Десятки жителей могут лишиться жилья из-за требований Росимущества

Запах канализации бьет в нос сразу же, когда заходишь в подъезд коммуналки на улице Станкостроительной в Краснодаре. Это типовая четырехэтажка, построенная в 60-е годы. Под ногами скрипят затертые неровные доски, покрашенные в коричневый цвет. Слева и справа по коридору — ряды небольших комнаток, по 17 и больше квадратных метров. В левом конце — кухня, в правом — помывочная и туалет. И так на всех четырех этажах. Всё общее. Пару лет назад это «убитое» общежитие национализировали вместе с заводом. Теперь государство требует у людей заплатить сотни тысяч рублей за каждый день проживания. Журналист и фотограф 93.RU побывали в общежитии и поговорили с людьми. Рассказываем о большой проблеме жителей небольшого «нежилого общежития». «Нежилое общежитие» «Чувствуете запах, — говорит немолодой мужчина в синей куртке, житель этой коммуналки. — Это канализация. Весь дом „ходит под себя“… Так и живем». Он и другие жильцы, а это более 54 квартир-комнат, в сентябре 2026 года получили «письма счастья». В них — требование Росимущества оплатить около миллиона рублей с каждой квартиры за фактическое проживание. «Если бы у нас были деньги, мы бы здесь не жили. Здесь люди селятся не от хорошей жизни», — говорит Ирина, жительница общежития. Она должна государству почти миллион рублей за комнатку немногим больше 17 квадратов. Здесь она живет вместе с ребенком. Общежитие на улице Станкостроительной, 6 изначально строилось для сотрудников Южного завода тяжелого станкостроения имени Седина. В 2023–2024 годах суд национализировал активы завода и признал приватизацию предприятия в 90-х годах незаконной. Так это общежитие в числе прочих активов перешло в собственность государства в лице Росимущества. «Получается, мы перешли в собственность вместе с нашим общежитием», — шутят местные. После национализации Росимущество выставило жильцам миллионные требования за «фактическое пользование» общагами. Удивительно, но на кадастровой карте этот дом почему-то считается нежилым. Хотя у жильцов здесь есть прописка, жилыми считаются только комнаты. И у каждой есть свой кадастровый адрес. Здесь есть общее домовое имущество в виде кухонь (в одной из которых живут люди, а в остальных — тараканы), душевых и туалетов. Здесь есть двор, коммуникации, газ — все признаки жилого помещения. Здесь даже есть управляющая компания, которой люди платят за содержание этого имущества и наем жилья — по 8–10 тысяч рублей в месяц. Более того, жильцы фактически покупали право снимать здесь «квартиру». Кто-то отдал за это 300 тысяч, а кто-то — 800 тысяч рублей. Договор о найме люди заключали с управляющей компанией «Седин-общежития». На деле же люди просто клали деньги на стол и получали типовой договор найма. Каждый год он продлевался. Но с лета 2025 года управляющая компания перестала присылать людям документы на продление. С этих пор, считает Росимущество, и началось «фактическое пользование», рассчитанное по формуле Росстата (стоимость одного дня аренды жилья или коммерческой недвижимости) — площадь, помноженная на ставку госоргана. Так, за комнату в 16,2 квадратного метра с жильцов требуют платить 1,5 тысячи рублей в сутки. А всего с января 2025-го — 902,5 тысячи рублей. «Пусть те, кто спустил нам эту бумажку из Москвы, сами приедут и посмотрят, за что они хотят эти миллионы», — говорит одна из местных жительниц, кандидат биологических наук, многодетная мать и пенсионер Татьяна Владимировна. Она живет здесь уже восемь лет. ООО «Седин-Общежития» учредили в 2001 году. На балансе компании находится имущество на 1,6 миллиона рублей. По итогам прошлого года организация показала выручку 12 миллионов рублей. Чистый убыток составил 12 тысяч рублей. Конечными владельцами являются промышленная ассоциация «Завод имени Седина», Краснодарский городской общественный фонд «Возрождение Сединского трудового коллектива», Эвия Боровская (владеет четвертью доли) и Виктор Мельников (гендиректор «Седин Быт»). Бросили письма… и всё 11 сентября 