Матери, убившей сына из-за долгов, ей вынесли приговор — всё о трагедии

Летом прошлого года эти снимки облетели все соцсети и СМИ. В кадре молодая женщина с абсолютно каменным лицом катила по центру Перми большой чемодан на колесиках. В том чемодане было тело ее 9-летнего сына. За пару часов до публикации ориентировок этот чемодан нашли на мусорке двое бездомных, открыли, думая, что там может быть что-то ценное. Ужаснулись, ответственно позвонили в полицию. Следователи сфотографировали мальчика, но в школах его не узнавали. Как стало известно позже, мать не отпускала его от себя, он учился дома. Она его и убила — накопив долгов перед клиентами, она решила покончить с собой и не хотела оставлять сына одного. Наши коллеги их 59.RU пообщались со следователем, который вел уголовное дело, побывали на всех судебных заседаниях, выслушали саму Ирину Шатову, ее ближайших родственников, кредиторов и гособвинителя. Последний потребовал приговорить Ирину Шатову практически к максимальному сроку — к 19 годам колонии. И вот сегодня, 18 марта, в пермском краевом суде огласили приговор Ирине Шатовой. Ее признали виновной и приговорили к 18 годам колонии. — Ирина восприняла приговор очень спокойно. Только иногда закрывала глаза и опускала голову, — сообщил журналист 59.RU из зала суда. В этом материале вспоминаем все обстоятельства трагедии. В тексте имя убитого ребенка изменено. Также по их просьбе изменены имена кредиторов Ирины Шатовой. «Он всегда ждал маму» В соцсетях Ирина Шатова показывала красивую картинку — вот она занимается фитнесом, вот делает эффектные селфи в красивой одежде. Возможно, так Ирина хотела хорошо выглядеть перед клиентами — женщина занималась трейдингом. На деле же все было непросто. Ее родственники все как один заверяли, что девятилетний сын Ирины был очень привязан к матери. Как говорила на допросе бывшая свекровь Шатовой Любовь, приезжая в гости к бабушкам-дедушкам, внук уже через пару часов начинал спрашивать, когда за ним приедет мама. С ее сыном Сергеем Ирина развелась в 2023 году. По словам бывшей свекрови, инициатором развода стала супруга. Сам Сергей часто навещал сына и сидел с ним. Ребенок не ходил в школу, Ирина сама научила его читать и писать. Старший следователь первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК Прикамья Глеб Ведерников рассказал 59.RU, что единственный, кто выводил ребенка из дома, гулял с ним и придумывал досуг, это был его отец Сергей. — У мальчика была хорошо поставленная речь, он хорошо формулировал вопросы — об этом говорили свидетели, — отмечал следователь. — Но социальные навыки у ребенка почти отсутствовали, он не общался со сверстниками, часто сидел дома. Считала сына продолжением себя Cледователь Павел Сатюков в начале расследования говорил журналистам, что у Ирины Шатовой с сыном «были особенные отношения психопатического характера». Мальчика она считала «продолжением себя», никуда его не отпускала. Это же подтвердила на допросе мама Ирины Шатовой Алина. — С сыном у них была такая привязанность… Он даже в туалет с ней ходил, все время спрашивал: «Когда мама придет?» и смотрел на часы, — рассказывала мама Ирины. — Она его с ложки кормила в 9 лет, и сама без него никуда. Бежала домой с работы как ошпаренная. Именно эта привязанность повлияла на её поступок. Являются ли нормой такие близкие отношения матери и ребенка, проанализировал пермский психотерапевт Николай Стрелков. По словам эксперта, сепарация (процесс отделения) от матери должна происходить уже с 2-3 лет. — Сепарация происходит у людей по-разному, многое зависит от эмоций, — объяснял психотерапевт. — Мне приходилось слышать, что и до 16–17 лет мальчики ночуют совместно с матерью. Всё это перебор. Если