большевики пришли к власти, вопрос не стоял о зарплате. Он был в том, чтобы в каждой деревне или кишлаке — везде был учитель. А если мы уходим от этого правила, то будущее страны просто теряем. Проблема Тайны — это проблема всей российской деревни, — считает Геннадий Ощепков. А пока же местные власти и строптивые родители борются с обращениями. Четверо восьмиклассников официально приписаны к астафьевской школе. За эти полтора месяца они там ни разу не были. И там, как рассказывают родители, на них написали жалобу в Канскую инспекцию по делам несовершеннолетних — поставив пропуск 119 уроков. «В отношении родителей составлены административные протоколы по ст. 5.35 КоАП РФ (неисполнение родителями или иными законными представителями несовершеннолетних обязанностей по содержанию и воспитанию). Материалы переданы на рассмотрение в комиссию по делам несовершеннолетних для принятия решения» — сообщили в краевой полиции NGS24.RU. — Наши дети ходят в тайнинскую школу, им ставят оценки в журнал. С ними занимаются, не все предметы, конечно. А мы каких только объяснительных ни пишем. Обещают нам, что у нас будет административная комиссия: «соберутся очень много людей и будут вас ломать, ломать», — рассказывает мама восьмиклассницы Людмила Овечкина. В ответ на жалобу Валентина Епринцева — самый активный противник перевода детей в другую школу — пожаловалась напрямую главе Следственного комитета России Александру Бастрыкину. Как нам подтвердили в региональном управлении СК, сейчас по факту ее обращения начата проверка. «За 300 лет сколько пережила, но оптимизации не выдержит» Школу в Тайне строили, что называется, всем миром в 1961 году. Надежно возводили, надолго. Как и всё в деревне — начиная с 1725 года. — За 300 лет она сколько пережила, эта деревня, да? И Гражданскую, и голод, и Великую Отечественную войну. И чего только не было. Но оптимизации не выдержит, — говорит пенсионер Виктор Кейдюк, он когда-то сам учился в тайнинской школе. — Мне жалко, что последний оплот деревни развалится. Уберется школа, автобусы не будут ходить. Всё, деревня начнет разъезжаться. В 1960-х годах у нас было двенадцать деревень и один председатель на всё. Он на своем несчастном «Газике-69» успевал везде. А теперь в администрации о себе только думают, чтобы им меньше волокиты, — говорит Виктор Кейдюк. Директор Астафьевской школы от комментариев отказался. Поговорить напрямую с чиновниками администрации Канского округа, выслушать их доводы, к сожалению, тоже не удалось. Общаться они согласились только по письменному запросу.А зря, конечно, могли бы и объяснить свою позицию: наверняка она обоснована. Письменный запрос мы направили. Как только будет ответ — опубликуем.