2026 года жители комнат начали получать письма. Все в один день. В каждом Росимущество требует плату за фактическое пользование имуществом. На оплату задолженности людям дали пять суток, в противном случае ведомство потребовало освободить помещения. Что произойдет, если люди не съедут, непонятно. Официального решения суда о выселении нет. Или о нем пока никто не знает. Интересно и другое: все письма датированы 2 сентября, а освободить помещения в случае неоплаты требовали до 8 сентября. При этом, как утверждают местные, бумаги они получили лишь 11-го числа, то есть тогда, когда они уже должны были съехать. «Дальше суд… выселение… Что будет, мы не знаем. Откуда брать эти миллионы — тоже. Здесь более 54 квартир. Некоторые подсобные помещения переоборудованы. Получается, что в месяц с одного только общежития Росимущество требует около 50 миллионов. Это только за один месяц», — объясняет Татьяна Владимировна. Обозначенные Росимуществом пять дней давно прошли. Других писем жителям не приходило. «Мы писали в Росимущество. Просили разъяснить статус дома, просили заключить прямые договоры найма. Нам просто не отвечают. Я звонила туда, мне сказали: „Мы не знаем, что с вами делать. Ваше письмо никто не рассмотрел“. Попросила записаться на прием. Они записали… на 2 декабря», — говорит другая жительница коммуналки, Наталья. Каждый месяц жильцы оплачивают счета по квитанциям управляющей компании «Седин-общежития». Недавно строка найма пропала. Но по факту ее просто перенесли в другую статью расходов. «Мы до сих пор не знаем, кому платить», — продолжает Наталья. Если государство скажет «до свидания» Наталья поселилась в этом общежитии в 2021 году. Шестью годами ранее она покидала родной Артемовск Донецкой области вместе с тремя детьми как украинская беженка. Сейчас у нее есть российское гражданство. «В 2014 году мы бежали куда глаза глядят. С чемоданом и тремя детьми. Там, в Артемовске, я продала дом. То, что от него осталось. В Краснодаре у меня родился четвертый ребенок, — рассказывает Наталья. — Если бы у меня был миллион, который от меня требует Росимущество, я бы взяла ипотеку лучше». После переезда семье нужна была прописка, чтобы банально устроить детей в школу и детский сад. «Увидели объявление, что продается комната от завода „Седин“. Небольшие средства были от продажи дома в Артемовске. Но уже тогда даже в соседней Адыгее квартиры стоили по 6 миллионов. Денег таких у нас не было и нет. За договор на аренду коммуналки я заплатила 380 тысяч рублей. И еще 20 тысяч рублей за прописку — это с человека», — продолжает женщина. При заселении семье предложили еще одну комнату для детей — за 450 тысяч рублей. А в 2022 году в Краснодар перебралась ее мать — 66-летняя Лариса Николаевна. Во время разговора пожилая женщина стоит на темной небольшой кухне и смотрит прямо перед собой, кивая на каждую фразу дочери. За нее в основном рассказывает Наталья. «За 500 тысяч рублей мы „купили“ комнату маме. Правда, пришлось кредит брать потребительский… Денег особо не было. Обращались в соцзащиту за выплатой от государства на маму как на беженку. Сначала платить отказались. В этот же вечер я написала письмо в Кремль. Через пять дней мне снова позвонили из соцзащиты и всё сразу выплатили — разово, за полгода. Перед нами извинились и сказали: „Нам просто поручили всем отказывать“. Кто поручил и зачем, не сказали», — продолжает Наталья. Сейчас Наталья работает уборщицей в Кубанском казачьем хоре. Денег, чтобы заплатить по требованиям Росимущества, у нее нет. «Мы бежали, просто чтобы выжить. И сейчас мы на пороге очередной попытки выжить», — говорит Наталья. Лариса Николаевна кивает. На улице в зиму остаться… страшно Попала в трудную жизненную ситуацию, развелась с мужем, осталась с ребенком на улице — так свое положение в 2023 году описывает Ирина, невысокая женщина с рыжими волосами. Ее журналист портала 93.RU встретил у приемной президента в Краснодаре, когда новый прокурор региона устраивал прием. Там она и рассказала о своей проблеме. Больше за помощью