Будет дефицит? Что происходит с рынком лекарств в России после 24 февраля

Инфляция в России в этом году после начала спецоперации и последовавших за ней санкций резко пошла вверх. По последним данным Центробанка России, в июне она составила 15,9%. Инфляция распределяется неравномерно — что-то дорожает выше ее среднего уровня, что-то ниже. Лекарств это тоже касается — судя по данным Росстата и аналитиков, ряд препаратов подорожал сильнее других, а некоторые и вовсе снизились в цене. Мы поговорили с экспертами, чтобы разобраться, почему выросли цены именно на эти лекарства и чего ждать в дальнейшем в связи с санкциями и изменением поставок. Как выросли цены на лекарства за полгода Согласно данным DSM Group, больше всего за полгода в России подорожала группа противопаразитных препаратов, в которые включили также инсектициды и репелленты — на 19,4%. На втором месте препараты для лечения заболеваний кожи — рост составил 10,9%, на третьем — препараты для лечения урогенитальных органов и половые гормоны — 9,3%. — Инсектициды и репелленты сложно назвать в полной мере лекарственными препаратами, то есть нацеленными на лечение. Я думаю, что рост цен на них связан с сезонным спросом, а следовательно и на всю группу, в которой они оказались вместе с противопаразитными препаратами, — говорит депутат Госдумы Айрат Фаррахов. — В группу препаратов для лечения кожных заболеваний вполне могут войти некие косметологические средства, они, наверное, несколько больше подорожали, чем лекарственные препараты в среднем. Айрат Фаррахов — экс-министр здравоохранения Татарстана, член комитета Госдумы по бюджету и налогам. Он отмечает, что это достаточно большие группы лекарств, которые при этом обычно не входят в перечень жизненно важных необходимых лекарственных препаратов (ЖВНЛП), а именно их принято считать ключевыми. Цены на группу ЖВНЛП регулируются государством. — Лекарственные препараты, конечно, все значимые — нельзя сказать, что какие-то неважны. Скажем так, наиболее подорожали те препараты, которые не входят в перечень ЖНВЛП, — говорит гендиректор компании DSM Group Сергей Шуляк. — Сильно вырастают цены именно на эти препараты, и это влияет на общую картину. Когда мы говорим об общем индексе инфляции, всегда появляются голоса «ну как же так, а вот этот препарат вырос в цене на 30%». Отдельные лекарства могут действительно вырасти в цене, но говорить, что какой-то класс в целом подорожал или подешевел нельзя — всегда есть препараты, цены на которые растут или снижаются интенсивней по каким-либо причинам. Получается, у нас достаточно противоречивая картина по разным препаратам, но если говорить об общем инфляционном индексе, стоит отметить, что с апреля мы видим дефляцию на лекарственные препараты. Сергей Шуляк — генеральный директор компании DSM Group, член Координационного совета РАФМ. Эксперт говорит, что ряд цен держится на высоком уровне за счет старых закупок — компании потратили деньги в рублевом эквиваленте, когда курс доллара и евро был высоким, и цена тянется с марта-апреля. На новые закупки цена при этом снижается. Если говорить о конкретных лекарствах, то эти данные есть у Росстата — ведомство следит не за всеми препаратами, но тем не менее некоторая статистика есть. По информации Росстата, сильнее всего за полгода подорожали йод (39,4%) и активированный уголь (23%). Рост цен именно на эти лекарства эксперты объясняют эффектом низкой базы — рост не такой большой, если вспомнить, что цены на йод начинаются от 30 рублей. Также в десятку самых подорожавших лекарств вошли «Троксерутин» (гель, используется при лечении болезней вен), «Метамизол натрия» (анальгин), «Корвалол», «Таурин» (противокатарактные капли), «Алмагель» (используют для лечения заболеваний ЖКТ), «Сульфацетамид» (противомикробное), перекись водорода и «Эссенциале форте Н» (применяют для восстановления печени). Почему лекарства пропадают из аптек Помимо роста цен, люди сталкиваются и с дефицитом препаратов. В марте забили тревогу пациенты, зависимые от левотироксина натрия — препарата, который принимают при дефиците гормонов щитовидной железы, в том числе после операции по ее удалению. Лекарство просто пропало из аптек. Тогда пресс-служба Росздравнадзора заявила, что лекарство производится и поставляется в объемах больше прошлогодних, а нехватка обусловлена ажиотажным спросом, но в апреле стало известно о запуске в России нового производства этого препарата. В то же время в апреле стали появляться сообщения, что из аптек пропадают противоэпилептические препараты, также люди жаловались на нехватку средств для снижения давления и лекарств, которые необходимы при различных хронических заболеваниях. Официально никто из фармкомпаний не заявлял об уходе с российского рынка, со стороны стран тоже нет санкций в виде ограничения поставок лекарственных препаратов. — В средствах массовой информации появлялась отдельная информация о