Зачем Поморью закон о детях войны и что мешало принять его раньше — мнение депутата

В Архангельской области утвердили статус «Дети войны», теперь власти будут разрабатывать под него меры поддержки и льготы. О том, что такой закон нужен, речь шла давно, но поддержки этой инициативы было мало. Вице-спикер Архангельской городской думы Александр Гревцов вспоминает, что началось всё еще 20 лет назад, когда появилась общественная организация «Дети, опаленные войной». В своей колонке для рубрики «Личное мнение» он рассуждает о том, чем статус детей войны так важен и почему столь долгим был путь до его признания на уровне регионального законодательства. На прошлой неделе в Архангельской области приняли закон о детях войны. С полным правом могу назвать принятие закона и своей победой, поскольку его концепция была предложена мной в 2019 году и поддержана моими коллегами — депутатами городской думы. Именно тогда мы предложили: давайте сначала установим статус «Дети войны», а уж затем решим, какими льготами отблагодарить людей, восстановивших страну из послевоенных руин. Как фактически издевались отдельные депутаты областного собрания, которые твердили о необходимости принятия исключительно федерального закона, а предложенный закон называли документом, сеющим социальную вражду между детьми войны из разных регионов. Верхом цинизма для меня стало выступление на комитете в областном собрании представителя Общественной палаты Архангельской области, врача-акушера, руководителя государственного учреждения, которая назвала принятие областного закона о детях войны «безумием». Да-да, звучало примерно так: — В ситуации, когда у нас падает рождаемость, когда мы проваливаемся в демографическую яму, принимать законы о поддержке ветеранов — это безумие. Сейчас же все вышеперечисленные господа и дамы, неоднократно проваливавшие закон, неожиданно прозрели. Они стали говорить, что всегда были за детей войны. Один из депутатов на встрече с общественной организацией «Дети Молотовска» прямо заявил, что только благодаря им 17 раз облсобрание требовало принятия закона. Такая перемена в сознании и дружное голосование за законопроект о детях войны на февральской сессии вполне объяснима. В сентябре — новые выборы депутатов облсобрания, а хороших дел «партии власти» не хватает — ничем не запомнился нынешний состав областных депутатов, кроме поддержки закона о «QR-кодировании» и поддержки мегапомойки для московского мусора на Шиесе. Ах, да, один депутат еще запомнился своей борьбой с крысами во дворе на Выучейского, 55 — прогремел на всю страну. И всё. Но сегодня мало кто вспомнил, что впервые в России о детях войны заговорили именно в Архангельске. 20 лет назад Слава Николаевич и Галина Кузьминична Лебедевы основали общественную организацию «Дети, опаленные войной». Уже затем появились общественные организации «Дети войны», «Дети Молотовска» и многие другие. Появились единомышленники. Они посещали школы, обивали пороги высоких кабинетов, рассказывая, чем запомнилась им — детям военных лет — Великая Отечественная. Они рассказали то, о чем сегодня мало кто помнит. Например, что архангельская пайка хлеба бывала даже меньше, чем в блокадном Ленинграде. Они рассказывали о том, что многие дети и взрослые выжили в войну благодаря тюленьему жиру. Именно благодаря Лебедевым на площади Мира в Архангельске появился памятник тюленю. Но во всём мире помнят блокадную пайку, но не помнят архангельскую. Хотя вроде вот он, хлеб: через Архангельский порт шли сотни тысяч тонн продовольствия по ленд-лизу. Бери — не хочу. Но не брали, понимали, что «там, на фронте, нужнее». У них не было детства в войну. Да и после войны у них не было детства. Они сразу вступили в новую битву — за возрождение из пепла своей Родины. Они из руин отстроили Советский Союз, построили десятки тысяч предприятий, освоил целину, покорили космос. Юрий Гагарин ведь тоже ребенок войны. У них была одна мечта — чтобы уже их дети (сыновья и дочери детей войны, внуки) пожили хорошо. Чтобы у них было радостное детство. Не получилось. Не говорят сегодня с высоких трибун и о том, что больше 10 лет назад, когда в облсобрание был впервые внесен областной закон «О детях войны», в регионе проживали свыше 112 тысяч человек, которых можно отнести к этой категории. Сегодня, как следует из слов губернатора, детей войны осталось меньше 42 тысяч человек. То есть 80 тысяч детей войны просто не дожили до признания государством их вклада в великую Победу и в послевоенное восстановление великой страны — Советского Союза.