СЕЙЧАС -7°С
Все новости
Все новости

«Мам, там же опасно, ты не боишься?» Как врач из Архангельска лечила детей в ДНР

Детский эндокринолог Елена Слобода честно рассказала о командировке

Врачи из Архангельска работали в Новоазовском районе ДНР целый месяц

Поделиться

Елена Слобода — детский эндокринолог в Архангельской городской поликлинике № 2. А еще она жена и мама троих детей. Несмотря на ответственность за семью и пациентов, архангелогородка решилась стать участницей бригады медиков, которая месяц работала с детьми в Новоазовском районе ДНР. Говорит, над предложением даже не раздумывала: очевидно, если дети там нуждаются в помощи, нужно ехать и помогать. Елена рассказала 29.RU, в каких условиях она и ее коллеги жили и работали, чувствовали ли они себя в безопасности и почему местные жители сначала отнеслись к северным врачам с недоверием, а потом искали возможности попасть на прием и благодарили.

Еще чуть-чуть и видео загрузится
История командировки в ДНР в видеоформате

Видео: Полина Карпович, Ксения Беляева

Елена Слобода окончила АГМА (ныне — СГМУ) в 1990-е годы. С декабря 1998 года она работает в Архангельской поликлинике № 2. Сначала была педиатром, а в 2007 году переучилась на детского эндокринолога.

Муж сказал: «Тылы у тебя прикрыты»

Отправиться в командировку Елене, как и другим медикам, предложил главврач Архангельской поликлиники № 2 Дмитрий Шабуняев. Наша собеседница вспоминает, что он провел общее собрание, на котором сообщил о поездке.

— Мы собрались в актовом зале. Дмитрий Сергеевич сказал, что мы едем в командировку. Спросил: «Согласны?» Мы ответили: «Да». Если кто-то не смог по личным мотивам или по семейным обстоятельствам, то они сказали об этом главврачу и не поехали, — рассказала Елена Слобода.

Она отмечает, когда принимала решение, тревоги не ощущала. Главврач убедил, что в районе, куда они едут, всё спокойно, проведения спецоперации в этих местах нет.

Дома у Елены осталась семья — муж и трое детей: дочерям 23 и 15 лет, сыну — 14. Наша собеседница говорит, что муж ее поддержал.

— Он сказал: «Я уважаю твое решение, тылы у тебя прикрыты», — с улыбкой говорит Елена. — Я была спокойна: знала, что они со свекровью справятся, да и дети немаленькие.


Она признается, что своей маме о командировке сначала говорить не хотела — не знала, как та отнесется. Но когда всё же решилась, не пожалела: мама ее тоже поддержала.


Елена работает в поликлинике с 1998 года — сначала была педиатром, потом сменила направление на детскую эндокринологию. Командировки в ее практике были и раньше, хотя и не такие дальние и длительные: наша собеседница выезжала для профосмотров и в Мезень, и в Лешуконский район. Как устроены такие поездки, она представляла.

Кабинеты для врачей — в школьных классах

Архангельские врачи — не единственные, кто поработал в ДНР. Бригады для проведения профилактических осмотров туда отправляют из разных регионов России. Но, по словам Елены, наш медицинский десант стал самым богатым на специалистов — приехали стоматологи, гинекологи, хирурги, эндокринологи, офтальмологи и медики с другими специализациями.

Некоторые медики, например стоматологи и гинекологи, работали на базе местной ЦРБ, говорит наша собеседница, но большинство вели приемы прямо в детских садах и школах.

— Мы расположились так, чтобы нам было удобно. Мне нужен был отдельный кабинет, потому что мы раздеваем детей, взвешиваем их, с кем-то нужно и посекретничать. Лорам нужно, чтобы было тихо, а офтальмологам — темно. Только в одной школе не было кабинетов под это: нас разделяли ширмами, — вспоминает наша собеседница.

Приемы в школах шли в специально отведенных для этого классах

Приемы в школах шли в специально отведенных для этого классах

Поделиться

Начинали работу они с Новоазовска, где и жили всю командировку, а потом отправились по поселкам и селам района — во многих из них о получении хорошей медицинской помощи, по наблюдениям Елены, говорить не приходится.


Прием начинался около 9 утра: до этого момента надо было успеть приехать, поставить оборудование, которое, кстати, привезли из Архангельска. Медики старались приглашать детей небольшими группами. Но в последние дни перед отъездом пришлось ускориться — и поток пациентов увеличился.

— По плану мы должны были посмотреть 1500 детей, но в итоге получилось около 3000. Мы приехали и увидели, что дети у них там совершенно не осмотрены. Педиатр есть, но он не может работать за всех специалистов, — рассуждает врач. — Дмитрий Сергеевич принял решение, что будем смотреть всех. Мы согласились, иначе когда в следующий раз у них будет возможность обследоваться?


— Обычно, если поток был поменьше, управлялись до обеда, а после заполняли медкарты.

Кстати, изначально заявлялось, что командировка архангельских врачей продлится 2–3 недели. То, что они задержатся на месяц, стало понятно уже по ходу работы.

