Жители Шали не понимают, почему их поселок попал в список уральских захолустий

На Урале, как гласит известная поговорка, три дыры: Шаля, Гари, Таборы, причем на Южном Урале свои дыры — Гай, Сибай и Учалы. Но пока речь о Среднем Урале и поселке Шаля, жители которого искренне не понимают, за что в этот список они попали наравне с Гари и Таборами. От Екатеринбурга до Шали всего два с половиной часа на машине. Помимо автомобильной дороги есть железная, по которой легко добраться хоть до столицы Свердловской области, хоть до соседней Перми. Когда-то Шаля сравнивала себя с Москвой и стремилась стать городом, но не вышло. Она осталась поселком, сохранив место в обидном списке. Сейчас здесь живут почти шесть тысяч человек. Каково это — жить в «дыре»? Е1.RU рассказывает в репортаже, который и откроет серию о трех (а может, и не трех) захолустьях. Не дыра, а яма Шале 123 года, и прошли они под стук колес, ведь именно со строительства железной дороги начался поселок. Первые здания, которые тут появились, — это вокзал, водонапорная башня, амбулатория, дома рабочих и школа. Несколько лет назад из-за ветхости школу едва не пустили под снос, но благодаря местным жителям здание удалось сохранить. Теперь в его стенах находится музей истории Шалинского района. «Общественность встала на защиту здания как исторического наследия. Нашелся спонсор, бизнесмен, уроженец села Сылва, он оплатил ремонт и реставрацию, — рассказывает нам директор музея истории Шали Александра Телепова. — Заменили электропроводку, системы тепло- и водоснабжения, внутреннюю отделку, а на открытие он нам еще подарил оборудование для кинозала». Наверное, это судьба, что музей оказался именно здесь, ведь с небольшого школьного уголка истории он и начинался. Его основала местная жительница Анна Рогозинникова, которая занималась с детьми в кружке поисковиков. «Она со школьниками ходила по старожилам, они собирали первые экспонаты, воспоминания, проводили встречи с ветеранами. Официально музей был открыт в 2005 году уже как муниципальный музей истории Шалинского района», — говорит Александра Телепова. Сейчас в музее несколько экспозиций, которые посвящены древней истории поселка, железной дороге, воинской славе и быту шалинцев — комнату советского периода здесь обустроили из мебели и вещей одной местной семьи. Они отдали в музей то, чем были богаты в то время. Основательница музея, Анна Федоровна, уже скончалась, но дело ее жизни продолжает племянница. Несколько лет назад в день рождения своей тети Мария установила в центре поселка стелу «Я люблю Шалю». Младшая Рогозинникова водит экскурсии для туристов и рассказывает им исторические факты и байки о малой родине. Например, как в 90-е жители всерьез надеялись, что их поселок станет городом. Дело тогда оставалось за малым. «Как только население перевалило бы за 10 тысяч, мы стали бы Семигорском. Название не случайное: Шаля, как Москва, расположена на семи горах. Мы старались, рожали, уже чувствовали себя москвичами, но не хватило буквально совсем чуть-чуть. Видимо, Шаля — это всё-таки на века», — рассказывает Мария Рогозинникова. Мария не считает Шалю дырой — говорит, поселку больше бы подошло сравнение с ямой. Так его название переводится с тюркского языка. Но, вероятнее всего, имя уральская глубинка получила благодаря манси за цвет здешней реки, ведь у них «шаля» — это что-то темное. А недавно краеведы выяснили, что история поселка местами такая же мутная, как речная вода. «До 2009 года мы были уверены, что архитектором нашего вокзала является Алексей Щусев из Москвы (он проектировал мавзолей и здание Казанского вокзала в Москве. — Прим. ред.), и мы прямо гордились: семь гор у нас, как в Москве, Щусев из Москвы, — говорит Мария Рогозинникова. — А потом к столетию первого поезда из Перми в