На это холодно даже смотреть: заслуженный врач России рисует, плавая в ледяном водохранилище

Вадим Кеосьян — заслуженный врач Российской Федерации. Он живет в Красноярске, заведует микрохирургическим отделением краевой больницы, эксперт в области пластической хирургии, о нем сняли документальный фильм. У микрохирурга экстремальное увлечение: он любит плавать в холодной воде и создавать GPS-рисунки. Портал NGS24.RU понаблюдал за тем, как это происходит. GPS-рисование (от англ. GPS Drawing) — метод рисования, при котором художник использует устройство глобальной системы позиционирования (GPS) и следует по заданному маршруту, для того чтобы создать изображение. Колотун как сократительный термогенез Холод сырой, пронизывающий, у Вадима от него волосы дыбом на голом теле. Микрохирург натягивает шапку, термобелье, шерстяной свитер, следом — утепленные штаны, пуховик, ботинки. Все эти вещи лежали в сумке в определенном порядке. По списку. Но утепление не спасает. Вадима колотит изнутри так, что он расплескивает на варежки горячий чай. Еще раз пытается поднести кружку ко рту. — Сократительный термогенез (процесс производства тепла в организме — Прим. ред.). Полезная штука, быстро выделяет тепло, — старательно выговаривая замерзшими губами слова, поясняет Вадим Кеосьян. Он все еще приходит в себя после 15-минутного заплыва. Шутка ли, преодолеть полкилометра в пока не покрывшейся коркой льда воде. За спиной Вадима — снег, от него всё сильнее рябит в глазах, и гладь водохранилища, будто в сломанном черно-белом телевизоре, становится всё более серой. «Колотун» у нашего героя уже привычный, скоро пройдет. Зато оттуда, с моря (так местные жители называют водохранилище на Енисее. — Прим. ред.), Вадим «принес» тюльпан. Еще одно произведение в коллекции GPS-рисования в экстремальных условиях… Лицо нестерпимо болит Микрохирург приезжает на Шумихинский залив с наступлением холодов почти каждую неделю. Один или с женой, друзьями. Залив Шумиха — популярное место отдыха у жителей Красноярска, находится рядом с местной ГЭС, к нему удобно подъезжать на машине. Перед тем как поплыть, измеряет температуру воды. Сегодня около плюс восьми. Затем корректирует по берегам план рисунка и точки ориентира, коротко разминается и переодевается в гидрокостюм. Еще на берегу встает на колено, словно поклоняется морю, а на самом деле ополаскивает лицо. — На лицо, когда погружаешься в воду, приходится первый холодовой удар. Оно начинает сильно болеть. Плывешь медленнее, пока оно привыкнет. Потом боль проходит, только зубы мерзнут, — рассказывает Вадим. — Дальше замораживаются руки, надо пересилить себя, грести. И не промахнуться с длиной отрезков, чтобы рисунок получился. Допустим, дуга длиной 40 метров — это 20 пар гребков. Вот, считаешь, и вроде элементарное действие, а дается сложно, потому что организм в этот момент переключается на режим выживания — мозгу при охлаждении и физнагрузке не хватает крови и кислорода, они идут в кожу и мышцы. Начинаешь значительно хуже соображать, серьезно. Гребешь, а сам вспоминаешь: какой по счету отрезок проходишь. Раньше Вадим плавал в длинном гидрокостюме. В этом сезоне перешел на короткий. Открытых частей тела больше, ощущения острее, а переодеваться удобнее. Одна рука в перчатке, чтобы часы, которые прописывают трек, раньше времени не выключились от холода. Отлаженными гребками Вадим проходит метры темной студеной воды. Здесь — на берегу — пока наблюдаешь за ним, слегка бросает в жар: организм инстинктивно, от одного вида купающегося в холодной воде человека, вырабатывает больше тепла. Давай не будем, когда уже лед Отрисовав бутон, Вадим останавливается в воде на короткую передышку. Неподалеку шумит приглушенный снегопадом лодочный мотор: люди перебираются на тот берег. Рядом рыбак безуспешно пытается что-то выудить. Он под толстым слоем одежды, ему тепло и хорошо. Рыбак не спеша, в подробностях, начинает рассказывать длинную историю из своей жизни, пользуясь тем, что собеседник в воде и никуда не денется. У Вадима же почти не получается поддержать разговор: замерзли губы. Он снова погружается в воду, чтобы создать стебель и закончить рисунок. С берега за ним внимательно наблюдает жена Наталья. Внешне спокойна. — Я на интуитивном уровне чувствую, насколько холодно, как он себя чувствует, как выглядит перед тем, как выехать и в процессе. Вот эти клинические данные помогают мне спокойнее круги нарезать [по берегу], пока он плавает, — говорит Наталья Кеосьян. Она тоже врач. Генетик. Наталья, в отличие от мужа, не любитель холодной воды, но понимает, как важно Вадиму его увлечение. — Стараюсь, чтобы разум возобладал над попытками покорить стихию. Говорю: «Посмотри, морозы ударили, давай не будем, когда лед уже плавает». Иногда прислушивается, обещает сократить маршрут или перенести дату выезда. В целом, как врач, вижу, что негативных последствий, которые я могла бы себе представить, вроде бы нет. Этой весной, в мае, Вадим Кеосьян устроил заплыв в честь своего дня рождения. Плюс двадцать на улице, море чистое и вроде бы прогретое. Уже в воде понял, что лед растаял всего несколько часов назад. Добрался до противоположного берега, обратно плыть не смог. Повезло, что поблизости оказались рыбаки на лодке… — Четыре года назад меня попросили выступить за больницу в краевой спартакиаде. Проплыть надо было 25 метров в бассейне. Пошел тренироваться, — рассказывает Вадим. — И затянуло: 800 метров, километр. Летом — на водохранилище. Гидрокостюм дорогой купил. Нельзя пропадать ему. Опять же часы завелись. Проплыл туда-сюда — рисунок какой-то. Бегуны же бегают специально под изображение. Думаю: почему такое же на воде не организовать? За последние несколько лет нарисовал холодное сердце и кардиограмму, ель, полумесяц и цветы… Ты нормальный, когда боишься Когда Вадим выходит из воды и проговаривает «Ощущения хорошие», то ему не до общения. В крови бушует адреналин. Быстрее переодеваться. Готов трек в виде тюльпана, и тут случилась импровизация: расположение цветка пришлось поменять, чтобы было удобнее ориентироваться. — Здесь почти как в медицинской операции: всё идет по плану, но по ходу дела что-то да будет экспромтом, — замечает Вадим. По будням, в почти обыкновенной жизни, он в операционных возвращает людей к «образу и подобию». Уже четверть века. Приживает пострадавшим отсеченные руки и пальцы, восстанавливает грудь женщинам, у которых из-за онкологии удалили молочные железы. — Я недавно разбирался для себя, как появляется настрой, чтобы зайти в ледяную воду? Думаю, тут комбинация двух вещей: мотивации и веры, — говорит Вадим. — Мне интересно, это развивает и приносит удовольствие. Но тут главное другое: мое увлечение снижает общий стресс от жизни. После таких заплывов многие ситуации воспринимаешь много спокойнее. И я верю, что мой пример приносит пользу людям. Конечно, всегда есть некий страх: как всё закончится? Главное, чтобы он не сковывал моторику. И с ним нельзя бороться, от этого он только растет, будет всё хуже и хуже. Страшно всем. Нужно пропустить его через себя, сказать себе: да, это нормально. И он тут же уменьшится. Проверено.