Историк рассказал, какие предметы и технику можно найти в Арктике

Арктика — не только интересное место для туристов, но и для археологов с историками. Конечно, это не Греция, где исторические артефакты находятся на каждом шагу, но и здесь можно найти ценные предметы из прошлого. Главное — знать, где и что искать. Новый герой нашего проекта «Прогулки по Арктике» архангельский историк Евгений Ермолов рассказал нам, какие удивительные артефакты он встречал на северных архипелагах: от еды полярников до советских вездеходов. «История Арктики пока еще не написана» Евгений Ермолов работает в национальном парке «Русская Арктика» с 2012 года. После того как он окончил исторический факультет ПГУ и проработал три года пресс-секретарем, он решил, что работа должна приносить удовольствие, и устроился в нацпарк. Здесь, по его словам, он занят тем же, чем занимался дома в свободное время. А уж о путешествиях на северные острова он раньше мог только мечтать. — Сколько себя помню, мне всегда нравились истории про путешественников и арктических полярных исследователей, — рассказывает он. — Не знаю почему, но вот эта белая пустыня и люди, которые покоряют ее, всегда вызывали интерес. Кроме того, мне нравится техника и ее история, а Арктика — это такое место, где всегда применялись передовые технологии. Еще я всё детство из-за того, что был увлечен кораблями, хотел ходить в море. Но мне говорили, что у меня слабое здоровье и никто меня в моряки не возьмет. А Арктика — это всегда экспедиции, море, корабли, в общем — то, чего мне очень хотелось. Естественно, работа историка в Арктике — это не только экспедиции, но и большая «бумажная работа». Вначале ученым нужно понять, какие объекты есть на территории парка, а для этого нужно изучать архивы — такая исследовательская работа занимает довольно много времени. Евгений говорит, что сотрудникам «Русской Арктики» повезло в том, что в состав национального парка входят архипелаги Новая Земля и Земля Франца-Иосифа — наиболее освоенные из всех арктических земель. — Новая Земля известна с XI века, поморы ходили туда очень давно, — говорит он. — Для европейцев, по сути, Арктика начиналась именно здесь. А ЗФИ, как ни странно, открыта не так давно, 1873 год — это для историков буквально вчера. Но тем не менее этот архипелаг тут же включается во всю деятельность, связанную с освоением Арктики, стал трамплином для покорения Северного полюса. Он находится всего в 900 км от него — полярники там зимовали, и весной, пока еще холодно, но уже светло, они по льду хотели попасть на Северный полюс, но им это не удавалось. Тем не менее туда было сумасшедшее количество экспедиций, поэтому это очень освоенная территория. В конце XIX века тема Арктики стала очень модной, появились новые технологии, которые позволяли выжить и вернуться домой. Работы для историка в Арктике очень много: экспедиции, люди, полярные станции, Великая Отечественная война, холодная война… Евгений объясняет, что большая часть архивов по истории Арктики так и остается неопубликованной. — Есть отдельные книги, воспоминания и материальные объекты, которые, к сожалению, пока что друг с другом не переплетены, — говорит он. — Это и жизнь на полярных станциях, на военных объектах, и история исследований и экспедиций. Ведь весь ХХ век Советский Союз очень активно исследовал Арктику, на это были брошены очень большие ресурсы. Но пока подробных и системных исторических трудов нет. Многотомная история Арктики пока еще не написана, это еще только предстоит сделать. «От Помпей осталось больше, чем от советской Арктики» Что же интересного можно найти в Арктике? На архипелагах есть исторические объекты, которые сегодня надо не только изучить, но и сохранить. — Несмотря на то, что мы находимся в полях всего два-три месяца, у нас большой подготовительный период, — объясняет Евгений. — На материк мы привозим множество артефактов, которые тоже надо сохранить. Самое старое, что есть в нашем музейном фонде, — это предметы с зимовья Баренца, первого европейца, который перезимовал в Арктике в 1596–97 годах. Есть гвозди, железные детали, а кроме того — крышка от шлюпочного ящика. Это кусок очень выветренной древесины, которая уже расслаивается. Ничто не может подтвердить, что этот предмет именно из экспедиции Баренца, но мы можем точно сказать, что он обнаружен на месте его зимовки. И, скорее всего, она связана именно с ним. Евгений замечает: сохранность предметов — одна из особенностей Арктики. Если туда что-то привезли, то это останется там навсегда. Большую часть года вода на островах остается в замороженном состоянии и оттаивает на короткое летнее время, а микроорганизмов, которые могут разрушать органику, там очень мало. Поэтому дерево, бумага, ткани и шерсть сохраняются очень хорошо. А вот металл, наоборот, быстро ржавеет из-за соленого воздуха. — В 2018 году мы вывезли с Земли Франца-Иосифа два советских вездехода, — вспоминает он. — Их создали на базе «полуторки», на которой вместо задних колес сделали гусеницы. Это были первые прототипы, которые сделали в 1936 году, две штуки привезли на Землю Франца-Иосифа для испытаний. Целью той экспедиции была доставка на Северный полюс первой в мире дрейфующей полярной станции, во главе с Папаниным. Мы походили и собрали по частям «полуторку», а потом еще одну. Их увезли в Петербург, в Арктический музейно-выставочный центр, для реставрации. Одна из этих машин уже готова. К сожалению, от исследователей ХХ века в Арктике осталось не очень много следов, поэтому каждая мелочь здесь — на вес золота. — От Помпей осталось больше, чем