11-этажный дом признали самостроем. Жильцов хотят отключить от воды и выселить — у людей ипотека

Дом № 40 на улице Пискунова уже давно стал «горячей точкой» на карте Иркутска. Его строили с 2008 по 2010 год, потом признали незаконным, но затем всё-таки легализовали. Люди стали продавать и покупать квартиры, обустраивать свои уютные гнездышки. Их жизнь превратилась в кошмар в 2019 году, когда одиннадцатиэтажку всё-таки признали самовольным строением, а иркутян обязали не только выселиться, но и снести эту громаду за свой счет. В мае история вышла на новый виток. Людей пригрозили оставить без воды и света. Наши коллеги из IRCITY.RU. Поговорили с жильцами, которые не смогли оттуда пока уехать. «Жили не тужили» Александр Петров уже не первый год находится на передовой в борьбе за сохранение крыши над головой. В далеком 2020-м, когда многоэтажку уже признали самостроем, он организовывал митинги с требованием отменить это решение и остановить процедуру выселения. И тогда, в феврале 2020 года, и сейчас, спустя шесть лет, Александр настаивает: добросовестные покупатели жилья в этом доме не должны отвечать за упущения застройщика, хотя сейчас именно на них и перекладывают всю ответственность. По его словам, 18 мая на всех этажах появились уведомления, подписанные ведущим судебным приставом-исполнителем ГУ ФССП по Иркутской области. В документе сказано, что здание будет отключено от электроэнергии и водоснабжения 5 июня. На сегодняшний день компенсации на расселение от городских властей получили порядка 20 человек. Большая часть жильцов злополучного дома претендовать на материальную помощь не может, потому что у собственников имеются доли другой собственности. Хотя фактически большинство людей проживает именно здесь и переехать куда-либо еще не имеет физической и материальной возможности. В похожей ситуации оказалась и его семья. Он подчеркивает: им в случае выселения перебраться будет некуда. Хотя есть и обратные ситуации. — Я знаю пример: гражданин типа разведен, живет с ней, другого жилья (кроме квартиры на Пискунова. — Прим. ред.) у него нет, хотя здесь даже ремонта не было. Я задавал вопрос и в прокуратуре, и на встрече с Болотовым: почему ему положена компенсация, а мне нет? Все отвечают, что юридически к нему не подкопаться. Мне такой подход непонятен, — рассказывает Александр. По его словам, среди жильцов много людей, которым квартиру в злосчастном доме на Пискунова покупали родственники, живущие в других городах: дети — родителям, родители — детям. Большая часть иркутян купила здесь квадраты в ипотеку, кто-то до сих пор продолжает ее платить. Есть и такие, кто вложился в долевое строительство еще на этапе котлована. У многих пострадавших имеются какие-то доли в тех самых «родственных» квартирах, и теперь им предлагают переезжать туда. Каким образом несколько семей будут уживаться на ограниченной площади, да еще и с переездом из Иркутска в условный Саянск, никого из властей не интересует. Петров говорит: собственники квадратов на Пискунова уже бы и согласились даже на те небольшие компенсации, которые выдавала мэрия (их раздавали в 2024 году, исходя из соцнормы — 118 тысяч рублей за метр, но общая сумма не должна была превышать 5 миллионов). Это стало хотя бы каким-то минимальным подспорьем для людей, которых сейчас грозят выставить на улицу. Но даже это им не положено — как раз из-за тех самых микродолей. В похожей ситуации оказался иркутянин Никита Скачков, о ней он рассказывал редакции «ИрСити» в 2023 году. Его бабушка купила квартиру здесь и продала свое жилье в Усолье-Сибирском. Никаких ограничений не было, право собственности удалось оформить без проблем. У нее и у самого Никиты это жилье — единственное в собственности. Решение суда об их принудительном выселении было принято в середине января 2023-го. В компенсации им отказали: власти посчитали, что, продав усольскую квартиру в 2020-м, пенсионерка намеренно ухудшила условия проживания. Петрову также непонятно, почему дом представляют как аварийный и опасный для проживания. Мужчина во время разговора неоднократно замечал: высотка на Пискунова не