Почему легендарный остров, где создавалась полярная авиация СССР и откуда челюскинцы ждали спасения, превратили в помойку

Посреди Енисея, в самом центре Красноярска, на километр растянулся остров Молокова. Его видно отовсюду: с Коммунального моста и Центральной набережной, а с самого острова открывается волшебная панорама на весь город. Здесь начиналась авиация в Красноярске, существовал небольшой поселок в 200 человек. Сегодня на остров страшно идти в одиночку. У берегов стоят ржавые корабли, в глубине острова — разрушенные здания и незаконные постройки. Иногда сюда заглядывают живодеры, чтобы пострелять бродячих собак. Власти который год обсуждают проект создания на этой территории музея-парка, но дело все никак не сдвинется с мертвой точки. И остров, как бельмо в глазу, продолжает существовать в самом жутком виде на виду у всех. О насыщенном прошлом, страшном настоящем и пока туманном будущем острова в самом сердце Красноярска — материал корреспондентки NGS24.RU Татьяны Стригановой. «Ворота Крайнего Севера» Сегодня практически заброшенный остров в 1930-е годы выглядел совсем по-другому и назывался Телячий. В северной части стояли ангары для самолетов и авиаремонтные мастерские. А в самом конце острова до сих пор стоит деревянное здание аэровокзала, построенное в 1934 году. Вдоль острова шла улица Октябрьская, на которой на когда-то жили люди. Работа первого аэропорта в Красноярске началась с новости, которая оказалась на первых полосах всех мировых газет, — спасение людей с затонувшего теплохода «Челюскин». Вылеты проводили как раз с острова Молокова. 104 человека эвакуировались с теплохода на льдины Чукотского моря и в течение двух месяцев ждали помощи. Больше всех людей — 39 — на двухместном (!) самолете спас руководитель отряда летчиков Василий Молоков. После этого остров решили переименовать в честь Героя Советского Союза. В 1935–1936 годах остров стал крупной базой для советской полярной авиации. Здесь готовились самолеты для рекордных перелетов не только в сторону Дудинки и разведки Северного морского пути, пилоты летали, хоть и с промежуточными посадками, до Лондона, Аляски, Сан-Франциско. «Все великие первопроходцы воздушных путей Арктики прошли через этот памятник истории», — говорят об острове Молокова в Российском географическом обществе. В военное время остров стал частью знаменитой трассы Аляска — Сибирь. Здесь ремонтировали не только советские самолеты, но и американские — поступающие в СССР по программе ленд-лиза. Эпоха авиации закончилась с постройкой Коммунального моста и сильным наводнением в 1966 году. Вода не уходила с острова в течение двух недель: затопило дома и цеха, ангары и даже строящийся стадион. Людей и оборудование вывезли, а остров отдали спортсменам на лодках. Корабли, которые никуда не поплывут Ржавые корабли по берегам — тоже часть истории. На одном из них, который называется «Водноспортивная база», мы знакомимся с Евгением Соболевым, который помнит остров еще 14-летним мальчишкой. — Остров в 1970-х годах казался нам абсолютно диким. Ну, представьте: люди ушли отсюда, и мы оказались здесь абсолютно одни. В глубине острова — большие зеленые луга и старые здания авиационных мастерских, пожарная вышка. На складах еще были лопасти самолетов и були — это вместо шасси у самолетов, чтобы садиться на воду, — вспоминает Евгений, пока мы стоим на верхней палубе его «Базы». Сейчас дебаркадер используют для прохождения практики курсантов института водного транспорта (бывшее речное училище). В апреле-мае тут будет 100–150 будущих речников — Евгений будет контролировать процесс и ставить оценки. — Здесь курсанты получают навыки гребли, пожаротушения, заделки корпусов, спасания на водах, а также других работ на корабле. В общем, приведут дебаркадер в порядок, — говорит преподаватель. Еще одно учебное судно на острове — теплоход «Юнга» у Коммунального моста. Остальные плавсредства никак не используются, хотя среди них есть действительно уникальные корабли. Например, старейший после «Святителя Николая» теплоход «Красноярский рабочий». Именно он начинал водить караваны судов по Енисею с 1930-х, буксировал опоры Коммунального моста и доставил турбину на Красноярскую ГЭС. Гиганта списали спустя 40 лет службы, и теперь у него незавидная «пенсия» — стоять и ржаветь на берегу. Со слов Евгения, была идея передать «Красноярский рабочий» в собственность речного пароходства или властей, сделать музей, но ректор вуза (пароход находится на его балансе. — Прим. ред.) высказалась против. Остальные суда вдоль острова моложе, но вряд ли способны отправиться в плавание. Во время прогулки, которая часто превращается в лазание по сугробам, замечаем на берегу караван из нескольких ржавых барж, плавучую баню и самый колоритный объект для фотографов, любителей «заброшек» и охотников за металлоломом — затонувший дебаркадер. Депутаты и природоохранная прокуратура четыре года борются с этим кладбищем кораблей с переменным успехом. Незаконную баню, например, убрали по решению суда два года назад, но она почему-то вернулась на прежнее место. С затонувшей баржей все еще сложнее — ее хозяина просто не могут найти. Евгений Соболев считает, что хозяина, в хорошем смысле этого слова, надо искать всему острову, чтобы организовать здесь культурный отдых. Например, вернуть сюда спортивную базу для занятий по морскому многоборью и гребле на ялах. Соревнования раньше проходили на Абаканской протоке — там, где раньше взлетали и садились