«Я уже был готов к смерти»: о чём думали пассажиры «страшно веселого» рейса 5220, прощаясь с жизнью

2 декабря, неделю назад, рейс авиакомпании S7 Магадан — Новосибирск совершил экстренную посадку в Иркутске. Все это время в СМИ — официально и нет — звучало несколько возможных версий происшествия, среди которых — и обработка самолета перед полетом автомобильной незамерзайкой. Но больше общественность поразила запись разговора экипажа с диспетчером, на которой командир признался, что не может стабилизировать воздушное судно. На борту было почти 200 пассажиров, в том числе дети, но паники не было — все мысленно прощались с жизнью. Как они это делали и о чем думали? Хроника происшествия — в материале НГС. Утром 2 декабря Магадан засыпало снегом — видео заснеженного аэропорта из окна самолета опубликовал в своем инстаграме пассажир, летевший до Новосибирска. Позже он назовет этот рейс «страшно веселым» и поблагодарит пилотов за посадку, о которой молились все пассажиры. Хроника событий Рейс 5220 авиакомпании S7 вылетел в 11:42 по местному времени — до Новосибирска лететь чуть больше пяти часов. На борту было 199 пассажиров, в том числе 3 детей и 7 членов экипажа. Через несколько часов после взлета борт совершил экстренную посадку в Иркутске из-за технических неполадок. — У самолета отключилась электроника, — рассказали корреспонденту НГС в пресс-службе иркутского аэропорта через 15 минут после посадки самолета (в 12:20 по новосибирскому времени. — Прим. ред.). На тот момент было известно лишь то, что посадка прошла успешно и пострадавших нет. Позже в авиакомпании объяснили, что до Новосибирска самолету не хватило бы топлива. — Во время выполнения рейса S7 5220 Магадан — Новосибирск самолет попал в зону сильного обледенения, что привело к отключению автопилота. Перед вылетом из Магадана борт прошел противообледенительную обработку, метеоусловия для взлета соответствовали допустимым, — рассказали корреспонденту НГС в пресс-службе S7. — Капитан воздушного судна принял решение совершить посадку на ближайшем запасном аэродроме, поскольку из-за воздействия обледенения полет проходил на эшелоне ниже расчетного и запас топлива уже не позволял долететь до Новосибирска. Восточный межрегиональный Следственный комитет возбудил дело по признакам преступления по ч. 1 ст. 238 УК РФ («Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности»). В пресс-службе ведомства сообщили, что у самолета отключился автопилот, но полноценную оценку действий экипажа и наземных служб дадут только после полной проверки. Через два дня после авиапроисшествия в Сети начала появляться информация о том, как проходил полет. Телеграм-канал BAZA опубликовал разговоры экипажа с диспетчером — командир говорил, что судно неуправляемое из-за порывов ветра, и подал международный сигнал бедствия Mayday. — Мы не можем самолет стабилизировать. Попали в сдвиг ветра жуткий… Пока не можем справиться с самолетом, — ответил командир судна диспетчеру. — Не получается заход. Сильнейшее обледенение. Пойдем на Якутск. Отказало всё, и понеслась чехарда Позже BAZA опубликовала разговор с командиром воздушного судна Михаилом Кулагиным, который рассказал, что проблемы начались сразу же после взлета. — Обледенение, как они сказали, устранили, мы порулили на полосу. После взлета где-то на 1400 футов, грубо говоря, на 400 метров, убрали колеса, закрылки успели, и всё. И буквально через две минуты после взлета, я так понял, заледенели все приборы, которые измеряют скорость, высоту и всё остальное. Ну и отказало всё, и понеслась чехарда. Мы ничего заметить не могли [будучи в аэропорту] по одной причине: на Airbus 321 крыло вынесено достаточно далеко назад, из кабины его не видно. То есть всё происходит на доверии к обслуживающей компании, которая это [обслуживание] делает. И поэтому нет возможности проверить, чем обливали, — описал ситуацию Михаил Кулагин. Сначала экипаж решил развернуться и посадить самолет в магаданском аэропорту, но сделать этого не удалось, так как отключились приборы, которые показывали скорость. — По ощущениям, это всё было в течение 10–15 минут. Судя по расшифровкам, там провалы были до 2 тысяч метров. После того как мы это поняли [что контролируем самолет], дали отбой команде аварийной ситуации, это уже в якутской зоне было, — пояснил командир. По его словам, после того, как самолет снова набрал высоту, противообледенительная система заработала и лед начал «откисать». Автомобильная омывайка Через несколько дней после авиапроисшествия телеграм-каналы и пользователи соцсетей высказали несколько версий случившегося. В частности, активно обсуждалось возможное нарушение правил обработки воздушного судна. Телеграм-канал