Александра Мастренко знает, как поддержать человека в экстренной ситуации и не усугубить его состояние
Потеря близкого, развод, увольнение, смертельные аварии и природные катастрофы — события, после которых земля уходит из-под ног. В такие моменты важно, чтобы с вами был тот, кто может выдержать ваше горе, дать опору и оказать первую психологическую помощь. Александра Мастренко — кризисный психолог центра «Псифизис», а в прошлом специалист МЧС, помогавший людям прямо на месте трагедии. Она оказывается рядом в самые уязвимые минуты и помогает снова начать дышать. В этом интервью поговорим о том, чем на самом деле занимается кризисный психолог, почему не всегда работают привычные слова поддержки и как отличить стресс от настоящего кризиса.
— Александра, вы работаете кризисным психологом в центре психологической и нейропсихологической помощи «Псифизис». Как именно вы помогаете людям?
— В нашем центре каждый специалист отвечает за свое направление, и мое — именно кризисная психология. Это работа с людьми, которые столкнулись с травмирующими событиями, такими как смерть близкого, катастрофа, потеря дома, увольнение, развод — всё, что выбивает из привычной жизни и вызывает сильнейший стресс. Раньше я служила психологом в МЧС, выезжала на места происшествий и помогала пострадавшим, которые здесь и сейчас находятся в состоянии сильного стресса. Там я поняла, что поддерживать, оказывать помощь и стабилизировать людей у меня хорошо получается.
— Что вообще такое кризисная психология? Это только про катастрофы и чрезвычайные ситуации?
— Не обязательно. У любого человека бывают нормативные кризисы, когда он проходит естественные этапы взросления: подростковый возраст, кризис середины жизни и другие. Но есть и ненормативные состояния, это всегда внезапные и болезненные ситуации, которые рушат привычный уклад жизни. Такое случается при потере работы или даже когда студента отчисляют из университета. Любое травмирующее событие может спровоцировать кризис, если у человека не хватает внутренних ресурсов, чтобы справиться самому.
Причиной кризиса может быть не только потеря близкого, но и развод, увольнение и даже отделение взрослых детей от родителей
— Как вы поняли, что готовы работать с людьми в самых тяжелых состояниях?
— Мое базовое образование — психолог служебной деятельности. После вуза меня приняли на работу в МЧС, где я поняла, что занимаюсь важным и любимым делом. Когда ты находишься рядом с человеком, у которого только что случилась трагедия, ты должен быть тем самым «спокойным в центре шторма». Пока рядом хаос, следственные действия, траурные мероприятия и другие стрессовые ситуации, моя эмоциональная устойчивость помогает человеку оставаться в реальности. В «Псифизисе» я продолжаю то же дело, только теперь люди приходят не в первые часы, а через день, неделю, месяц после трагедии, когда «накрывает» и они понимают, что не справляются.
— В чём суть работы кризисного психолога? Это ведь не психотерапия в классическом смысле?
— Совершенно верно. Мы не разбираем детские проблемы и не погружаемся в глубокий анализ внутренних проблем, затрагивая глубинные слои психики. Кризисный психолог оказывает первую психологическую помощь. Наша задача — это в первую очередь стабилизировать клиента, снять остроту переживаний, вернуть человеку способность дышать, есть, спать, осознавать, где он находится и что с ним происходит. Я часто объясняю клиентам: сначала мы работаем как скорая помощь. Фельдшеры скорой не делают операцию на месте, они перевязывают раны и доставляют в больницу. Мы точно так же создаем безопасное пространство, чтобы потом уже можно было идти в терапию и разбираться со всем остальным.
— Какие качества необходимы психологу, работающему с кризисами?
— Эмоциональная устойчивость, без нее никак. Когда рядом человек в истерике, плачет, кричит, ругается, важно не подхватить его волну. Если я заплачу вместе с ним, то уже не помогу. И второе — это гибкость мышления. В кризисной психологии не работают шаблоны и какие-то скрипты. Сегодня человек может прийти один, завтра другой, и никогда не знаешь, что с ним происходило между нашими встречами. Нужно уметь быстро перестраиваться и действовать по ситуации.
В спокойной атмосфере центра не страшно делиться своими переживаниями
— Это ведь колоссальная эмоциональная нагрузка. Как вы справляетесь с выгоранием?