мать не дает ребенку отделиться от себя, то это говорит о ее значительной эмоциональной незрелости. Взрослый, родитель всегда заинтересован в своем пространстве. У него свои интересы, свои друзья, свое время, свой мужчина в конце концов, а не сын. Долги росли как снежный ком Еще до развода с мужем Сергеем в 2022 году Ирина стала заниматься трейдингом. Ради этого она уволилась из автосалона, где работала менеджером по сопровождению клиентов. Трейдинг — покупка и последующая продажа акций предприятий, когда они растут в цене. Именно с этой разницы трейдер имеет выручку. В покупку акций Ирина Шатова вкладывала чужие деньги. Своим клиентам она обещала ежемесячно выплачивать сверху шесть процентов. И первое время действительно платила кредиторам такие высокие проценты. Как сообщил источник 59.RU, идею заниматься трейдингом предложила именно Ирина. Инвесторов искал ее муж Сергей, клиентов он подбирал среди своих обеспеченных знакомых и коллег. Вложиться в семейный бизнес он уговорил даже своего родного брата Николая Шатова. На суде Николай рассказал, что согласился дать свои деньги, тем более, Ирина обещала выплатить проценты. — Она мне писала, что дела налаживаются, но это оказалось ложью, — рассказал в суде Николай Шатов. — Она не обращалась к нам за помощью, но писала друзьям моего брата, просила их о финансовой помощи, чтобы оплатить долг. По словам Николая Шатова, в марте 2024 года на неудачном торге Ирина потеряла свыше 60 миллионов рублей. Ее тогда уже бывший муж Сергей обещал помочь, в марте он переехал в США, чтобы найти там новую работу. Но его посадили в местную тюрьму за нарушение миграционного законодательства. Отметим, что родители Ирины при этом говорили о ее муже противоположные вещи — по их словам, он, скорее, сидел на ее шее, перестав работать еще в 2022 году, ездил за границу за ее счет. Мама Ирины отмечала: дочь даже платила мужу как няне, когда он сидел с сыном, пока она работала. «Это уже агония» На условиях анонимности еще один инвестор Ирины Шатовой согласился рассказать, в какой финансовой ловушке она оказалась. Для удобства мы будем называть его Иваном. Иван — друг бывшего мужа Ирины. Тот в 2023 году предложил ему вложить в инвестиции порядка трех миллионов рублей. Иван не забирал с выручки свои деньги, Сергей и Ирина распоряжались его доходами на бирже. В итоге вместе с процентами супруги должны были вернуть ему 10 миллионов рублей, Сергей Шатов даже дал расписку. В марте 2024 года Сергей сказал Ивану, что уезжает из России, дальнейшие сделки будет делать его Ирина. Спустя месяц она сама позвонила Ивану и заверила, что их дела обстоят хорошо, но нужно еще больше денег для инвестиций. Все это вызвало у Ивана подозрения, он стал требовать свои 10 миллионов рублей. Ирина твердила, что у нее заблокировали счет, деньги она отдать пока не может. В какой-то момент женщина призналась Ивану, что она потеряла все, осталась одна, муж находится в США. По словам Ивана, Ирина сама предложила переписать на свое имя расписку бывшего мужа. Иван успокоился и доверился Ирине. Она заверила, что у нее есть стартовый капитал в два миллиона рублей, и она выправит ситуацию. В июне Иван понял, что Ирина окончательно прогорела, денег у нее не было. — Я попросил отчеты по текущей деятельности, — рассказал Иван. — Из них стало понятно, что это уже агония, и позиции квалифицированного инвестора в этих действиях нет. Я ей сказал: «Пора остановиться и не терять остатки денег». Сказал, что не готов вносить новые деньги при том, что та сумма потеряна. По словам Ивана, он предлагал Ирине отдать долг по частям в течение нескольких лет. Мужчина признался, что заметил, что Ирина страшно похудела, по ней было видно, что она