Shot сообщил, что перед вылетом из Магадана самолет S7 обработали автомобильной стеклоомывайкой. — Обычно самолеты перед взлетом обрабатывают противообледенительным реагентом, содержащим гликоль. Но в пробах, взятых на бетоне аэродрома, гликоля нет. Только метиловый спирт. По нашим данным, после инцидента инженер магаданского аэродрома, ответственный за подготовку лайнера к полету, скрылся, — уточнил канал. Реакция аэропорта и авиакомпании После сообщений о некачественном обслуживании воздушного судна гендиректор аэропорта Магадана Дмитрий Сиволобов сообщил, что самолеты обрабатывают исключительно качественной сертифицированной антиобледенительной жидкостью и никаких нарушений при обработке судна авиакомпании S7 не было. В своем телеграм-канале авиакомпания S7 также заявила, что информация о некачественной обработке судна — недостоверная. — Во время выполнения рейса S7 5220 Магадан — Новосибирск самолет попал в зону сильного обледенения, что привело к отключению автопилота. Перед вылетом из Магадана борт прошел противообледенительную обработку, метеоусловия для взлета соответствовали допустимым. Несмотря на это, авиакомпания не исключила вероятности, что противообледенительную обработку самолета в аэропорту вылета могли провести с нарушениями, из-за чего обледенение могло образоваться не только в воздухе, но еще на земле, до взлета. — Совокупность этих факторов привела к потере некоторых сигналов и попаданию воздушного судна в сложное пространственное положение. Важно отметить, что управление воздушным судном при этом потеряно не было. Пилоты S7 Airlines регулярно проходят специальные тренировки на вывод самолета из сложного пространственного положения, — отметили в авиакомпании. — Уже сейчас можно сказать, что из-за обледенения показатели скорости были недостоверны. По предварительной оценке специалистов, изучающих расшифровку параметров полета, также могли быть недостоверны и некоторые другие показатели, в том числе крена и тангажа. Руководитель Росавиации Александр Нерадько дал поручение провести расследование обстоятельств и причин случившегося. — Наземные и бортовые средства объективного контроля будут направлены на исследование в ФАУ «Авиарегистр России», где будет проведено математическое моделирование данной ситуации, — сообщается на сайте Росавиации. — Проводится анализ качества противообледенительной обработки самолета в аэропорту Магадана. Отобранные образцы противообледенительной жидкости, которой обрабатывался самолет, направлены для проведения специальных исследований в лабораторию Центра сертификации авиаГСМ ГосНИИ ГА. Специалистами ФГБУ «Авиаметтелеком Росгидромета» проводится анализ метеорологической обстановки в районе аэродрома Магадан в момент инцидента. Рассказы пассажиров Перед вылетом магаданский аэропорт «Сокол» буквально замело — пассажиры вспоминают, что была абсолютно новогодняя погода. Многие снимали на видео летящие хлопья снега, из-за которых зеленые самолеты S7 было еле видно. Для большинства пассажиров магаданского рейса Новосибирск был транзитным городом — из Толмачево они планировали лететь дальше по разным городам. Житель Магадана Андрей Никитин рассказал НГС, что летел с коллегами в Москву на международный форум гражданского участия, который проходил со 2 по 5 декабря. По расписанию рейс до столицы был всего через три часа после прилета из Магадана в Новосибирск. По его словам, магаданский рейс задержали минут на 40 — все это время пассажиры сидели в самолете и как раз наблюдали за тем, как его обрабатывают против обледенения. — Когда мы взлетели, почувствовали, что самолет не может набрать высоту. Обычно это происходит быстро — минут двадцать-тридцать, а потом, как обычно, пассажирам приносят воду, напитки, какую-нибудь еду. А здесь мы почувствовали, что всё очень долго, — рассказывает Андрей Никитин. — Была болтанка, очень сильный крен самолета, вниз крыльями. Падения были достаточно ощутимыми. Ощущения как в лифте, только гораздо сильнее, как будто внутри всё опускалось. По ощущениям всё это было часа полтора. Достаточно долго мы находились между падением и сохранностью жизни. О чем думают люди в такие минуты? Андрей говорит, что было очень страшно, но люди старались держаться. — Плача, каких-то истерик, криков, чтобы кто-то вставал или пытался вырваться в состоянии шока — такого не было, даже когда самолет бросало в разные стороны, — делится он. — Люди достойно выдержали это испытание. Паника была внутри каждого из нас. Лично я вжался, одной рукой уцепился в подлокотник переднего кресла. А другой держал руку коллеги, чтобы хоть как-то ее поддержать морально. Эта внутренняя паника была очень ощутимой. Это было страшно. Рядом