от советской Арктики XX века, — сожалеет Евгений. — К сожалению, люди не видели в этом никакой ценности, никак не сохраняли. Полярные станции, которые были первоначально законсервированы, потом разграблялись, и до нас всё дошло в плохом состоянии — окна и двери выбиты, лед сплошной до потолка. Первый флаг на архипелаге и американские консервы От экспедиций конца ХIХ — начала ХХ века в визит-центре «Русской Арктики» не очень много предметов. Но все они интересные: например, сохранившиеся брикеты сухого супа — что-то вроде бульонных кубиков начала ХХ века. Или глазной бальзам в небольших стеклянных сосудах, который американские путешественники брали с собой, чтобы не портить зрение на ярком арктическом солнце. На материк привезли также собачьи нарты, лыжи и целый ящик консервов — есть их уже нельзя, но как экспонат они интересны. От экспедиций ХХ века вещей чуть побольше. Например, Евгений собственноручно нашел первый флаг, который установила советская экспедиция на Земле Франца-Иосифа, на острове Алджера. Это не привычное на материке тряпичное полотно — в Арктике его бы быстро истрепало ветром, а сделанное из металла. — Эта находка очень важна, как если бы с Луны привезли флаг, который установил Нил Армстронг, — комментирует Евгений. — В 1930 году советские исследователи пришли, водрузили его, сказали, что это теперь советская земля, и уехали. А флаг остался. На Алджере мы два года подряд изучали место остановки американской экспедиции 1901–1902 годов, которая пыталась дойти до Северного полюса. И вот сидел я, ковырялся среди этих глазного бальзама и супа и нашел эту железяку. Просто положил в ящик, решил, что увезем, — сердце подсказало, что это что-то ценное. А потом уже, на материке, зимой пришла мысль в голову, что это часть флага со штампованной звездой и серпом с молотом. А если есть одна половинка, значит, должна быть и вторая? Поэтому в следующем году самое первое, что я сделал, — побежал на то место и нашел вторую часть флага. По словам историка, такие удачи бывают не всегда, но действительно на удачу можно найти что-то действительно интересное. — Охраняли людей, которые наблюдали за моржами. Я уже и туда сходил, и туда сходил, там был лагерь гидрографов, я его весь зафотографировал, замерял. Скучно. Спускаюсь с горы, а там виднеется деревянный ствол, а по бокам еще деревяшки полукруглые. Оказалось, что это древняя поморская лодка, сделанная по очень архаичной технологии. Фильм из Антарктиды — на острове Хейса Другая интересная история случилась в 2020 году, когда удалось восстановить и оцифровать кинопленку, найденную за пять лет до этого на острове Хейса. — По ней было видно, что она самодельная, склеенная из черно-белой и цветной, — говорит Евгений. — И склейка у нее грубая, чуть ли не пластырем. На острове она пролежала долго, несколько раз замерзала и оттаивала. На первом ее кадре было видно, как на льду лежит какое-то существо. Мы решили, что это морж, кто же еще? Мы отдали пленку реставратору. Работала она над ней около месяца. Я звоню, спрашиваю: «Ну что там?» Она говорит: «Там полярники, они моются в бане, купаются, танки какие-то ходят, ракеты запускают. И пингвины». Я подумал: танки — это вездеходы ГТС, а ракеты как раз на Хейса запускали. А пингвины — это она, видимо, спутала с кайрами, которые похожи на них оперением. Радости не было предела — у национального парка появилась видеозапись с полярной станции с острова Хейса, кадров с которой до этого не было. Но когда реставратор передала Евгению готовый файл, на экране высветились совсем не кайры, а настоящие пингвины. — Стало понятно, что это, конечно, не то что не Земля Франца-Иосифа, а вообще не Арктика. Оказалось, что это полярная станция Молодёжная в Антарктиде. По стилю одежды полярников было понятно, что это 70-е годы: люди там танцуют, играют в футбол и волейбол, разгружают вертолеты, запускают ракеты, выращивают огурцы и помидоры. И еще там были кадры с бородатым художником, который пишет картины. Мы отправили запись в Музей Арктики и Антарктики — и там в нем узнали инженера Николая Швыркова, который действительно в 1973–74 годах зимовал в Антарктиде. Он занимался подготовкой ракет к запуску — и на Молодёжной, и на острове Хейса. Получается, он привез эту бобину, чтобы показать коллегам Антарктиду. Мы затем нашли его жену и сына, который, кстати, был зачат в Арктике. Они передали нам его архив. Несмотря на то, что предметы в Арктике могут лежать очень долго в первозданном виде, затем они начинают деградировать в геометрической прогрессии. А потом могут просто рассыпаться в труху. — Мы считаем, что предметы конца XIX и начала XX века надо увозить на материк, иначе их можно потерять навсегда, — говорит Евгений. — К сожалению, мы ограничены тем, что увозим только то, что сами на себе сможем утащить. Бывает, что предмет просто не вмещается в вертолет или лодку. На новый сезон у нас есть задача — вывезти грандиозную штуку — остатки карбаса, который нашли на самом севере Новой Земли. Киль у него — длиной пять метров. Вот это уже задача — вывезти его. В предыдущих выпусках «Прогулок по Арктике» фотограф Алексей Молоковский рассказал нам о милых и опасных животных и прекрасных северных растениях, а также об огромных айсбергах и транспорте для местных исследователей — от старых машин до гигантских ледоколов. А госинспектор Дарья Антуфьева рассказала, как она работает с туристами, которые заплатили немало денег, чтобы увидеть северные недостижимые красоты и редчайших диких зверей. А также — как живут в Арктике исследователи и ученые «Русской Арктики».