По соседству с медведем и под пеплом вулкана: как архангельские инженеры обследовали леса Камчатки

Три месяца провели архангельские лесоустроители практически на краю земли — они работали на Камчатке. Пеплом их головы посыпал вулкан Шивелуч, они ходили медвежьими тропами в надежде, что «мишек» больше интересует рыба, чем человек. И всё ради того, чтобы собрать актуальные сведения о лесах полуострова: сколько срубленных и растущих деревьев, есть ли «молодняк». Работали там инженеры государственной инвентаризации лесов (ГИЛ).В полевом сезоне 2019 года инженеры архангельского «Рослесинфорга» на почти четырех миллионах гектаров леса заложили 197 участков, на которых в будущем продолжат исследования. По-научному это — постоянные пробные площади государственной инвентаризации лесов.Такой статистический метод учета лесов дополнит данные традиционной таксации, которую выполняют инженеры-таксаторы. Край земли Восьми инженерам — Николаю Брехову, Денису Варзумову, Александру Крупцову, Ивану Дурынину, Сергею Кочанову, Антону Тырлову, Евгению Фатиеву, Станиславу Лобанову и водителю Сергею Шапрану пришлось работать на 6000 километров дальше Архангельской области в незнакомых природных условиях. Камчатский край разительно отличается от привычных северному специалисту березняков, ельников и болот. — Первая сложность работ в Камчатском крае — разнообразие ландшафта. Там сложный рельеф с большими перепадами высот, и нам со всем оборудованием нужно ползти в горы, спускаться с них, сплавляться по рекам. На Камчатке растут другие виды деревьев, например березы там двух видов: белая и каменная, вторая по своим признакам напоминает дуб — тоже твердолистная, — рассказывает инженер участка определения качественных и количественных характеристик лесов Денис Варзумов. С расширением теоретических знаний о почвах и растениях полуострова помогли преподаватели Высшей школы естественных наук и технологий САФУ. Однако много чего пришлось узнавать уже при выполнении работ. «Нельзя думать, что вокруг тебя круглосуточно ходят медведи-людоеды» Работы по закладке постоянных пробных площадей государственной инвентаризации лесов ведутся на Камчатке второй год. В полевом сезоне — 2018 инженеры-таксаторы Архангельского филиала работали в том числе и на территории Кроноцкого государственного биосферного заповедника. Там их сопровождали государственные инспекторы. Они обеспечивали безопасность не только заповедной территории, но и самих инженеров, потому что медведей на Камчатке больше, чем людей. Нападения случаются каждый год. — Когда мы приехали в первый раз, — вспоминают инженеры, — местные нас так и называли: «завтрак туриста». Но обошлось. Мы соблюдаем правила безопасности: читаем следы, носим с собой фальшфейеры, баллончики от медведей и заряженные ружья, — рассказывают инженеры. На медвежьих тропах, которыми ходили инженеры в глухих лесах, случалось видеть медведей на расстоянии. А самая близкая встреча с медведем произошла на озере Ажабачье, где хозяева леса ловят азиатскую нерку — их основную пищу. — Мы спускались на место закладки пробы по мелкой речке. Во время спуска сели на мель прямо напротив того места, где рыбачил мишка. Он увидел нас и убежал в лес. Пока мы пытались оттолкнуться на глубину, он наблюдал из леса — с безопасного расстояния. А потом видим: бежит прямо на нас! У нас, конечно, человек с ружьем наготове, но я кричу, мол, не стреляйте! И действительно, мишка в каких-то пяти метрах от нас остановился, выловил рыбу из потока и обратно в лес убежал. Рыбалка оказалась ему интереснее, — вспоминает инженер Николай Брехов. Такие встречи на Камчатке не редкость, но таксаторы говорят, что когда рыба идет на нерест, медведь человеку не опасен. Тем более животные избегают шумных лодок и людей, у которых ружья пахнут порохом. — Думаю, нападают раненые, голодные или больные звери на тех, кто нарушает технику безопасности, — подытоживает Николай. О технике безопасности и мерах предосторожности приходилось помнить всегда: инженеры работали в отдаленных местах, куда их забрасывали вертолетом на несколько дней. Поэтому ночевать приходилось прямо в лесу. Выручали генераторы, костры и даже стреляные гильзы — их раскладывали вокруг лагеря. Но такая техника безопасности для инженеров-таксаторов привычна: как говорят работники, медведи в России одинаковы, и в архангельском лесу можно встретить его хозяина. Кстати, таксаторы называют медведей «мишками». На мой вопрос, откуда такая нежность, Вячеслав отвечает: — Нужно настраивать себя на позитивный лад! А как их еще называть? Если ты называешь медведя мишкой, то кажется, что он добрый. Если будешь думать, что там медведи-людоеды, то совсем жутко же. А вообще, местные нам сказали: в случае чего залезайте на деревья, потому что местные мишки по деревьям не лазают. Ну и самая действенная камчатская примета: если медведь тащит тебя за ногу, это к беде. А если за руку, может еще повезти! «Всё в пепле: деревья, мы, оборудование...» Если медведи водятся во всех лесах, где работали инженеры Архангельского филиала «Рослесинфорга», и к встречам со зверем были готовы, то активность Земли инженерам оказалась в новинку. За два сезона работы на Камчатке инженеры пережили несколько землетрясений. А в этом году в ареале закладки постоянных пробных площадей оказался вулкан Шивелуч с «оранжевым» классом опасности. — В этом году мы не просто видели извержение вулкана, но и попали под него. В одной из последних вертолетных забросок у подножия вулкана Шивелуч мы оказались в зоне поражения пеплопада. Вулкан несколько раз выплюнул пепел. Он поднимался выше облаков, извергался волнами и разлетелся в радиусе пятидесяти километров. В лесу было все на сантиметр-два усыпано как будто снегом, только пеплом. Вдобавок ко всему, нас не мог забрать три дня вертолет. Так и сидели в лесу: мы в пепле, палатки в пепле, техника в пепле… Все вокруг тоже усыпано им, а в воздухе висит мелкодисперсная пыль, — вспоминают инженеры. Денис показывает мне видео на телефоне, где оператор сквозь кашель комментирует: — А вот это не туман, это все пыль. Она никогда не оседает, потому что ее ветром поднимает с земли. И вот такая субстанция, как мелкая мука, висит в воздухе, остается на зубах, в ушах, в глазах... Чтобы знали о лесах Работу лесоустроителя сравнивают с работой геолога: оба профессионала отправляются в отдаленные уголки обитаемой и необитаемой земли, чтобы человечество узнало о своей планете больше. Актуальные сведения о лесах, их количестве и состоянии необходимы для грамотного лесоуправления в масштабах всей страны. Конечно, Камчатский полуостров — экстремальное место работы, но у каждого из инженеров, отправленных туда, за плечами опыт лесоустройства не только Архангельской области. Они работали в лесах многих регионов России. — Были, конечно, и откровенно тяжелые моменты. Однажды ночью среди леса одновременно вышел из строя генератор и потух костёр. А наш коллега Евгений встретил мишку прямо в десяти метрах, благо не пришлось ни стрелять, ни применять фальшфейер. Зато на Камчатке мы видели нерп, сивучей, долину гейзеров, поднимались на вулкан. Работы по государственному контракту на полуострове еще не закончены, поэтому в следующем году мы вернемся туда!