со мной на противоположной стороне сидела семья — мама с сыном. Мальчик прижался к коленям мамы, она его успокаивала, гладила, но было видно, что ей так же страшно. За ребенка прежде всего. Наверняка многие испытывали это в первый раз в жизни. И дай Бог, никогда больше не испытают. Действия экипажа Про действия пилотов пассажирам не сообщали. Во время очередного сообщения по громкой связи о программе S7 Priority бортпроводник остановилась на половине фразы и продолжать не стала. — Конечно, это усугубило наше ощущение, что всё идет не по плану абсолютно. Плюс нам сказали обязательно пристегнуть ремни безопасности. Стюардессы и стюарды ничего не разносили, все сидели на своих местах. Думаю, все ожидали… — вспоминает Андрей Никитин. Единственное, что услышали от командира корабля — сообщение о предстоящей посадке в аэропорту Иркутска. — Когда ситуация стабилизировалась, стюарды начали понемногу вставать со своих мест. Я прекрасно помню, что стюард очень нервно отреагировал и сказал подождать, потому что еще непонятно, что происходит. В конце концов нам принесли воду, мы увидели, что самолет поднялся над облаками, — рассказывает Андрей. — В самолете нас, естественно, не кормили, но ни я, ни мои коллеги в тот момент ничего не хотели, в горло бы ничего не полезло. Аплодисменты Андрей Никитин всегда аплодирует экипажу. В этот раз аплодисменты были особенными. — Меня поддержал весь самолет. В этот раз аплодисменты были, конечно, значительнее и мощнее, потому что люди прекрасно понимали, что спаслись, — он снова и снова возвращается в тот тяжелый день. — Осознание случившегося мне пришло не сразу, как-то постепенно доходило, что мы могли не вернуться. Не то что в Москву — никуда, собственно, больше не улететь. Мне очень хочется поблагодарить членов экипажа за то, что довели нас до земли, посадили наш самолет. Они молодцы. По информации РИА Новости, после инцидента авиакомпания S7 временно отстранила от работы экипаж борта. Это стандартная процедура при расследовании подобных случаев, уточнили в авиакомпании. После приземления В аэропорту Иркутска магаданский борт ждали пожарные службы, скорая помощь, служба безопасности. По словам Андрея Никитина, минут пятнадцать пассажиров продержали в автобусе без объяснения причин. В накопителе они пробыли еще минут 30. Некоторые даже начали возмущаться и выплескивать накопившиеся эмоции, пытаться связаться с представителями аэропорта и авиакомпании. Люди переживали по поводу своих стыковочных рейсов и билетов. — Уже в самом аэропорту нам принесли воду, через какое-то время ланч-боксы. Багаж выдали быстро — сами ходили в багажное отделение, сотрудники там сверяли штрихкоды. Спасибо им за это, иначе мы бы ждали три часа. На следующий день Андрей Никитин вместе с коллегами вылетел в Москву прямым рейсом. По его словам, авиакомпания оплатила пассажирам магаданского рейса питание, проживание и трансфер до отеля. Он заметил, что не все транзитники продолжили путь самолетом — кто-то решил ехать на поезде. — Мне тоже было страшно лететь дальше. Вчера мы уже вернулись в Магадан, летели Аэрофлотом. Эта пережитая турбулентность давала о себе знать, был стресс, потому что невольно ждешь, что будет повторение того случая, и внутри все сжималось. Я спрашивал у коллег, они сказали, что у них то же самое, — признался пассажир экстремального рейса. Мы спросили, о чём думает человек в те минуты и секунды, когда четко осознаёшь, что вот прямо сейчас можешь погибнуть. — Во время того полета я уже настраивался на трагическое неизбежное, сожалел о каких-то невыполненных делах. Съемок в самолете не делал, было не до этого. Я уже был готов к смерти и подумал, что это будет неуместно, потому что всё равно телефон разобьется, сгорит и смысла нет, — делится наш собеседник. Съемки экстренной посадки в Иркутске всё-таки есть. Их сделал пассажир, который описал все случившееся в своем инстаграме. Это был достаточно резкий пост, в котором он возмущался неподтвержденными версиями случившегося, которые публикуют в СМИ. — Я летаю достаточно часто, и этот раз был особенный. Без капли лжи, горечи и сожаления я скажу так: рейс 5220 был страшным и веселым, то есть страшно веселым. Взлет был реально адреналиновый, но никто не паниковал. Да, были перегрузки, да, было моментами неприятно, но люди, которым я и другие пассажиры доверили жизни, не подвели нас, — написал он. — Очень печально, что СМИ пишут про воду, омывайку и прочие неподтвержденные вещи (хотя, возможно, что-то из этого правда), но пилотов никто не похвалил, а именно КВС и второй пилот сделали наш полет полноценным, а именно со взлетом, полноценным полетом над красивыми местами. И плавной, мягкой посадкой.