Екатеринбург стали открываться архивы, и выяснилось, что проектировщиком всех каменных вокзалов от Перми до Екатеринбурга был Феофан Вольсов, он родился в Сылве». Голос поселка Жительница Шали Нина Елтышева раньше была голосом местного вокзала. Она работала на станции, объявляла поезда и электрички. На пенсию вышла уже с должности заместителя начальника. Теперь династию железнодорожников продолжает ее дочь. Но голос Нины Васильевны в поселке всё равно звучит — правда, совсем иначе. Она поет в ансамбле «Хмелька». Это уникальный коллектив, который исполняет фольклорные песни Шалинского района. «Мы с подругой раньше пели в школьном хоре вместе, а когда вышли на пенсию, вместе пришли в „Хмельку“, нас сразу взяли», — рассказывает Нина Васильевна. С коллективом «Хмелька» мы встретились в парке около поселкового дома культуры. Женщин в красных сарафанах сразу стали снимать на видео прохожие. «Мы их очень любим, это наши звезды», — сказала местная жительница, фотографируя ансамбль. Прямо здесь, под открытым небом, певицы дали небольшой концерт. Выступать среди людей им, говорят, нравится гораздо больше, чем на сцене. «Мы — коллектив, как я его называю, у дверей. Вот вы нас поставьте у дверей — мы вам такой юбилей забабахаем, такой день рождения сделаем, такие свадебные песни споем!» — говорит руководитель «Хмельки» Наталья Сергиенко. Наталья Александровна не афиширует, но в поселке об этом и так многие знают: она — родная тетя уральского пародиста и певца Кирилла Нечаева. Музыкант вырос в Шале. Но тетя говорит, к его творческим успехам она отношения не имеет — это во многом заслуга родителей и педагога, а ее профессиональное детище — «Хмелька», которой она руководит уже больше сорока лет. Фольклорные песни исполнительницы учат как иностранный язык: сначала разбирают смысл самобытных слов и особенности говора. Для этого переслушивают на кассетах записи старожил района. Наталья Сергиенко, когда только окончила Челябинский институт и приехала по распределению в Шалю, сама колесила по деревням и селам с магнитофоном, сохраняя историю на пленке. «Весь материал я сама собирала. Ездила в деревню Мартьяново, село Чусовое, деревню Коптелово, село Платоново, Рощу, Сылву. Потом я это всё расшифровывала — и мы пели. Я прямо настаиваю на том, что мы должны передавать диалект. Мы сидим и разбираем, каждое слово же как-то расшифровывается: приставочка, суффикс, перевод у каждого есть слова», — говорит Наталья Александровна. Есть в коллективе солистки, которые выросли в Шале. Свадебные, игровые и солдатские песни старожилов у них, что называется, в крови. У пенсионерки Надежды Карпычевой их исполняла мама. «Она тоже в „Хмельке“ выступала, до 1997 года, пока не заболела. Когда ее не стало, меня приглашали в коллектив, но я работала в магазине, нельзя было убегать на репетиции. Потом у меня появилось время свободное, и меня позвали в другой ансамбль. Наталья Александровна узнала об этом, тут же прибежала, говорит: „Завтра ты приходишь в три часа в ‚Хмельку‘“. И вот я уже 13 лет здесь», — рассказывает Надежда Карпычева. В коллективе есть также бывший воспитатель, финансист и электромонтер. Все они попали в «Хмельку», когда оставили работу и ушли на заслуженный отдых. «Наверное, каждому нужно как-то реализоваться в своей жизни, раскрыть то, что у тебя в душе. И когда это приходит — это верх наслаждения, — говорит участница „Хмельки“ Зоя Геннадьевна. — Я родилась в Шале, но маленькой меня увезли родители на Байкал. В 58 лет я вернулась, родственники меня сманили. Я не представляла, как я буду тут жить, но почти сразу попала в этот коллектив и очень рада». Вторая жизнь Шали Именно на пенсии многие начинают в Шале новую жизнь. Глава поселка Дмитрий Машенькин рассказывает, что люди в возрасте приезжают сюда из городов. То, что