— У меня есть и свой психолог, и супервизор. Без этого в нашей профессии нельзя. Часто переживания клиентов откликаются внутри, и если их не проработать, они мешают помогать другим. Помимо этого, у меня есть маленькие ритуалы восстановления. После тяжелой консультации могу просто выйти на улицу, купить шоколадку, пройтись пешком, послушать звуки природы. Если не разгружаться, переполняешься чужой болью, и тогда уже становишься не полезен ни себе, ни другим.
— Как отличить кризис от просто сложной жизненной ситуации?
— Стресс есть у всех, это часть жизни. Но если в обычной ситуации человек может найти решение, то в кризисной чаще всего нет. В такие моменты рушится привычная картина мира: «Кто я теперь, если меня отчислили, уволили, бросили?», «Какая я мать, если ребенок уехал и не звонит?» Человек теряет чувство опоры, и в этот момент ему нужны дополнительные ресурсы, так называемый психологический костыль.
— Часто в интернете пишут о пяти стадиях кризиса: отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие. Это правда так работает?
— Эти стадии касаются в основном переживания смерти и потерь. Да, так выглядит одна из моделей кризиса, но она не универсальна. Кризис в широком смысле проходит несколько этапов. Сначала человек сталкивается со стрессом и пытается решить всё привычными способами. Потом напряжение растет, старые методы не работают, и приходится искать новые. Когда и они не помогают, наступает пик: ощущение беспомощности и пустоты, вот это и есть кризис. А стадия принятия — уже выход из кризиса, момент, когда человек осознаёт: да, это произошло, но я всё еще живу, и жизнь может быть другой, но не обязательно хуже.
Найти в себе силы и дойти до специалиста — это уже большой шаг к восстановлению
— Что происходит на ваших сессиях во время первой помощи?
— Самое важное — быть бережным с человеком, пока он нестабилен. Мы объясняем, что все его реакции нормальны, потому что само событие, которое спровоцировало пиковое состояние, — это не вариант нормы, такое не происходит с нами каждый день. Также помогаем вернуть контроль над телом, восстанавливаем дыхание, питание, базовые потребности. Иногда буквально обсуждаем, что он сегодня съест, когда ляжет спать, кто будет рядом. Когда человек снова начинает мыслить ясно, появляется и готовность к дальнейшей работе.
— А если нет возможности сразу обратиться к специалисту? Как помочь себе в первые часы горя и трагедии?
— Прежде всего не нужно отгораживаться от людей. Если предлагают помощь, не отказывайтесь, ведь переживать вместе намного легче. Не забывайте пить воду, есть хотя бы маленькими порциями и пытайтесь немного поспать. Энергия уходит быстро, а слезы, тревога и бессонница отнимают много сил. Из простых техник помогает дыхание по квадрату: вдох на четыре счета — задержка (четыре счета) — выдох (четыре счета) — снова задержка (четыре счета). Это очень хорошо стабилизирует тело. Если вы дрожите, не сдерживайте себя и дайте себе время. Дрожь — это нормальная реакция, так тело сбрасывает напряжение. И конечно, если хочется плакать — плачьте сколько нужно.
— Что категорически нельзя говорить человеку в пиковом состоянии?
— Фразы вроде «Не переживай», «Всё будет хорошо», «Ты сильная», «Еще родишь, выйдешь замуж, найдешь работу» — точно нет. Мы говорим это, чтобы подбодрить, но человек, у которого рухнул мир, не способен в это поверить. Для него «хорошо» — это уже как будто невозможно. Лучше сказать: «Я рядом», «Я вижу, что тебе очень тяжело, давай я просто побуду с тобой рядом», «Я не могу прочувствовать глубину твоих страданий, но я здесь, и ты можешь со мной поговорить обо всём». Простое присутствие и принятие — это и есть настоящая поддержка.
В центре работает команда опытных специалистов
Кризис — это не про слабость. У всех бывают моменты, когда старые опоры рухнули, а новые еще не появились. И если человек находит в себе силы дойти до специалиста — это уже шаг к восстановлению. Записывайтесь на прием в центр психологической и нейропсихологической помощи «Псифизис».
Адрес: Архангельск, пр. Троицкий, дом 106, 3-й этаж, оф. 31;
тел.: +7 911 594-74-04; +7 (8182) 407-404.