имеет аварийного статуса. — Обычный дом: вода, свет, вывоз мусора — всё это производится, как в самом обычном жилом доме. По большому счету нареканий нет. Жили не тужили всё это время, — замечает он. «Пирамиду Хеопса тоже будете проверять по современным нормам?» Имеются и такие жильцы, которым есть куда отступать, но они всё равно борются за свои приобретенные квадраты. Среди них — Александр Черепанов: бывший десантник, промышленный альпинист и строитель. Ему есть куда перебираться, но он настаивает, что власти всех уровней должны ответить за то, что подобная ситуация вообще возникла. По его словам, к дому можно предъявить нарекания (самое главное — это отсутствие лифта), но его гораздо дешевле довести до ума, чем снести. — По ценам 2020 года снос обошелся бы в сумму порядка 300 миллионов рублей. Это мы оценивали шесть лет назад. По независимой экспертизе, которую мы заказывали, реконструкция тогда же стоила бы примерно 140 миллионов рублей, — вспоминает мужчина. В 2023 году мэрия подыскала подрядчика для разработки проекта сноса капитального объекта. Им стала иркутская фирма «Фама Про», с ней был заключен контракт на сумму 1,19 миллиона рублей. Результатом проектирования в том числе станет определение стоимости сноса. О каких-то конкретных сроках сноса власти тогда не говорили. Как следует из данных на сайте госзакупок, проект сноса дома должны были сделать в том же году, но завершили только в начале 2026-го. Черепанов также добавил, что дом успешно выдержал проверку комплексом «Струна», испытание показало, что конструкции здания работоспособны. При этом, когда чиновники говорят о проблемах с безопасностью, они опираются на современные строительные нормы, хотя, по его мнению, должны ссылаться на нормы, действовавшие во время строительства — в 2008–2010 годах. — Я хорошо знаю арго, это такой язык, где матов много. У меня просто нет других слов, чтобы эту ситуацию описать. На одном из судов спрашивал чиновников мэрии: «Вы пирамиду Хеопса тоже современными СНИПами (строительными нормами и правилами. — Прим. ред.) проверять будете? С ума, что ли, сошли?» — задается риторическим вопросом мужчина. «Действие одного, бездействие другого» В 2023 году Черепанов вместе с еще одним жильцом при поддержке прокуратуры обратился в суд с требованием взыскать убытки и моральный ущерб с тех, кто оказался причастен ко всей этой непростой ситуации. Финансовые требования были предъявлены к администрации города и службе судебных приставов, а также к региональному управлению Федерального казначейства и учредителю «МетРоссо» Евгению Кузнецову, возводившему злосчастный дом. Общая сумма требований на двоих истцов превышает 17 миллионов рублей, в нее включены убытки, связанные с покупкой квартиры, моральный ущерб и затраты на переезд с Пискунова в другое жилье. Здесь стоит сделать отступление. В разные годы суды выносили приговоры в отношении бывшего начальника юридического отдела земельного департамента комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Иркутска Станислава Галашина и экс-начальницы Октябрьского отдела судебных приставов Марины Суторминой. Обоих обвиняли в коррупционных преступлениях, связанных с получением взяток квартирами в новостройке на Пискунова. Галашин, как установил суд, получил девять жилых помещений за то, чтобы чиновник не принимал никаких мер по аннулированию права собственности у застройщика на здание. В марте 2024 года Галашина приговорили к 8,5 года лишения свободы со штрафом почти 39 миллионов рублей. Решение уже вступило в законную силу. Суторминой предназначалось две квартиры на Пискунова, 40 в обмен на покровительство строителю Евгению Кузнецову. Следствие считает, что начальник отдела судебных приставов сознательно не исполняла решение суда о запрете на возведение дома в период с 2008 по 2011 год. В 2023-м женщину признали виновной в получении взятки, но оправдали по статье о злоупотреблении служебным положением. Апелляционная инстанция в феврале 2024 года отменила это решение, сославшись на противоречия в исходном приговоре. Сейчас дело вновь рассматривается в Свердловском районном