Бабы со стальными яйцами: кто такие российские феминистки и почему их боятся мужчины

Российский феминизм существует больше 150 лет — чуть меньше, чем брюки клёш, и намного больше, чем мобильная связь. Это слово знают все, но что оно означает, понимают немногие. Возможно, поэтому феминистка ассоциируется у коллективного разума с недовольной девочкой, которая, как и родительский комитет, жаждет запретить всё, что неудобно упирается в ее картину мира. В Международный женский день, когда принято не только дарить цветы и конфеты, но и напоминать о том, что у женщин есть права, мы решили разобраться в феномене российского феминизма. Нам помогают в этом психолог, социолог и феминистка. Для начала немного истории (пропустите ее, если и так в курсе). Откуда они взялись? В нашей стране феминизм появился еще в середине позапрошлого века, когда женщины организовались и потребовали доступное образование, оплачиваемую работу и право голоса. Последнее слабому полу даровали в 1917 году. Первое время большевики и участницы фемдвижения двигались в одном направлении — сказалась дружба феминисток и радикальной интеллигенции на закате царской России, однако со становлением советской власти теплые отношения кончились. Аборты сначала разрешили, потом запретили. При Сталине усложнили процедуру развода, упразднили женотделы и страна вернулась к традиционной гендерной иерархии. Следующие полвека феминистки практически провели в подполье. Изредка им удавалось участвовать в делах государства, но эти подвижки сложно назвать успешными: например, в 1960-х годах снова появились женсоветы, но повестку на них устанавливали не участницы организаций, а члены партии. Первые женские журналы («Женщина и Россия», «Мария») тоже были подпольными, а за феминистками следили агенты КГБ. Открытым фемдвижение стало после перестройки. Оно поделилось на десятки течений, участницы которых выступают и за равноправие, и за радикальную смену образов, есть даже культурный и экофеминизм. Российское законодательство, на первый взгляд, тоже подстроилось под активных женщин: аборты разрешены, развестись — просто, да и возглавить отдел или целое предприятие сегодня можно. Что другие знают о феминистках? За что и против кого они борются? То, что женская борьба в России не прекращалась никогда, отмечает психолог Игорь Лях, он же подчеркивает, что эта борьба сменила вектор: теперь женщин на протест толкают не явный недостаток прав и свобод, а другие женщины. Например, спор внутри гендера: одни — сторонницы естественной красоты, а другие выступают за депиляцию. В итоге спор из-за бритых подмышек перерастает в настоящий конфликт. — Унизительно ли то, что женщина снимает себя красивую и размещает на аватарку в социальных сетях? Одни феминистки скажут, что она позорит женский род, зазывая своим телом мужчин, другие — что она так себя видит, а потому имеет право. Внутри сообщества исчезает однородность, — рассуждает Лях. — Человек — сам по себе существо агрессивное, и там, где есть возможность проявить агрессию, он будет это делать независимо от пола. А то, что русские женщины агрессивны, отмечал еще Некрасов: «Коня на скаку остановит, в горящую избу войдет…» По другую сторону забора — та самая женская солидарность. Порой она доводит до того, что феминистку внутри себя растит замужняя женщина, ведь в этом деле главное — вовремя заручиться поддержкой. А в социальных сетях сегодня её предостаточно. По данным Ляха, сегодня открыты феминистскому движению 10% россиянок, еще 60% поддерживают направление скрыто. Можно представить, что скоро феминистками станут все женщины, но нет. Хотя бы из-за того, что феминизм не ставит перед собой задачу кому-то что-то навязывать. Это история о том, что у людей должны быть равные права независимо от того, мужчина ты или женщина, говорит феминистка Арина Танцырева. — Бытует мнение, что феминизм — это удел некрасивых женщин с неудавшейся личной жизнью, баб со стальными яйцами, а также идеи про конкуренцию и ненависть к мужчинам. На деле же феминизм — про равные права людей вне зависимости от формы гениталий. Про то, что женщины не обязаны носить розовое, варить борщи, стремиться замуж и плевать на свою карьеру. Могут, но не обязаны. Про то, что мужчины не должны быть кому-то каменной стеной, зарабатывать миллиарды, выглядеть чуть лучше примата и никогда не поддаваться эмоциям. Могут, но снова не обязаны, — говорит Арина. — Равенство между полами наступает тогда, когда дискуссия о том, кто лучше, прекращается и приходит к