Слежка за людьми и судьба малого бизнеса: как пандемия изменит Россию

Политолог Екатерина Шульман порассуждала о том, как может измениться (и скорее всего, изменится) мир и Россия после пандемии коронавируса. В своем выступлении в программе Ельцин-центра «Мир после пандемии» она рассказала, почему не стоит удивляться усилению государственного контроля, какие беды нам принесет скорая обязательная вакцинация, в какой политической ситуации мы окажемся после окончания пандемии и чего ни в коем случае не стоит делать в изоляции. — Довольно многое в выборе тех развилок, которые мы только и в состоянии обозначить, будет зависеть от того, как эпидемия будет себя проявлять, — говорит Екатерина Шульман. — Недолгий карантин — несколько недель — это одни последствия, несколько месяцев — это последствия другие. Жертвы даже в десятки тысяч человек по всему миру — это одно, а в сотни тысяч или, не дай бог, в миллионы, как в 1918 году с испанским гриппом, — это другое. Мы можем предвидеть развитие тенденций, мы можем назвать эти тенденции и за ними следить. Так называемые чрезвычайные происшествия и обстоятельства не приносят ничего нового. Они усиливают те тенденции, которые уже были. Мы расшифровали ее выступление и приводим с незначительными сокращениями. Прогноз 1: будет развиваться слежка за гражданами У нас до всякой заразы развивалась довольно активно слежка за гражданами. Этим занимались государства, этим занимались корпорации. Собирали данные, отслеживали поведение людей, физические перемещения, их потребительское поведение, пытались предугадать их дальнейшие потребности, вкусы и желания с тем, чтобы им потом навязать или предложить какие-то услуги, а государство или правоохранительные органы, специальные службы — для того, чтобы, например, попытаться их преступное поведение предсказать и вовремя предотвратить. Это у нас развивалось с начала 2000-х годов. Последние 20 лет мы с вами в этой ситуации живем. Очень большой импульс этому процессу был дан терактом 11 сентября. Тогда государства получили новые полномочия, согласие общества, которое захотело, чтобы его обезопасили от страшной террористической угрозы. Эта слежка и аккумуляция больших данных шли рука об руку с повышением прозрачности, с тем, что государство и корпорации становились прозрачны для граждан и подотчетны им. Но одновременно и все за всеми научились следить. Тут очевидно, что под влиянием пандемии будет придан еще один новый импульс, может быть, соизмеримый по силе с импульсом 11 сентября, этим технологиям слежки. Это будет развиваться. Это никому не нужно, дорого, трудноосуществимо технически, и, главное, на это нет запроса. Развиваться будет то, на что запрос есть. Прогноз 2: вырастет доверие к экспертам За последнее десятилетие произошло проникновение научного знания в массы. Благодаря школьному образованию повсеместному, а также благодаря интернету. На самом деле человечество стало очень образованным, и научный язык до такой степени проник в язык бытовой, что мы этого просто не замечаем. Мы рассуждаем в бытовых ситуациях в терминах пропорций и процентов, нам кажется, что это нечто само собой разумеющееся. На самом деле это довольное сложные математические абстракции, которые сейчас являются достоянием всех. Язык науки, понятие науки и вообще научный подход проникли в бытовое массовое сознание. Маленькую помощь нам тут еще окажет пандемия — она повысит уважение к экспертному знанию. Опять же, мы обращаем внимание на то, что народ бросился лечиться имбирем и лимоном, но это рациональное поведение, это не мощи. Как всегда самые дикие, самые дремучие — это элиты, особенно в нашем случае, когда пресс-секретарь президента к себе пришпиливает какой-то бейджик, который должен спасти его от заразы, — это дикость. А когда люди заваривают имбирь и лимон, это совершенно нормальная, правильная вещь, это не спасет вас от вируса, но и не повредит. Это как раз тоже проникновение научного знания, которое говорит нам о витаминах, фитонцидах, и мы все как-то сразу стали это понимать. Сейчас еще дополнительно уважение к экспертам, в первую очередь к медицинским, повысится. Обратите внимание — мы этого не замечаем, хотя это у нас перед глазами — сейчас главная структура, руководящая миром, — это Всемирная организация здравоохранения. Что она рекомендует, то все правительства и делают. Американский президент посопротивлялся, но тоже встроился в колонну, марширует в ногу, но плюется при этом — у него характер такой, он не может не