Проходите 100 ступенек в день и плывите по течению: выясняем, как побороть осеннюю депрессию

Внутренний мир человека нельзя потрогать и увидеть. Но можно на него повлиять. Вместе с психологом Дмитрием Корниенко, автором лекции «Все мы Ланнистеры и Старки, или Почему хорошие герои умирают первыми», разбираемся, почему мы часто грустим осенью и как справиться с сезонной хандрой. Дмитрий Корниенко – профессор психологии. Он занимается исследованиями в области психогенетики и эволюционной психологии, является экспертом по психологии личности человека. По его словам, даже такое малоприятное явление, как депрессия, помогает людям подготовиться к более суровым испытаниям. – Осень и весна – это официальные периоды психологических обострений? – Да – но с определенными оговорками. Происходит смена сезона. В случае с осенью смена скорее негативная – мы приезжаем из отпуска, световой день становится короче. К тому же, мы возвращаемся на работу, которая для многих из нас не является любимым делом, и нам приходится заставлять себя ее делать. Всё это влияет на наше психическое состояние. Весной люди часто склонны к кардинальному изменению жизни, например, могут бросить всё и уехать на ПМЖ на юг или полностью сменить род деятельности – был экономистом, а стал пекарем. Мы привязываем себя к некой субъективной точке отсчета – это как всем известное «Всё, худею с понедельника». Вообще идея «Новый сезон – новый я» очень популярна в США. Её отголоски можно встретить в рекламе, в приложениях для айфона – и это работает. В России мы скорее сами привносим некий смысл: вот наступит весна или лето, и я буду жить по-новому. – Все процессы в организме человека, как правило, для чего-то нужны. Для чего нужна депрессия? – Важная оговорка: мы всё же имеем в виду бытовые депрессивные проявления, потому что сама депрессия – это диагноз, и с ней надо обращаться к специалисту. С точки зрения эволюции, депрессивные проявления нужны, чтобы мы подготовились к зиме. Животные впадают в спячку, люди – нет, но при этом снижается активность, мы начинаем больше есть, делать запасы, чтобы подготовиться к более трудному периоду. Мы входим в депрессию, чтобы сохранить энергию и тепло, зная, что впереди нас ожидает зима. Ещё одна положительная функция – это возможность замереть и разобраться с тем, что происходит у в жизни. Мы должны остановиться, подумать, измениться и идти дальше. – Тогда как не скатиться в диагноз? – Надо делать то, что приносит удовольствие. Однако не стоит потакать себе во всем. Например, не старайтесь избегать социальных контактов, даже если вам хочется полениться в одиночестве. Если общение после работы раздражает – сходите в кино, только на какой-нибудь радостный, а не упаднический фильм. Если вдруг мы обнаруживаем у себя депрессивные состояния, лучше просто плыть по течению, чем падать на дно: зовут гулять – иди, приглашают в кино – покупай билеты, приглашают в гости – не отказывайся. – Есть мнение, что здоровых людей не существует. С психологической точки зрения это так? – Как говорят врачи: здоровых людей нет, есть недообследованные. Когда мы говорим про здоровье – это медицина. Когда говорим про психологию, то более правильный термин – адаптация. Если человек имеет какие-то психические или физические проблемы, но он адаптирован к своей среде, есть высокая вероятность, что психологически он здоров. Яркий пример – известный фильм «Игры разума», где учёный-шизофреник постоянно видит галлюцинации и знает, что это галлюцинации, при этом у него есть жена, работа, друзья, коллеги – он адаптирован к жизни. Если захотеть, у каждого можно найти какие-то особенности поведения, которые можно интерпретировать как признаки нездоровья. Но нет, мы скорее здоровые, чем больные. – Существует мнение, что большинство людей, которых мы знаем из истории, в искусстве, науке имели психические расстройства: Бетховен, Гай Юлий Цезарь, Эйнштейн. Можно поставить знак «равно» между творческой жилкой, интеллектом и неврозом? – Сама по себе креативность, конечно, не является расстройством, скорее, наоборот, это способ продуцирования идей. Наиболее ярким примером расстройства у творческих людей можно считать шизофрению Ван Гога, который отрезал себе мочку уха. Нанесение психически больным травм самому себе после этого получило название «синдром Ван Гога». Творчество – это выход из психического расстройства, своего рода «форточка». Поэтому сегодня актуальна арт-терапия – рисование, лепка, фото, любое творчество. Здесь действие выступает как средство коррекции, способ снятия острых симптомов. – Говорят, поднять себе настроение можно, съев банан или шоколад. А вообще еда влияет на эмоции? – Да, и речь идёт не только о шоколаде. Он – просто самое популярное средство. Вообще, все сладкое приносит радость и удовольствие. Но это всё-таки кратковременный эффект. Поэтому увлекаться не стоит, не нужно заедать или запивать свои депрессивные проявления. Лучше вытягивать себя из таких состояний чтением книг, просмотром фильмов, общением. – Если у меня стресс на работе, что делать? – Поколотите грушу или, наоборот, расслабьтесь – поплавайте в бассейне. Надо снимать напряжение от негативных эмоций, стресса и агрессии. Если организм уже начал реагировать на что-то, то в нашей ситуации нужно, чтобы он это делал с пользой для себя. Мой личный способ – это движение. Если есть стресс, гуляю по городу, хожу по лестницам. Что происходит с людьми, когда их берут в заложники? Первое, что говорят: «Не двигаться», и люди не двигаются, а это дополнительный стресс для организма. В стрессе организм реагирует комплексно, это связано с физиологическими процессами. Если вы офисный работник и на работе испытываете стресс, поставьте себе задачу в день пройти 100 ступенек и периодически к ней возвращайтесь – отвлечётесь, снимете стресс.