идти ей некуда. Ирина, как и другие, купила право снимать квартиру в 17 квадратов три года назад за 300 тысяч рублей. Теперь она оказалась должна Росимуществу почти миллион рублей. «Развелась с мужем, с несовершеннолетним ребенком оказалась на улице. На эту комнатку и то пришлось кредит брать. Еще 193 тысячи нужно выплатить до 2028 года. Сначала эта комната стоила 450 тысяч рублей, чуть позже цена упала. За 300 тысяч я ее и взяла», — говорит она. Комнатку Ирина покупала у прошлой жительницы общежития. Договор подписывали в кабинете коменданта. «Я положила деньги, мне дали договор. Комендант сначала отказывалась, ругалась с этой женщиной. Наверное, потому что она в обход системы продала. Но бумажку мне дали, а как они потом поделили эти деньги, я не знаю. Я тогда думала, как бы на улице не оказаться. Сейчас держаться на плаву вроде как получается, но с трудом», — продолжает Ирина. Сейчас она работает уборщицей в местной страховой компании. Ее 12-летняя дочь ходит в школу неподалеку. Сама женщина платит 8 тысяч рублей в месяц — за коммуналку и наем. Зимой добавляется еще около 2 тысяч — за отопление. «Мы здесь платим за количество проживающих людей. Как они считают, я не знаю. Увидели, что кто-то еще подселился, родился ребенок, — добавили, — рассказывает Ирина. — Ребенок живет со мной, 12 лет, ходит в школу рядом. Получаю пособие — половину прожиточного минимума на ребенка до 17 лет». «Муж сейчас там, где боевые действия…» В 2018 году статус жильца общежития получила и Екатерина вместе с мужем и ребенком. В Краснодар семья переехала из Нижнего Новгорода, потому что супруг не мог переносить нижегородский климат. Комнатка в общежитии семье досталась от старшего брата мужа. Ему ее выдавали как работнику завода. И примерно с 2000 по 2015 год он в ней жил со своей семьей. Затем съехал, и в нее переселились Екатерина с мужем и ребенком. «Правда, сейчас мы здесь никто. С 2024 года у нас нет прописки. Договор аренды оформлен на брата мужа. До 2024 года у нас была временная прописка. В то время имущество завода еще не национализировали. Можно было сделать прописку. Сейчас — уже нет», — говорит Екатерина. «Муж сейчас там… в зоне боевых действий, — Екатерина замолкает, пытаясь сдержать слезы. — До всех этих событий мы… у нас всё было стабильно, был стабильный доход… Сейчас, конечно, муж помогает как может. Но я с ребенком… и не знаю, что делать… Откуда-то надо взять миллион…», — говорит Екатерина, у нее снова подкатывают слезы. Кто-то из жильцов предлагает ей воды. Она говорит, что обращалась в соцзащиту, но никакой помощи так и не получила. Сама комната фактически принадлежит брату мужа, с которым у семьи сложные отношения. «Ему это всё неинтересно. Если он не будет платить, мы просто на улице окажемся», — говорит женщина. «Кто спустил эту бумажку из Москвы, пусть сам приедет» «Здесь не маргиналы живут. Да, небогатые, но люди. С семьями, с детьми… пенсионеры… У кого-то мужья на СВО… Мы как-то миримся с этими условиями, с этими тараканами, которых травим и травимся сами. С этими разбитыми туалетами, помывочными, кухнями. С этой проводкой, которая на честном слове держится. Я еще раз говорю: пусть тот, кто эту бумажку нам спустил из Москвы, приедет и сам посмотрит, за что они требуют платить 1,7 тысячи рублей в день. Я думаю, всё станет на свои места», — говорит Татьяна Владимировна, кандидат биологических наук. Сейчас в этом общежитии живет около 100 человек. Люди не могут получить ответ на банальный вопрос: «Что будет дальше?» В управляющей компании разводят руками, в Росимуществе не отвечают, а городские чиновники попросту не замечают проблему. Жители записали массовое обращение на имя председателя СК РФ Александра Бастрыкина с просьбой разобраться в законности начисления миллионных счетов. А городских чиновников люди просят взять на баланс их «нежилое общежитие». «Понимаете, зимой с детьми на улице оказаться — это страшно», — говорит Наталья, которая вместе с семьей бежала от боевых действий. Ее мама, 66-летняя Лариса Николаевна, кивает.