суде. Собственник квартиры на Пискунова Александр Черепанов считает, что преступные действия должностных лиц и стали основой для всей этой ситуации. Соответственно, власти обязаны понести ответственность за случившееся наравне с жильцами, которых обязали не только выселиться, но и снести дом. В Иркутске дело о возмещении убытков и морального ущерба сначала рассматривал Октябрьский районный суд, затем — Иркутский областной. В обоих случаях Фемида пришла к выводу, что истцы не смогли доказать противоправность действий госорганов, а потому отказал в удовлетворении их требований. Дело ушло в кассацию в Кемерово, и там было принято неожиданное решение. Кассационная коллегия указала на несоответствие выводов суда первой инстанции с обстоятельствами дела. В частности, указано нарушение или неправильное применение норм материальных и процессуальных норм права. По словам истца Александра Черепанова, кемеровские судьи обратили внимание на ту самую причинно-следственную связь между преступными действиями чиновников (в отношении одного из них уже действует приговор) и проблемой, возникшей у жильцов. — Низкий поклон им [судьям в Кемерове], я сказал всё, что хотел, меня выслушали дважды. Вопрос причины и следствия краеугольный, я так считаю. Закона на эту тему нет, но есть действие одного человека, есть бездействие другого, целая цепочка событий, которая в итоге привела нас к тому, где мы оказались. Дом построили, восемь лет он не был самоволкой, а потом внезапно стал, — говорит мужчина. При этом Черепанов отмечает: он мало верит в то, что Октябрьский районный суд в новом рассмотрении примет другое решение. Хотя некоторые жильцы надеются, что местная Фемида прислушается к указаниям свыше. Особенно это связывают с назначением бывшего генпрокурора России Игоря Краснова на должность руководителя Верховного суда РФ, который должен «встряхнуть» государственную судебную систему. «О дате и времени сообщат дополнительно» Люди считают, что история с появлением уведомления от приставов была своеобразной «акцией устрашения». Такой точки зрения придерживается руководитель товарищества собственников жилья «Пискунова, 40» Елена Гаркина. Она заявила, что отключить дом от коммунальных ресурсов можно только по соответствующему решению суда. Сейчас его нет. Она также отметила, что в ближайшее время жильцы обратятся в службу судебных приставов с требованием приостановить исполнение решения, а также направят жалобы в прокуратуру. Пресс-служба мэрии Иркутска не стала комментировать информацию о появлении уведомлений от судебных приставов в доме на Пискунова, 40. На вопрос о том, поступали ли в Водоканал документы об отключении дома от холодного водоснабжения, в администрации попросили направить официальный запрос. По информации нескольких осведомленных источников «ИрСити», в ресурсоснабжающие компании на сегодняшний день не поступали уведомления о необходимости введения ограничения ресурсов или полного отключения электроэнергии. Своей позицией поделилась только пресс-служба ГУФССП по Иркутской области. Там заявили, что действуют на законных основаниях, — исполнительные документы на принудительное выселение выданы Октябрьским районным судом Иркутска. — На принудительном исполнении находятся семь производств, никто из должников квартиры не покинул. По результатам проведенного технического обследования, инициированного взыскателем (им выступает администрация Иркутска. — Прим. ред.), многоквартирный дом признан объектом незавершенного строительства и представляет угрозу для жизни и здоровья граждан, — говорится в ответе на запрос. Там также настаивают, что многоэтажка должна быть отключена от электроэнергии и водоснабжения к 5 июня. — О дате и времени принудительного выселения должникам будет сообщено дополнительно, — добавили в ведомстве. Читайте также В Поморье продают вековой деревянный памятник архитектуры — дом Амосова. В Архангельске на торги выставили право аренды на заброшенный архитектурный памятник — дом Вальнёвой. В Няндоме продают небольшой кирпичный замок, внутри которого находится баня. За него и другие постройки просят 9 млн рублей.