«Думала, будет грустно. Как я ошибалась!» Что журналист 29.RU поняла про себя и Арктику за 22 дня там

Наша коллега Алина Ромашова провела 22 дня в Арктике — девушке посчастливилось стать участницей рейса плавучего университета САФУ в этом году. На 29.RU она уже рассказывала про быт на борту экспедиционного судна, а также о высадках на Новую Землю и Вайгач. На днях журналистка вернулась из своего необычного летнего путешествия по Северному Ледовитому океану. В новой колонке она рассуждает, что в ней изменила поездка и какими ей открылись арктические просторы. «Ученые нудные? Это не так» Экспедиция в Арктику, к сожалению, закончилась. Время в рейсе неожиданно пролетело очень быстро. Я решила поделиться с вами мыслями, которые пришли за эти три недели путешествия. «Арктический плавучий университет» рассчитан на ученых и молодых исследователей, попасть туда не так просто — всем предстояло пройти отбор. Журналистам, как и ученым, нужно было представить свои проекты и пройти собеседование. Участники плавучего университета — от студентов-бакалавров до преподавателей и самих организаторов — очень дружелюбные люди с невероятно классным чувством юмора. Хоть бери и отправляй их на юмористические шоу. Ни одно вечернее «восьмичасовое собрание» не проходило без смеха, ни одна высадка — без смешных фото. Получилась гармоничная синергия исследовательской работы и шуток, сарказма, анекдотов. Если у вас сложился стереотип, что все ученые нудные и всегда серьезные или что вы до них «не дотянетесь», то знайте — это не всегда так. Днем они могут читать лекции, а вечером играть с тобой в карты и рассказывать пинежские мистические истории, учить приколам на болгарском, прикидываться аборигенами на островах или желать капитану доброго утра, чтобы пораздражать его. Более того, все люди на «Молчанове» собрались очень отзывчивые и заботливые. Было такое, что девушка падала в обморок от плохого самочувствия. Видели бы вы, с какой скоростью ей побежали помогать коллеги и как часто потом интересовались ее здоровьем. К слову, врач на судне — Леонид Зубов — тоже большой профессионал. Даже к моему сломанному под корень ногтю он отнесся очень серьезно. Я пришла к нему за перекисью водорода, а он сделал на кушетке целый операционный стол и вылечил палец. — На первый раз пока не будем отрезать, — сказал он мне тогда с серьезным видом. — Что отрезать? — спрашиваю. — Фалангу, конечно, — невозмутимо ответил Леонид Александрович и предложил перебинтовать еще и голову. Позже я сильно поцарапала руку, когда спускалась по трапу в лодку. Видимо, неудачно проскользила по веревке от лестницы. Мне помогли остановить кровь, заклеить рану, а старпом Игорь Плахин потом еще несколько раз интересовался моими злополучными пальцами. Вот так легко и с юмором в окружении потрясающих людей прошли 22 дня экспедиции. Главный вывод: экспедиция — это прежде всего люди! Красота и печаль Арктики Интересно, что Баренцево море очень отличается от Белого. Наше более мутное, выглядит каким-то грязным, а Баренцево — насыщенно синее. Я бы назвала его более темпераментным. Наше самочувствие и высадки на острова зависели от настроения моря. Оно знатно нас помотало: мы попали в несколько штормов, был сильный ветер, и я по несколько дней могла не выходить на корму, чтобы погулять и подышать свежим воздухом. К слову, многие участники экспедиции заметили разницу между баренцевоморским воздухом и беломорским, который отдает тайгой, когда мы недалеко от берега. От погоды зависел и наш маршрут. В итоге мы не обогнули Новую Землю, а шли обратно по тому же пути, что и вперед. Что касается арктической природы, все мои ожидания оправдались. Безумно красивые места, нереальное количество разных птиц, названия которых я усердно пыталась запомнить всю экспедицию. Два места, которые не оставят равнодушными никого, — ледник Шокальского со своими айсбергами и туманом и Мыс Желания с птичьим базаром. Чувствуешь себя, глядя на них, на краю Земли. Конечно, самое главное и грустное, что я увидела в Арктике, — так называемое наследие ее освоения в советское время. То, что портит всю картинку, не дает спокойно наслаждаться природой. Груды металлолома, пустые ржавые бочки и мрачные заброшенные здания. Это тюлень или пятно? Про удивительные встречи Раньше я с восхищением слушала истории людей, которые видели китов, моржей, тюленей или дельфинов в Арктике. Но в итоге поняла, что не всё так красочно, потому что все животные, которых мы можем увидеть в северных морях, очень далеко от судна. Видел кита — равно видел его плавник, углядел тюленя — значит заметил темную точку, где-то там. Но один раз мне всё же повезло! Наш капитан и его первый помощник делали объявления по радио, если рядом с судном кто-то проплывал. Как-то с мостика передали, что по правому борту — кит. Все выбежали на нос «Молчанова». Если обычно мы либо не видели кита и думали, что, может, капитан прикалывается, либо видели плавник очень-очень далеко, то в тот раз кит был действительно очень близко. Пусть он не так близко, как хотелось бы, увидеть такое всё равно ценно. Это был двенадцатый день нашего путешествия, и он оказался насыщенным на встречи. Тогда мы достигли самой северной точки экспедиции и увидели Землю Франца-Иосифа на горизонте. Мы шли среди льдов, солнце ослепляло, и все наслаждались красотой на постоянных прогулках по судну. Капитан в очередной раз передает: прямо по курсу тюлень на льдине. Я была в каюте, выбежала в шортах и толстовке… И успела! Сначала я видела серое пятнышко на льдине и даже немного сомневалась, что это тюлень. Но раз капитан с биноклем сказал «тюлень» — значит тюлень. Ждали. Подошли ближе, и это пятнышко начало шевелиться. Умилению экспедиции просто не было предела. Вскоре тюленьчик попереваливался с боку на бок, испугался нас и шлёпнулся в воду. — Если бы меня снимали двадцать камер, я бы на его месте так же сделал, — отметил один из исследователей. В общем, экспедиция получилась очень насыщенной. Режим дня с лекциями и работой не давал заскучать. Даже скачанные фильмы, если честно, было некогда посмотреть. Еще порадовало, что я смогла собраться в Арктику так, что мне всего хватило. Местами даже переборщила: много вещей не надела, что-то из запасов не съела. Единственный бытовой вывод на будущее — надо брать с собой пищевой контейнер, даже если у тебя нет с собой для него еды. Для высадок мы собирали себе бутерброды в целлофановые пакеты. За несколько часов в рюкзаке их жизнь помотает так, что огурец на хлебе с колбасой станет малосольным…