«Сказали, я опасный элемент»: в Яренске отпустили задержанного активиста Вячеслава Григорьянца

В четверг, 4 апреля, в Яренске отпустили подозреваемого в избиении в Шиесе рабочего «Технопарка» котлашанина Вячеслава Григорьянца. Его задержали 1 апреля — он около 62 часов провел в отделении полиции. Суд отпустил Григорьянца с ограничениями. На два месяца ему запретили приближаться ближе чем на 1 километр к станции Шиес. С 22 до 6 часов он не должен выходить из дома. Ему запретили общаться с другими участниками уголовного дела. — Меня обвинили в том, что я якобы скрывался от следствия, они меня с трудом нашли и задержали. На самом деле был звонок в субботу днем от следователя Владимира Николаева. Я находился в Сыктывкаре и сказал, что физически не могу подойти в Урдому. Попросили перезвонить. Мои дела в Сыктывкаре закончились под ночь. Я не спал до этого дня два. В воскресенье отсыпался, некогда было перезванивать. В понедельник мне пришло СМС, что меня вызывают на беседу. О том, что я подозреваемый и возбуждено дело, ничего такого не было, — рассказал Вячеслав. Григорьянц решил найти себе адвоката, чтобы отправиться на беседу в полицию, но ему не повезло — те, кого он знал, оказались заняты. Вечером понедельника, 1 апреля, его задержали на улице в Котласе. Ему сказали, что его разыскивают по уголовному делу. — Я провел ночь в отделении полиции в Котласе, утром меня отвезли через Урдому до самого Яренска. Задержание оформили в самом Яренске. А что задержали в Котласе, нигде не обозначено. У судьи нет такой бумаги, что меня задержали в понедельник. По факту я 14 лишних часов провел в задержании, потому что задерживать полагается на 48 часов. Но задержание первоначальное в Котласе никак не оформили. Будем подавать жалобу, — рассказал Григорьянц. Также Вячеслав рассказал о том, чем он занимался в ночь с 14 на 15 марта в момент столкновения рабочих и противников строительства мусорного полигона для ввоза московских отходов в Шиес. Именно из-за событий той ночи и стали задерживать активистов. — Мы сидели у костра, но к вечеру у меня поднялась температура. Я решил, что не в состоянии дальше находиться на улице. Пошел в вагончик. Женщины заботливо дали лекарства выпить. Я начиная с восьми вечера находился в этом вагончике, вахта так называемая. Он самый первый появился, там связь есть, интернет, это главный факт. Где-то к 22 началось движение экскаватора, это я слышал по рации. Я по интернету всем давал информацию. Часов в 23 произошла эта стычка с экскаватором. Когда ковшом придавило Когута, я тоже написал об этом в интернет и сказал, чтобы срочно выезжала скорая и полиция. О каких-то событиях дальше я не был в курсе, по рации поступало крайне мало информации, связь не очень хорошая, ждали полицию. Спустя какое-то время я выяснил, что было на самом деле, мне показали по видео. Те события, которые мне вменяют, меня там не было вообще. И тому есть много свидетелей. Не понимаю, почему мои доводы не принимает следователь. Спросите людей, посмотрите мой телефон — я был на связи. Там, где был экскаватор, там связи вообще никакой нет, — рассказал Григорьянц. Теперь Григорьянц намерен заниматься тем же, чем занимался раньше — агитировать людей приезжать в Шиес, информировать людей о происходящем. Правда, сам он уже не сможет непосредственно оказаться на месте событий в ближайшее время. — Следователь назвал меня крайне агрессивным человеком и общественно опасным элементом. С его слов, я представляю опасность для общества. Слава Богу, он не стал требовать более жестких мер. То, что потребовали в ограничении определенных прав, судья полностью удовлетворил. Но постановление мы будем обжаловать, — рассказал Григорьянц. Оба мобильных телефона активиста изъяли в рамках расследования того же уголовного дела вместе с другой техникой людей на Шиесе. Оборудование повезут в Архангельск. Полицейские пояснили Григорьянцу что, возможно, телефоны ему вернут в течение недели. Когда в полицию пошел разбираться хозяин части изъятой техники, архангелогородец Юрий Чесноков, его тоже задержали из-за двух неоплаченных штрафов за нарушение ПДД в 800 и 1000 рублей. Его ночь продержали в отделении. 30 марта по делу об избиении Алексея Козлова задержали жителя Урдомы Валерия Дзюбу, 1 апреля его отпустили с такими же ограничениями, что и у Григорьянца. 4 апреля в Коноше полицейские прямо в поезде задержали активиста Андрея Старковского и увезли его в Яренск. Он — третий подозреваемый по этому делу. В ночь с 14 на 15 марта несколько грузовиков во главе с экскаватором выехали со стройки на Шиесе в сторону поселка Мадмас и наткнулись на вагончик, стоявший на дороге. Алексей Козлов, управлявший экскаватором, снес вагончик активистов. Люди живым щитом всталиперед техникой и ждали полицию. Ковшом прижало архангелогородца Владимира Когута. От госпитализации он отказался и 20 марта обратился в полицию. Но полиция отказалась заводить уголовное дело. Заявление Когута «спустили» в Урдому, как утверждают активисты движения «Поморье не помойка». В больницу Урдомы госпитализировали Козлова. Его вертолетом санавиации доставили в областную клиническую больницу, перед этим случайно уронив с носилок. В соцсетях появилась информация о переломах и разрыве внутренних органов у сотрудника «Технопарка» Козлова. Он самостоятельно покинул областную больницу. По словам главврача Игоря Петчина, у рабочего диагностировали закрытую черепно-мозговую травму и закрытую травму грудной клетки. По подозрению в избиении Алексея Козлова и задерживали Дзюбу, Григорьянца и Старковского.