плеваться. Это момент чрезвычайный, конечно, потом будет не так. Прогноз 3: правительства возьмут на себя контроль здоровья людей Вопреки нынешним разговорам о том, что надгосударственные структуры показали свою неэффективность и Евросоюз распался на много «маленьких медвежат», я думаю, что происходит противоположное. Границы закрыли физически, чтобы люди не ездили. То же самое происходит и в РФ, а она не распадается. Границы не возникают при обмене информацией, опытом и копировании практик. Опять же, мы это можем видеть в нашем российском случае, это мало кому нравится. Когда регионы копируют Москву, не имея ее ресурсов и количества заболевших, или когда регионы копируют Чечню, которую вообще не надо никому копировать, в том числе самой Чечне, это то же самое. Пространство едино как никогда. И более того, надгосударственные международные структуры — такие как Всемирная организация здравоохранения или подобные ей, которые возникнут, — будут во многом определять направление биополитики будущего. Биополитика — это некий куст понятий, который объединен идеей о том, что государство берет на себя ответственность за здоровье граждан. И тут будут тоже изменения. Я уже говорила много раз, и многие другие говорили о том, что появятся тепловизоры на входе в публичные здания, а может быть, и на выходе из наших подъездов. И людей с температурой просто не будут никуда пускать. Сейчас появится вакцина — я не без ужаса этого жду, потому что сделают ее быстро, проверять ее времени не будет, вакцинировать будут всех. Отказ от вакцинации будет караться административным кодексом. Будут жертвы, потому что при обычной политике прививок бывают люди, которым от этого становится хуже по разным причинам. Сейчас не будет времени проверять, у кого какой иммунный статус и противопоказания, просто всем будут вкалывать. Будет сопротивление религиозных групп, и оно будет побеждено. А большие церкви, как мы видим, встраиваются в государственную политику и точно так же маршируют в колонне. Сначала они пытаются возражать, через два такта они говорят: да, действительно, не надо ходить в церкви, собираться вместе, ездить на кладбища, бог у вас в душе, все остальное неважно. Церкви точно так же живут в обществе, в котором научное знание имеет преимущество перед религиозными убеждениями. Их паства на самом деле является в гораздо большей степени частью социума. Прогноз 4: малый бизнес пострадает, но выживет То, что будет вливание денег в систему здравоохранения, — это тоже очевидно. Потому что это не новость. До того как стало известно про COVID, мы говорили о том, что есть две сферы, в которых будут новые рабочие места и будут вообще развитие и экономический рост, — здравоохранение и образование. Потому что жизнь сверхценна, общество стареет, второй демографический переход — много пожилых, мало детей, дети — на вес золота, много стариков, которым нужны разнообразные услуги. Главная добродетель гражданина этой экономики — это потребление. Кто больше вокруг себя сможет сформировать услуг, кто больше требует услуг, тот выгоден. Всем нужен чахлый, довольно болезненный, хрупкий человек с многочисленными особенностями, часть у него есть, часть он себе выдумал. Вокруг него создается сразу куча рабочих мест. А производством занимается автоматика. Вот каковы направления этого прекрасного нового мира. Не будут люди вечно сидеть в квартирах и ходить в масках, хотя, возможно, физическое прикосновение друг к другу в публичном месте станет гораздо более интимным жестом, чем сейчас. Маленькие лавочки пострадают, к сожалению, потому что супермаркет — безопасное место, его легко вымыть, продезинфицировать, проверить, там люди не пробуют еду кусочками и не целуются с продавцом. А прекрасные маленькие магазинчики, кафе, которые делают города такими очаровательными, одновременно являются рассадниками заразы. Все это пострадает, но не исчезнет. Тем не менее это будет, скажем так, дороже стоить нам. Давайте в завершение скажем, что это не война. Это не та ситуация, когда десятки миллионов мужчин убиты физически. Нет бомбежек, разрушения инфраструктуры, наши железные дороги, порты, аэропорты — на месте, с ними ничего не произошло. Поэтому не стоит повторять эту мантру насчет того, что мир никогда не будет прежним. Именно прежним он и будет. И в этом-то значимость. То, что развивалось до этого, и будет развиваться дальше, но с усиленным импульсом. Эти все кризисы — это ровно то, что называется ненаучным термином «волшебный пендель».