Архангельский хирург рассказал о своем участии в уникальной операции

В Архангельской областной клинической больнице провели уникальную операцию по восстановлению лица. Она длилась больше шести часов и потребовала одновременного участия сразу трех бригад врачей. Чтобы выяснить, чем этот опыт важен для медицины Архангельской области, мы поговорили с Андреем Совершаевым, заведующим центром сердечно-сосудистой хирургии — он принимал непосредственное участие в сложнейшей операции. «Пациент не мог пить, приходилось поднимать угол рта рукой» Несколько лет назад врачи онкодиспансера спасли мужчине с онкологией жизнь. Они удалили злокачественное образование на его лице. Чтобы опухоль не могла продолжить свой рост, пациенту пришлось пожертвовать частью мускулатуры лица и ветвями лицевого нерва. Из-за этого у мужчины перестал работать угол рта, отвисла щека, возникли проблемы с приемом пищи и речью. — До операции у пациента были проблемы с питанием, и он не мог пить. Ему приходилось поддерживать лицо, чтобы уголок рта сходился, его требовалось поднимать рукой, — рассказывает Андрей Совершаев. «Операция долгая и трудная» Чтобы вернуть мужчину к нормальной жизни, после удаления злокачественного образования нужно было провести еще одну операцию. Уникальную для Архангельской области и редкую для России. Команда врачей выделила мышечный лоскут с сосудами и нервной веткой из бедра пациента, а затем пересадила его в область лица. — Операция шла 6 часов 15 минут. Это долго. Большая операция, в которой принимали участие сразу несколько бригад врачей. В какой-то момент мы работали с коллегами одномоментно, а дальше по этапам. Есть не так много центров в России, где такие операции делают. По той причине, что тут нужна большая компетенция врачей, требуется соответствующее оборудование, при этом важно, чтобы все эти специалисты были в одном центре, — объясняет врач. Для пациента операция была бесплатной, но мы решили спросить, в какую сумму она обошлась больнице, а заодно поговорили про риски: — Операция технически очень сложная, но особой дороговизны в ней нет. Потому что какого-то специфического оборудования дорогостоящего одноразового не требуется. Единственное, что может быть дорогостоящим — это использование операционного микроскопа для наложения анастомозов. Большого риска там тоже нет. Большой риск только в том, что неверно наложенные анастомозы могут привести к некрозу трансплантата, и придется в этом случае его удалять, что довольно травматично. Это тот случай, когда уникальность операции заключается в профессионализме пяти хирургов, которые должны были работать одновременно и сообща. — Пять хирургов: два челюстно-лицевых, два сердечно-сосудистых и один нейрохирург. Каждый руководит своим этапом. Я, например, сшивал артерии и вены. Височную артерию с артерией мышечного лоскута и височную вену с веной мышечного лоскута. Анастомо́з — соединение между сосудами, полыми органами и полостями, которые обычно отделены друг от друга или разветвляются. В анатомии — место соединения полых органов, в хирургии — созданное путем операции сообщение между сосудами, органами или полостями. «Он сможет есть, пить и улыбаться» Врач говорит, что оценить эффективность операции можно будет только через полгода, когда появятся первые самостоятельные сокращения пересаженного лоскута. Все-таки нерв растет очень медленно — 1 миллиметр в день. А пока мы попросили у Андрея Совершаева озвучить хотя бы приблизительные прогнозы — самый пессимистичный и самый оптимистичный. — Самый неблагоприятный прогноз на данный момент — это то, что не будет полной работы мышц, — отвечает врач. — А самый благоприятный — что через какое-то время после операции, после того как оба конца нерва соединятся и врастут друг в друга, иннервация появится и мускулатура начнет функционировать в правильном режиме — у него улучшится качество жизни и он сможет без поддержки рукой есть, пить и улыбаться. Иннерва́ция — снабжение органов и тканей нервами, что обеспечивает их связь с центральной нервной системой Что операция значит для Архангельской области Что значит эта операция для пациента, понятно — лучшая жизнь и возможность радоваться ей. Спросили у Андрея Совершаева, что этот опыт значит в масштабах медицины Архангельской области. — Любая первая операция — это ситуативная вещь. Именно такая операция, именно в таком составе из трех бригад и в совместном режиме и именно в данной зоне — она впервые у нас выполнялась. Это был первый этап, и теперь такие операции можно выполнять на местном уровне, с дальнейшим наблюдением у местных специалистов, без отправки пациента в федеральные центры, что, конечно, удобнее для пациента Ранее мы рассказывали, как хирурги Архангельской областной больницы проводят эндоваскулярные операции, их делают всего через один прокол. Подробнее об этом — в нашем тексте из цикла «Уникальные операции». В 2019-м местные врачи научились устранять аритмию с помощью холода, а в 2021-м спасли 17-летнюю девочку, убрав аневризму из сосудов головного мозга. Одно из последних достижений — установка сердечных клапанов через один прокол и без наркоза.