«Доктора рыдали»: что было самым сложным в работе

Пообщаться с местными врачами нашим медикам практически не удалось. Но, чтобы узнать, на каком уровне в Новоазовском районе находится медицина сегодня, достаточно было приемов. К Елене попадали дети с самыми разными заболеваниями: это и ожирение, и патологии щитовидной железы, и низкорослость.

Врач считает, что во многих ситуациях проблем по ее части дети могли бы избежать. Но отсутствие специалистов — детских эндокринологов, отмечает Елена, у них нет, а часто у семей не достает и финансов, чтобы оплатить лекарства и лечение, — привели к серьезным последствиям.

— У них нет глюкометров, даже у детей, которые наблюдаются из-за нарушений углеводного обмена, сахарного диабета. У некоторых дефицит инсулина, перевод на другие инсулины, из-за чего время было упущено. Среди пациентов были и беженцы. Мы даже не знаем точно, осматривали их раньше или нет, но данных о динамике роста, веса у них не было, — рассказала Елена о некоторых проблемных моментах.

Глюкометр — это прибор, с помощью которого определяют уровень глюкозы в крови и на основании полученных данных принимают меры для компенсации нарушений углеводного обмена.

Наша собеседница вспоминает, что доверием к ним местные жители прониклись не сразу. По ее словам, в первые дни некоторые родители даже писали официальные отказы от осмотров:


— Мы не сразу поняли, в чем дело. Оказалось, что была проведена какая-то определенная работа, [появилась] дезинформация, что мы собираем какие-то сведения. Но мы же собирали согласия, как у нас принято: даже перед осмотром детей мы берем согласие с родителей ребенка на определенные процедуры — забор крови из вены, осмотр специалистов.

За консультациями к врачам обращались в том числе учителя и воспитатели

За консультациями к врачам обращались в том числе учителя и воспитатели

Поделиться

Но вскоре, как отметила Елена, родители, наоборот, стали пытаться узнать, где будут работать медики, чтобы показать им своих детей. В некоторых населенных пунктах попасть на прием хотели и взрослые: это и родители, и воспитатели или учителя — больше всего желающих было пройти УЗИ.

Морально особенно тяжело было с детьми, которые восстанавливаются после ранений, поделилась наша собеседница:

— Был один мальчик, он уже подросток, который проходит реабилитацию после минно-взрывного ранения. У них машина в 2020 году наехала, как понимаю, на мину. У него, конечно, и психологическое, и физическое состояние [не очень хорошее]. За таких ребят переживали. У нас доктора рыдали, когда они рассказывали, что сидели по 20–30 дней в подвалах, под обстрелами.


«Мы же не на отдых приехали»: про быт и инфраструктуру

Спросили у медика и про то, как был устроен их быт. Елена объясняет, что их поселили на одной из местных баз отдыха — по двое в каждой комнате и с общей кухней на всех. Условия приемлемые, считает наша собеседница:

— Мы же не на отдых ехали.

Так выглядела база отдыха, где жили врачи

Так выглядела база отдыха, где жили врачи

Поделиться

Самостоятельно врачи готовили себе только завтраки. Обеды и ужины для них организовывала принимающая сторона. Но гостеприимны были и многие местные жители: благодарные родители после приемов даже спрашивали, не нужна ли врачам помощь, предлагали помыться в их банях или что-то из еды.

Свободного времени у бригады почти не было: некоторые медики выходили на работу в лабораторию даже в выходные. В те часы, когда все-таки можно было отдохнуть, северяне гуляли, ходили к морю, на местный рынок, бывали в церкви. По словам Елены, они чувствовали себя в безопасности, взрывов или звуков обстрелов не слышали:

— Можно сказать, мы слышали только, как работали минеры: они разминировали снаряды и увозили их.

Елена заметила, что инфраструктура населенных пунктов, где она побывала, нуждается в ремонтах и серьезном обновлении

Елена заметила, что инфраструктура населенных пунктов, где она побывала, нуждается в ремонтах и серьезном обновлении

Поделиться

Елена считает, что жизнь в Новоазовском районе, наоборот, налаживается. Она говорит, что за время их командировки начался ремонт в центральной районной больнице.

— Будет современная больница, специалистов наберут, благоустроят территорию. Дороги там им делают, — рассказала Елена Слобода.

новость из сюжета

Подпишитесь на важные новости о спецоперации на Украине

Она уверенно отвечает, что поехала бы в ДНР вновь с той же командой, если бы в этом была необходимость.

— Я получила бесценный опыт работы в команде, да и все-таки мы — врачи, наше главное стремление — помочь людям.

Раньше, чем медики из Архангельска, в Донбассе побывали их челябинские коллеги. Помощь мирному населению в Волновахском районе оказывал в том числе заведующий амбулаторией поселка Кременкуль Александр Кругляков. С журналистами 74.RU он поделился подробностями командировки в формате монолога.

Обо всём важном и интересном мы рассказываем на площадках 29.RU в соцсетях. Самое активное обсуждение местной и федеральной повестки, подробности, фото и видео — в сообществе во «ВКонтакте», самые оперативные новости — в канале в Telegram.

По теме

    Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
    Новости СМИ2