том, что та или иная компания вводит ограничения, мы сегодня этого объективно не видим, Минздрав не получил ни одного уведомления о том, что компания уходит с рынка или ограничивает поставки лекарственных препаратов в Россию, — утверждает Айрат Фаррахов. Тем не менее в аптеках периодически пропадает то одно лекарство, то другое. Эксперты рынка связывают исчезновения лекарств не с прекращением поставок, а с логистическими трудностями, которые возникли в новой реальности. — С февраля усложнилась логистика импортных препаратов и субстанций для отечественного производства, она увеличилась и по времени, и по цене. Мы должны понимать, что теперь препараты проходят сложный путь. С этим и связано временное отсутствие тех или иных лекарств, — говорит директор СРО «Ассоциация независимых аптек» Виктория Преснякова. — Мы видим, что некоторое время препарата становится меньше, он отсутствует, но потом всё восстанавливается. Сегодня мы видим, что объем ввозимых субстанций и интермедиатов в Россию вырос на 20% по сравнению с прошлым годом. Это говорит о том, что производить стали больше, а значит, в стране сформированы запасы не только лекарств, но и субстанций и других составляющих для производства медикаментов. Виктория Преснякова — кандидат фармацевтических наук, директор СРО «Ассоциация независимых аптек», глава Альянса фармацевтических ассоциаций. Она подчеркивает, что медикаменты, будучи товарами социального спроса, не подлежат санкциям. Тем не менее некоторые иностранные представители пересмотрели свои портфели и перестали поставлять препараты, у которых на российском рынке есть аналоги. — Это точечно и связано скорее с маркетинговыми вопросами. Также компании пересмотрели свои расходы на маркетинг в России. Некоторые свернули клинические исследования из-за проблем с логистикой, порой нет возможности быстро отправить образцы за рубеж, — говорит Виктория. — Но никто не объявлял об уходе с рынка, да и мы не ждем такого шага ни от кого. Дефицита препаратов опасаться не стоит, возможен только локальный, который связан с изменением структуры доставок, внутренними изменениями, на настройку которых требуется чуть больше времени, чем было раньше Что будет с лекарствами дальше Эксперты рынка уверяют, что сейчас он приходит в норму — закупленные по высокому курсу лекарства будут распроданы, и аптеки вернут прежние цены. Фармацевт из Казани на условиях анонимности рассказала порталу 116.RU, что проблема была не только в курсе валюты, но и в ажиотаже — хронически больные побежали в аптеки покупать необходимые им лекарства, и цены выросли. Сейчас, по ее словам, многие позиции вернулись на доспецоперационный уровень. Власти и фармкомпании в то же время грезят об импортозамещении. При этом импортозамещать придется даже то, что производится в России — по словам Фаррахова, российские производители в достаточно большом проценте используют субстанции, которые производятся в Китае, Индии. — Наша промышленность нацелена на то, чтобы и здесь добиваться импортонезависимости, — говорит Фаррахов. — Пока она есть, но и Китай, и Индия относятся к дружественным нам странам, никаких проблем с поставками субстанций у нас нет, появляется лишь проблема с логистикой — не все прежние пути доставки работают. Логистика меняется. Гендиректор Ассоциации российских фармацевтических производителей Виктор Дмитриев тоже говорит, что производство в России остается импортозависимым. И сейчас работать стало сложнее, особенно из-за проблем с логистикой. — Понятно, что сегодня мы живем не так, как мы жили вчера, — соглашается Дмитриев. — Но мы справляемся. Картина складывается следующая: больше проблем с теми препаратами, которые мы производим внутри Российской Федерации, — отмечает он. — Это связано с тем, что из-за рубежа препараты приходят в упаковке ГЛС (готовые лекарственные средства) — остается нанести маркировку и они готовы к реализации в аптеке. Те же препараты, которые производятся внутри России, достаточно импортозависимые. У нас возникали вопросы буквально по каждому ингредиенту — и по наполнителям, и по красителям, и по картону для упаковки. Мы эти вопросы решаем, но всё это выливается в рост себестоимости, а себестоимость за собой тянет цену. Там, где нужно держать цены, — мы их держим, там, где удержать их невозможно, — мы решаем вопрос через постановление правительства 17 71, которое дает возможность в случае возникновения дефектуры повышать цены. Виктор Дмитриев — генеральный директор Ассоциации российских фармацевтических производителей, член подкомиссии по вопросам обращения лекарственных средств правительственной комиссии по вопросам охраны здоровья граждан. Он объясняет, что реальность дефектуры рассматривают специальные комиссии, но отмечает, что эта методика не идеальна. При этом Дмитриев полагает, что она будет дорабатываться, как и многие другие документы, которые принимались в первые дни введения санкций.