выводу, что люди по сути своей разные. Это нужно уважать и принимать. Почему они не любят женщин? Напороться на «баб со стальными яйцами» вполне себе легко даже в самом безобидном паблике — такая история произошла с нашей читательницей Александрой, которая после развода сёрфила группы в «ВКонтакте», чтобы посмотреть, что вообще происходит в жизни других женщин. — В группе «Щастьебытьженщиной» пользователи делились историями из жизни, и в основном это было нытье и обвинения в адрес мужчин — их называли абьюзами, — вспоминает Александра. — Одна авторка написала пост о том, что у нее классный муж, но одна беда — он не моет посуду, поэтому она должна всё это терпеть. Я предположила, что такую ситуацию паре стоит обсуждать вдвоем, может, муж вообще не в курсе того, что проблема существует. За это меня обвинили в том, что я защищаю абьюза, и забанили за нарушение правила сообщества «Не защищать мужчин и не осуждать женщин». Почему они бесят мужчин? Подсчитать направления феминизма так же сложно, как и составить средний портрет участниц этих сообществ: в России можно найти последователей либерального феминизма (наследство от суфражисток, главная цель — обеспечить женщин и мужчин равными правами), постмодернистского феминизма (размывает гендерные границы, выступает против бинарной системы «мужчина/женщина»), радикального и сепаратистского феминизма (кратко: мужчины подавляют женщин, отношения с ними не нужны). Есть даже интерсекциональный феминизм — в нем борьба за права женщин неотделима от борьбы за права сексуальных меньшинств. Фактически феминистами могут быть и мужчины, если они разделяют идею «что хочет женщина, то хочет и бог». Для них даже придумали особый термин — «профеминист». В реальной многослойной России профеминист — существо краснокнижное, гораздо легче найти среди мужчин тех, кто не понимает феминисток и ведет себя агрессивно. Это естественная реакция, объясняет сексолог Ирина Бочарова: они начинают бояться, когда женщина играет на их поле. — Эмансипированная (свободная) женщина и феминистка — это два разных понятия. Но когда женщина начинает проявлять себя, выполнять наравне с мужчинами социальные функции, так же работать, столько же получать — это пугает мужчин. Соревнование с мужчиной — уже повод, чтобы назвать ее феминисткой, хотя таковой она может и не быть, — говорит сексолог. — Эти соревнования влияют и на отношения отдельных людей, и на общество в целом, ведь патриархальная система в России сохраняется. Как бы ни росло число семей, где мужчина сидит в декрете, а женщина делает бизнес просто потому, что у нее это выходит лучше, у нас по-прежнему к этому относятся плохо. — Наше общество зачастую озабочено не рефлексией, а добычей денег. Просто денег, чтобы жить. Ты знаешь, что отечество кинет тебя и твою семью, не задумываясь. Социальных гарантий нет, а, учитывая тот факт, что даже работодатель считает себя вправе определять, кто в твоей семье должен зарабатывать больше («Мы поднимем Василию зарплату, ему семью кормить надо, а тебе муж помогает» — знакомая фраза?), получается ситуация искусственно нагнетаемого конфликта между полами, — рассуждает феминистка Арина Танцырева. — Вместо того, чтобы сесть и разработать вместе с партнером план совместной жизни, мы сталкиваемся со стереотипами, предписывающими нам строго определенные роли. А проблема-то в том, что все люди разные и одни и те же схемы могут нам не подходить. Для большинства в России феминизм — это неприятно и больно, а быть феминисткой — всё равно что быть героиней анекдота про мышей и кактус: «плачут, колются, но продолжают есть». Удар по поясу наносят двойные стандарты: например, в Трудовом кодексе написано, что гендерной дискриминации в России нет, однако страна в лидерах по числу ограничений для трудовой деятельности женщин. Им запрещено заниматься 456 видами работ, в том числе водить сельхозтехнику или управлять поездами. Доказывать и рассказывать о себе — дело хоть и приятное, но не всегда благодарное. Вовремя уйти из таких диалогов — оптимальное решение, отмечают сами феминистки. — Я с удовольствием рассказываю о фемценностях людям, которым интересно послушать и подискутировать на эти темы. Иногда бываю услышана, иногда мы договариваемся, что каждый остается в своем дискурсе, и тогда наши дорожки расходятся, — говорит Арина Танцырева. — Это нормально. Но я не готова идти на баррикады и заставлять слушать тех, кто этого не хочет. Там их жизнь, здесь моя жизнь, и было бы славно не трепать друг другу нервы.