«Не просчитывает риски — сам дурак»: а готовы ли вы содержать брошенного в Северодвинске попугая?

Зоозащитник из Мурманска и большой друг архангельского центра помощи экзотическим животным «Мата-Мата» Сергей Потаман следит за ситуацией с брошенными животными из контактного зоопарка. Когда зверей и птиц оставили сначала в Северодвинске, а потом в посёлке Октябрьском, люди начали писать, что готовы забрать питомцев себе. Но рассчитывают ли свои силы эти энтузиасты? Сам Сергей не раз выкупал таких птиц из «зооада». И знает, что содержать их сложно, очень затратно и даже небезопасно — это должны понимать все, кто просит отдать попугаев из зоопарка. Попугай попугаю — рознь. Волнистый попугай или корелла даже при сломанной напрочь психике более-менее безопасны и, как бы это меркантильно ни звучало, дешевы в обслуживании. Крупные же попугаи дороги (только корма мне обходятся от 20 до 40 тысяч рублей в месяц) и представляют серьёзную опасность. Что делать в таком случае? Держать в клетке — не вариант, так как это путь к проблемам, вызванным ограничением подвижности (лёгкие, сердце). Лучший вариант — свободный выгул, но тут остро встаёт вопрос безопасности. Хотя скажу, что лично у меня каждый рентген питомца — ставка на количество оставшихся пальцев. Пока везло, хотя прокусы (часто сквозные) достались и ушам, и рукам в полной мере. Супруга чуть не лишилась глаза просто потому, что какаду Гоффина решил, что ему уделяется меньше внимания, чем другой птице, а молуккскому какаду не понравилось, что она недостаточно расторопно подала ему руку, когда он хотел посидеть у неё на плече. Так вот, есть ещё проблема с безопасностью самих птиц. Я лично видел, как металлическая гофра вместе с проводом внутри раскусывается за один «клац». А здоровье птиц? Живут они долго, если у них всё хорошо. По опыту скажу, что ни у одной из попавших к нам птиц не было «всё хорошо», их состояние различалось лишь степенью «хреновости». И вот тут кроется очень важная проблема — компетентных врачей-орнитологов практически нет. Я не говорю, что нет в РФ, так как их, похоже, нет даже за её пределами. Мы пробовали лечить под платным (и не самым дешёвым) руководством орнитологов, рекомендуемых в кругах любителей попугаев, но при параллельном кураторстве двух и более орнитологов составлялись разные программы лечения. Думаете, такие неудачи только у нас? В тематических группах писали о женщине, которая в Москву из Белоруссии поехала с попугаем на лечение. К сожалению, не помогло. Кстати, лечение с рентгенами и анализами крови и других выделений организма ещё и очень сложно как технически, так и психологически. А брать надо и именно столько, иначе меньшего не хватит на анализы. А иногда, кстати, приходится отказываться от анализов сейчас, надеясь примерно угадать по симптомам, что именно стоит дать птичке, чтобы сейчас её «вытянуть» и после кризиса уже заняться её здоровьем, так как сейчас она точно возни с анализами не переживёт. Иногда это «после кризиса» не наступает. И это, даже на фоне всех ран и травм, самое страшное. А потом годами будешь корить себя и думать, а не погубил ли я эту несчастную птицу своими действиями или бездействием. Будешь размышлять: «А что если...» Если бы я начал лечить иначе или раньше? А если даже лечил и правильно, но всё равно не вышло, то будешь думать: может, лучше просто было быть рядом? Не мучить друга напоследок, а просто дать ему спокойно «уйти», окружённому заботой? Чтоб хотя бы последний отрезок жизни, который он провёл с тобой, был счастливее, чем прожитый с теми, кто отказался от него?