самолеты. — На этом острове было воспитано не одно поколение спортсменов, чемпионов по морскому многоборью. Я сам мастер спорта (на дебаркадере Евгений показывает нам разные кубки, которые получал сам еще в советское время. — Прим. ред.). На острове проходили крупнейшие соревнования. Стартовали от Коммунального моста и финишировали у ДОКа. Получалось 2000 метров. А теперь спортсмены тут бегают кроссы, иногда — от бродячих собак, — возмущается Соболев. Состояние острова и его будущее Остров Молокова сегодня — зона отчуждения в центре города. В это трудно поверить, но это все - в центре одного из богатейшего города страны. Одна из последних новостей — в лесу на острове нашли 12 трупов собак, по которым кто-то стрелял дробью. Чуть раньше — трупы домашних животных. На развалинах авиаремонтных мастерских играют в пейнтбол, часто сюда приезжают на машине любители пожарить шашлыки или уединиться на берегу. Но в межсезонье тут царит атмосфера полной заброшенности. В одиночку мне ходить было страшновато. По данным администрации Центрального района Красноярска, на острове более 40 незаконных временных строений — это бани, туалеты, сараи и заборы. Малую часть из них снесли в феврале, остальной обещают заняться, как сойдет снег и просохнут дороги. Наиболее крупные капитальные строения, снятые с воздуха, мы показали представителю департамента архитектуры — он сообщил, что разрешений на их строительство не выдавалось. Но на острове есть участки земли в частной собственности, поэтому снести постройки будет сложно, объяснили в мэрии. Также недавно мы написали, что несколько гектаров в середине острова выставлены на продажу. Не первый год идут разговоры о создании на острове парка-музея: в разное время предлагались проекты «Сибирский характер», Парк полярной авиации и теперь Парк-музей освоения Севера от Российского географического общества. Предполагается занять парком территорию в 500 тысяч квадратных метров. Помимо главного павильона площадью в 2,5 тысячи квадратов, по острову построят еще несколько открытых выставочных площадок с круглосуточным доступом. Для посетителей будет пешеходный маршрут в 3 километра по всем важным объектам исторического парка. Ценным экспонатом станет найденный энтузиастами американский самолет «Дуглас» — сейчас он хранится в «Солнечном». Планируется восстановить и «Красноярский рабочий», вот только кто это будет делать и когда — неизвестно. Два года назад на проект планировки острова под парк выделили 13 миллионов рублей. В начале этого года депутаты горсовета Красноярска внесли изменения в правила землепользования и застройки на острове. Это тоже декларируется как подготовка к размещению парка. О важности и перспективах создания исторического парка на острове для NGS24.RU рассказал историк полярной авиации подполковник Вячеслав Филиппов. Сейчас в Москве он пишет книгу про историю острова Молокова и вспоминает, что проектов на его территории было много. Но этот — самый лучший, поэтому требует времени. — За двухтысячные годы на острове Молокова были попытки протолкнуть два очень больших проекта. Хотели сделать там развлекательную, гостиничную зоны, коммерсанты интересовались этим очень сильно. А проект, о котором сейчас идет речь, он совсем другой, некоммерческий. Он музейный и в первую очередь парковый, экологичный, что сейчас в тренде во всем мире. — У наших северных территорий нет достойного презентационного места. А здесь это можно показать в виде павильонов. В чем заключается освоение Севера? Там добывают золото, там добывают редкоземельные металлы — насколько это важно для страны. Вот такой глобальный подход интересен и Норильску, и золотопромышленникам. Проводятся же у нас Арктические форумы. А знаете где? В Мурманске, в Архангельске. Потому что там люди суетятся. Так и мы себя позиционируем как главную территорию в основании Севера и Арктики. Так вот она площадка. Это же первая советская полярная авиабаза. Самый первый самолет полетел именно отсюда. И это здание гидропорта, которое стоит на острове, — редчайшее и единственное, сохранившееся с тех лет, — вдохновенно перечисляет Вячеслав. Почему столь ценный во многих смыслах остров в центре города пребывает в запустении, мы спросили у предпринимателя, члена общественной палаты Красноярска Андрея Болсуновского. Сложившуюся ситуацию он назвал «кармой Красноярска», где власть тесно связана с бизнесом. И это характерно для многих российских городов. — Ни для кого не секрет, что у нас в городе в первую очередь развиваются пространства, которые интересны большому бизнесу. И, видимо, раз в жилую зону это не превратишь — законодатель не позволяет, торговый комплекс тоже не воткнешь, вот он и стоит в заброшенном состоянии. А наш город очень серьезно работает в угоду бизнесу. Мы готовы засыпать находящуюся рядом с островом Абаканскую протоку, если это нужно бизнесу, или вырубать рощи в Академгородке, там снова встал вопрос по сосновому лесу. Проще всего это делать под социальные объекты, а земли, на которых они планировались ранее, передать под застройку домами. Это у нас уже не первый год, а при всех трех мэрах я наблюдаю такую ситуацию. Видимо, такая карма у Красноярска, — констатирует Болсуновский. Мы сделали запрос в пресс-службу губернатора Красноярского края Александра Усса по поводу перспектив острова и сроков строительства парка-музея. К моменту публикации материала специалистам не удалось согласовать комментарий для NGS24.RU — ждем уже двое суток.