«Кажется, о страну вытирают ноги»: почему крушение самолета над Синаем до сих пор не расследовано

Рано утром 31 октября 2015 года чартер Шарм-эш-Шейх — Санкт-Петербург с 224 пассажирами и членами экипажа разбился на территории Египта. Самая массовая гибель граждан России в истории мировой авиации до сих пор не расследована. Из 380 признанных потерпевшими граждан более 40 уже тоже скончались. Ответственные за возмездие топчутся на месте. Наши коллеги из «Фонтанки» поговорили с родственниками жертв трагедии и подвели итоги 5 лет расследований. Забвение и нестяжательство Потерявшая в катастрофе 28-летнюю дочь Ирина Захарова пыталась узаконить статус жертвы теракта — чтобы, по ее словам, родственникам не попрошайничать у государства и не добиваться выплат через суды, а иметь некую степень защиты. «Это касается не только нас, но и метро Петербурга, Волгодонска, многоэтажек Москвы, "Норд-Оста", — навскидку перечисляет Захарова. — Участие города закончилось после похорон, когда отшумел траур. Какими бы ни были обстоятельства теракта, ответственность за гибель граждан лежит на государстве». Запрещенная в России террористическая организация «Исламское государство» отомстила, по ее утверждению, за военную операцию в Сирии. Собственно, за поддержку Россией Асада поплатились и пассажиры петербургского метрополитена в апреле 2017 года, заявляла прокуратура. На предложение ввести жертв теракта в социально-экономический обиход государство ответило Захаровой: инициатива нецелесообразна. Преступление и терпение Директор ФСБ Александр Бортников назвал катастрофу терактом через 2 недели. По версии спецслужбы, преступники пронесли бомбу массой не более килограмма в тротиловом эквиваленте в отсек негабаритного багажа самолета А-321 компании «Когалымавиа» и заложили детскими колясками и плетеными сувенирами пассажиров. Взрыв в хвостовой части произошел на высоте 9450 метров, обломки самолета разлетелись на 13 километров, площадь их обнаружения составила 30 квадратных километров. При столь подробных вводных результат 60-месячного расследования близок к нулю. По возбужденному в России уголовному делу о террористическом акте (статья 205 УК) потерпевшими признали 380 человек. Сорок из них, преимущественно пожилые, уже умерли. Делу, вероятно, уготована судьба бесчисленных «глухарей», возбужденных по обстрелам на юго-востоке Украины. Председатель СКР Александр Бастрыкин не приостанавливает дело, регулярно его продлевает, но толку от этого нет. Его подчиненные расписываются в бессилии, кивая на несговорчивый Египет. «Запросы о правовой помощи исполнены частично только в 2020 году, информация в них о результатах расследования в Египте не отражена, принимаются исчерпывающие меры на ее получение», — пятый год кормят потерпевших отписками. Генеральная прокуратура отвечает в том же духе: «Исполнение запросов Египтом находится на нашем постоянном контроле». Каир же не признает катастрофу терактом. Ранее сделанное президентом Абделем Фаттахом ас-Сиси заявление о взрыве бомбы на борту обесценил министр иностранных дел Самех Шукри. Он сообщил, что господин президент лишь делал предположение. «Мы [тоже] жертва. В этой трагедии нет нашей вины», — говорил весной 2020-го Шукри, предложив дождаться финала расследования. Согласие с российской версией отправит на плаху пару-тройку местных министров и, возможно, добьет туристический рынок. После катастрофы А-321 европейские страны быстро восстановили сообщение с Шарм-эш-Шейхом и Хургадой. Пенять на небезопасность авиаузлов продолжает только Россия. Упрямство Египта бьет по его туристическим доходам. За 5 лет чартерное авиасообщение с Шарм-эш-Шейхом и Хургадой так и не восстановилось. Эти курорты ежегодно посещали 3 миллиона россиян — столько же туристов в летний сезон принимает Крым. Официальной причиной отказа России летать на Красное море считается недостаточная, по мнению российской стороны, безопасность авиаузлов. Иски и компенсации По российскому законодательству, моральные неустойки можно взыскивать с исполнителей теракта. Нераскрытое уголовное дело обращает гнев родственников на авиакомпанию и страховщика. Прошло 5 лет, и борьбу за деньги окутал флер отчаяния. Отдых погибших туристов обслуживала группа компаний Prince Group, принадлежащая турецкому бизнесмену чеченского происхождения Исмаилу