переживает тяжелейший стресс. «Я осталась одна» Единственным человеком, кому Ирина Шатова призналась в серьезных проблемах, был коллега и по трейдингу Артур, он же — ее новый возлюбленный. На допросе в суде он вспоминал, что накануне убийства Ирина писала ему о какой-то встрече и добавила: если с ней что-то случится, то виноваты в этом будут некие люди. — Я всегда ей говорил, что любую проблему можно решить и ее никогда никто за долги не убьет, всегда можно договориться, — говорил в суде Артур. Сама Ирина Шатова при этом говорила следователям, что на самом деле она хотела прекратить торговать акциями, но клиенты сами обращались к ней и просили продолжать работу ради внушительных процентов. — И я пошла на риски, — говорила Шатова. — В феврале я потеряла деньги, муж уехал в США. Артур в апреле отрекся от меня, перестал со мной общаться. Я осталась абсолютно одна. Весь июнь были звонки и давление от клиентов. Мне было безумно тяжело, я похудела до 41 килограмма, не спала и почти не ела. По данным источника 59.RU, общий долг Ирины составлял 62 миллиона рублей, она должна была 15 инвесторам. Обмолвилась о долгах Ирина и в разговоре с мамой — буквально накануне трагедии. Тогда с сыном они приехали на дачу к родителям. Мама вспоминала, что Ирина говорила о долгах Сергея, мол, она обязана, должна поступить честно. Дедушка катал внука на лодке, а утром Ирина засобиралась обратно в город. День убийства 11 июля 2024 года Ирине снова звонили клиенты, которым она не выплатила деньги. Она не отвечала. Весь этот день она провела с сыном. Следователь Глеб Ведерников рассказывал 59.RU, что в последние месяцы психологическое состояние Ирины Шатовой медленно ухудшалось. Она считала, что в ее ситуации уже «нет никакого выхода». Последней надеждой был инвестор, который незадолго до трагедии отказался дать ей деньги. 11 июля Ирина почти весь день занималась домашними делами, а вечером сидела рядом с сыном. Он смотрел мультики. «Думала, что ей делать, поняла, что никто сейчас ей денег не даст», — рассказывал 59.RU следователь. Она взяла провод для зарядки телефона, подошла сзади к сыну и набросила его ему на шею. — Рухнула моя последняя надежда, я получила отказ от клиента в займе, — говорила Ирина Шатова следователям. — Хотела уйти из жизни и решила убить сына, так как он был привязан ко мне. Я его задушила и ударила ножом три раза, как мне казалось (на самом деле было 35 ударов ножом, все их она нанесла в грудь ребенка — Прим. ред.). Тело сына Ирина положила в большой чемодан, подложив под его голову подушку. Пошла с чемоданом на свое бывшее место работы, в высотку-гостиницу, где до этого снимала офис. С балкона долго смотрела на реку Каму и решила пойти к мосту, чтобы сбросить чемодан. Дошла, попав на кучу камер наблюдения, но перевалить свою ношу через перила не смогла и просто оставила чемодан у мусорки в ближайших дворах. Камеры вновь снимали Ирину с ее остекленелым взглядом и уже без чемодана. Суицид Ирина так и не совершила — не смогла. Зашла домой, переоделась и зачем-то вновь пошла в старый офис. Через время решила забрать чемодан с телом сына с мусорки. Поехала туда на такси, но там уже стояла толпа людей. Ирину задержали на чердаке гостиницы. «Дети есть?» — «Был» Свою вину Ирина признала не сразу. Сначала все говорила о коллекторах — они якобы вломились в квартиру, требовали долг и убили мальчика. В этом рассказе было много нестыковок и версия распалась на глазах. В итоге мать призналась в убийстве сына. Объяснила, что сделала это из сострадания. Когда в суде ее заключали под стражу, Ирина Шатова сидела с потухшими глазами. — Дети есть? — уточнил судья. — Был, — ответила она без эмоций. На заседание Ирина надела кофту с грубой