в поселке много новостроек, заметно. На улице Ясной, например, в ряд стоят недавно возведенные коттеджи. «Самая большая организация у нас — „Шалинское строительное управление“, градообразующее, можно сказать. Оно содержит дороги в районе, да и вообще в нашем Западном округе. Когда вы заехали к нам, у вас машинка нигде не прыгала — это их заслуга», — рассказывает Дмитрий Машенькин. Кормят шалинцев их огороды. Может, поэтому на весь поселок работает только один киоск «Овощи-фрукты», да и тот открылся меньше месяца назад. Предприниматель из Первоуральска говорит, что жители ему рады. Он рассчитывает, что здесь хорошо пойдет торговля дынями и арбузами, которые сложно вырастить на уральской земле. «Обратили внимание, сколько у нас здесь сетевиков на душу населения? У нас 5900 жителей, а в поселке два „Магнита“, две „Монетки“, две „Пятерочки“ и „Доброцен“. И это не считая наших ребят — местных частников. Все продукты есть в избытке», — объясняет отсутствие овощных киосков глава поселка. В последние годы в Шале куда ни глянь — всё либо только-только отремонтировано, либо в процессе. «У нас сейчас капитально ремонтируют школу, поликлинику, строится пункт газификации, который должен вдохнуть в поселок вторую жизнь», — рассказывает Дмитрий Машенькин. Пока газ в Шалю не провели, частные дома отапливают дровами. Александра, который почти полвека живет здесь, мы как раз застали за заготовкой чурок. «Конечно, Шаля — дыра! Она ж в низине находится, так и есть», — говорит пенсионер, показывая вид со своего двора. Он живет на самой вершине горы Пятифоровка, и поселок отсюда как на ладони. «Я переехал сюда к жене. Слышал тоже: Шаля, Гари, Таборы. А почему их дырами называют — не знаю. Я вот из Курганской области, из деревни, там действительно дыра дырой, — говорит шалинец. — У нас проблема только с врачами. Может, со временем и получше будет». «Молодые врачи приезжают, отработают обязательную отработку и уезжают в город. На специалистов, которые остаются, большая нагрузка», — подхватывает соседка Александра. Шалинцы говорят, что поддерживать здоровье им помогает местная экология. Воздух в поселке они называют пьянящим. «К нам из города приезжают гости — так они тут так спят, что иногда страшно, начинаем будить», — смеется пенсионерка Анна Федоровна. В Шале богатый лес, в сезон здесь ведрами собирают грибы и ягоды. Но самое популярное развлечение у сельчан — рыбалка. В местных реках, говорят, водятся чебаки, окуни и щуки. «Вчера картошку порыл, время освободилось — вечером сходил, наловил, десятка два чебачков и окунишек загубил», — рассказывает местный пенсионер. Уральский поселок запросто мог бы стать курортным. Летом красоты района можно объехать на речном трамвайчике, а зимой — кататься по заснеженному лесу на снегоходах. Поэтому в Шале надеются, что когда-нибудь она будет не просто «дырой», а яркой туристической точкой на карте. О туризме в Поморье Архангельская область в последние годы становится все более популярной у туристов. Читайте, какие впечатления остались у калужанки от столицы Поморья. Приезжают к нам круглый год. Дарья Кукшева из Сибири побывала в области в конце марта-начале апреля и за две недели успела многое посмотреть. Спросили, что ей понравилось, а к чему остались вопросы. Есть и те, кто приезжает в Поморье из других стран и влюбляются в Архангельск и область. Читайте интервью со студенткой из Индии, которая живет в городе пятый год. Некоторые северяне пересматривают свое отношение к малой родине и заново открывают для себя Архангельскую область. Одна из них — лайфстайл-блогер Вероника. Долгое время она недолюбливала Поморье и стеснялась рассказывать, откуда родом, но теперь ненависть сменилась любовью. Северянка рассказала, что заставило ее поменять свои взгляды на родной регион.