Лепиеву. Принадлежащий ему перевозчик «Когалымавиа» после катастрофы вошел в пике банкротства, а туроператор Brisco стал простым турагентством. Страховку «Когалымавиа» обеспечивал «Ингосстрах». Как сообщила «Фонтанке» директор юридического департамента страховой компании Татьяна Комарова, к 30 октября 2020 года родственникам погибших выплачен почти миллиард рублей — 406 миллионов обязательных выплат по страховкам и 586 миллионов по мировым соглашениям, в которые включены компенсации морального вреда, утраченного багажа, расходы на погребение и другие траты. Мировые соглашения подписал 191 человек. Родственников, заявивших материальные требования, гораздо больше — около полутысячи. Отказавшиеся от мировой разделились на 2 группы. В ноябре 2020 года Второй кассационный суд общей юрисдикции в Москве начнет рассмотрение коллективного иска 170 человек о возмещении вреда, причиненного авиакатастрофой. Начальные требования превышали 100 миллиардов рублей. После пересчета в суде первой инстанции они снизились вдвое. Присужденные Замоскворецким судом и утвержденные Мосгорсудом выплаты в общем размере 32 миллиона рублей — некоторым заявителям начислили по 50 тысяч рублей — истцов не удовлетворили. По данным «Фонтанки», инициаторами этого иска стали адвокаты. В соглашениях с клиентами они прописывали собственные гонорары в размере 40% от полученных выплат. Присужденные деньги родственники могут ждать очень долго. Замоскворецкий суд признал ответчиком только банкротный «Когалымавиа», и процедура взыскания средств по-прежнему неясна. К перевозчику выстроилась длинная очередь кредиторов, имеющих право на первоочередное взыскание. Вторая группа родственников погибших — 28 семей — подала иски в суды Каира на общую сумму 90 миллионов долларов. «Российское законодательство и существующая российская судебная практика не дают возможности взыскивать достойную компенсацию, поэтому мы добивались подчинения спора юрисдикции Египта», — комментировали юристы компании «ДТК Партнерс», представляющие интересы родственников. Ответчиками выступают «Когалымавиа» и страховая компания «Ингосстрах». Первую попытку вступить в тяжбу на территории Египта родственники провалили. Каирские суды весной 2020 года выносили однотипные решения об отказе в рассмотрении исков. Они посчитали, что личности погибших не установлены. Соответственно, не подтверждены родственные связи истцов с жертвами катастрофы. В ноябре будет вторая попытка. Туризм и Ростуризм Кремль безуспешно ждет признания катастрофы А-321 террористическим актом. Каир не сдается. Показателен диалог спикера Госдумы Вячеслава Володина и главы палаты депутатов Египта Али Абделя Алема в июле 2019 года: «Хочу обратить ваше внимание на необходимость проведения серьезного расследования авиакатастрофы. В наших общих интересах… найти и покарать тех, кто задумал и осуществил этот чудовищный теракт. Пока террористы остаются безнаказанными, угроза безопасности российских граждан и граждан самого Египта остается», — заявил Володин. Абдель Аль будто бы пропустил мимо ушей этот ультиматум и ответил: «Мы готовы услышать мнение российской стороны о возобновлении полетов в Шарм-эш-Шейх и Хургаду. Если есть какие-то замечания, мы готовы их обсудить». В сентябре 2020 года посол России в Египте Георгий Борисенко в интервью изданию Daily News Egypt заявил, что чартеры в Хургаду и Шарм-эш-Шейх полетят в ближайшее время. В октябре он повторил эту интенцию в интервью арабскому изданию. 29-го числа первые российские чартеры действительно собрались приземлиться на египетских курортах, транзитом через турецкую Анталию. Формально это не запрещено 553-м указом Владимира Путина от 8 ноября 2015 года об остановке авиасообщения между Россией и Египтом. Но последовала жесткая реакция Ростуризма. Он пригрозил туроператорам уголовной ответственностью за перевозку россиян обходным маршрутом. Россия и Египет возобновили сообщение в 2018 году регулярными рейсами между Москвой и Каиром. В благотворительном фонде «Рейс 9268» считают уступки египтянам дипломатическим поражением. «Египет до сих пор не извинился за катастрофу, — говорит Ирина Захарова. — Кажется, о страну вытирают ноги. Если мы ничего не можем сделать при гибели 224 человек, то где гарантия, что россияне будут защищены в любой другой ситуации». Хронику трагедии читайте здесь.