надписью — в примерном переводе она означает, что она устала от «окружающего дерьма». После психоэкспертизы Шатову признали вменяемой. Это значит, что она полностью осознавала то, что делала и понимала все последствия. Последнее слово Шатовой: «Ради родителей я должна жить» Суд над Ириной Шатовой шел тяжело. Ее бывшая свекровь плакала, когда прокурор перечислял травмы ее внука. Сама Ирина сдерживала свои эмоции, но расплакалась, когда увидела в зале суда своих родителей. Плакала и когда ей разрешили выступить с последним словом. — Первое — я раскаиваюсь. Одному богу известно, что я испытала и что я испытываю до сих пор, — говорила Шатова. — Второе — я сожалею, что позволила себе сломаться под всеми обстоятельствами. Такими как: потеря денег, колоссальное давление со стороны клиентов, отъезд бывшего мужа — для меня это равно бегству от проблем, предательство любимого человека и проблемы со здоровьем. Сожалею, что рядом не оказалось человека с поддержкой и помощью. Также сожалею, что, как всегда, решила решить свои проблемы сама — не поговорила с родителями, что привело меня сюда [в суд] и к такому ужасному поступку. В последнем слове Ирина призналась, что сейчас у нее нет суицидальных мыслей, потому что ей «нужно позаботиться о родителях». — Я у них осталась одна, и ради них я должна жить, — подытожила Ирина Шатова. «Отказаться от нее, что ли? Вы что, смеетесь?» Отец Ирины Шатовой ходит на каждое судебное заседание и защищает свою дочь. Мама Ирины тоже выступала в суде, говорила о том, что дочь старалась заботиться о родителях — когда они болели, помогала в лечении, потом выхаживала, «с ложечки кормила». В подробностях о долгах Ирина им не рассказывала. 12 июля, увидев ориентировки по телевизору, родители сразу узнали Ирину. — Вижу: глаза Ирины во весь экран. Это был шок, — делилась на суде женщина. — Вижу кадры, как она идет по мосту, голос диктора сказал, что ищут эту женщину как подозреваемую в убийстве. Я плохо помню — потеряла сознание. Отец Ирины Валерий тоже тяжело переживает и случившееся, и суд, он похудел на восемь килограммов. Но подчеркивает: к дочери он относится как и раньше: «Отказаться от нее что ли? Вы что, смеетесь?». Валерий и Алина до сих пор живут в квартире, где их дочь убила их внука. Сама Ирина на одном из судебных заседаний сказала, что после колонии вернется в родительский дом. — Она же планировала и себя, и ребенка… Она не хотела его нам оставлять — ребенок тяжелый, он бы с нами не смог жить, был привязан к матери. И Ирина очень любила сына, заботилась, всё было хорошо, — с грустью говорит Валерий. — Когда Ирину искали, я думал, что она покончила с собой. Я слышал разговор полиции, и мы с женой понимали, что она, убив сына, точно покончила с собой — она честная. Она всегда по жизни была порядочная. Никого не обманывала. Психотерапевт Николай Стрелков считает, что к трагедии привело то, что в состоянии колоссального стресса и одиночества Ирина Шатова разбудила в себе самые примитивные процессы. — Когда у человека такой сильный стресс, он всегда начинает регрессировать, — объясняет эксперт. — То есть он не в силах справиться на взрослом уровне с такой интенсивностью проблем и переходит на более примитивный вариант решения. Например, запустить биологические процессы: либо разрушить то, что создает проблему, либо разрушить мир, который создает проблему, либо разрушить себя, который воспринимает эту проблему. На примитивном уровне возникает желание разрушения. Часто люди, столкнувшись с таким стрессом, могут покончить с собой. В этом круге деструкции рядом с матерью оказался ребенок. Если бы у нее было больше сепарации с сыном, она была бы более зрелой, скорее всего, ребенок бы не пострадал.