«Опоры бы не выдержали». В Архангельске во время ремонта крыльца нашли разрушение фасада театра кукол

В последнее время Архангельский театр кукол часто появлялся в новостных сводках, а вокруг него кипели ремонтные работы. Летом здесь появлялись строительные леса и заборы, в том числе для ремонта крыльца служебного входа. Затем всё движение транспорта перенесли на набережную из-за реконструкции площади Профсоюзов — так возле театра стало оживленнее и шумнее. В итоге за прошедшие пять месяцев здание поменяло цвет, приобрело подсветку и новые электронные экраны, а автомобили снова стали ездить по двум дорогам. А вот многострадальное крыльцо пока что не восстановлено — под ним обнаружили проблемы с опорами.

О том, когда завершат все работы, что теперь будут делать с фундаментом, и почему ярко-желтый фасад — это хорошо, 29.RU рассказал директор Архангельского театра кукол Сергей Самодов.

«Кирпичи из опор вытаскиваются руками»

— В этом году на ремонт театра были выделены деньги из федеральной казны. О какой сумме идет речь? Что на них успели сделать и почему именно крыльцо остается незавершенным?

— На работы было выделено 26,5 миллиона рублей. В работы в том числе входят покраска фасада, архитектурная подсветка, оснащение здания видеокамерами и системой СКУД (система контроля и управления доступом. — Прим. ред.) — все они были завершены вовремя. Внутри отремонтировали один из туалетов и сделали ремонт винтовой лестницы между вторым и третьим этажами.

Кроме того, у нас были запланированы работы, связанные с облицовкой крыльца служебного входа, который выходит на Троицкий проспект. Все вы были свидетелями, в каком состоянии там была кафельная плитка, местами она просто отвалилась. Задача была — просто поменять это покрытие: рядом со зданием сейчас хранятся гранитные плиты, которые ждут своего часа.

Но когда мы сняли старую плитку, стало понятно, что просто облицевать крыльцо уже не получится — нужно восстанавливать покрытие полностью. Когда мы убрали сломанный бетон, то увидели, в каком состоянии находятся опоры, на которых стоит здание: из них кирпичи вытаскиваются просто руками, всё ходит ходуном.

С одной стороны простая задача, которая была изначально, резко усложнилась — и в сроках, и в резонансе среди общества и СМИ. Но, с другой стороны, если бы мы вообще не вскрыли крыльцо, то рано или поздно старая часть здания бы просто сложилась — опоры просто не выдержали бы. Может быть, в этом году, может в следующем, а может и через 5 лет. И тогда была бы очень нелепая ситуация: совсем недавно проводилась капитальная реконструкция, а здание сложилось и признано аварийным.

— Глобальная реконструкция здания была завешена вроде бы не так давно, в 2018 году. Состояние опор — это единственная проблема, которую нашли после нее?

— Когда делалась реконструкция здания, она заключалась просто в возведении пристройки, новой части. Соответственно, старую часть никто не обследовал, а если обследовал, то просто не обратил внимание, что там необходимо усиление опор.

Точно так же не был решен вопрос с канализацией, у которой был неправильно установлен слив. Он заливал подвал здания, что вызывало появление влаги, запахов и насекомых, которые во влажной среде очень быстро размножаются, особенно летом. Сейчас мы ежемесячно чистим дренаж, чтобы в подвал ничего не выливалось. Кроме этого, мы сделали проектно-сметную документацию и в следующем году будем ремонтировать канализацию, чтобы исправить угол наклона слива. Скорее всего, это будет сделано за счет денег, которые театр зарабатывает сам, а не за бюджетные.

Ну и кроме этого еще есть вопрос кровли, который тоже будем решать в следующем году за счет приносящий доход деятельности. Там собирается влага, и в какой-то момент она может начать проливаться на малую сцену. Это тоже дефект, который не был исправлен ни в проектно-сметной документации, ни во время капитальной реконструкции. Сейчас мы занимаемся исправлением этих огрехов.

В следующем году нам придется обследовать оставшиеся опоры фундамента старого здания, шурфить изнутри, чтобы придумать, как их укрепить. Если там будут выявлены критически серьезные вещи, значит, будем принимать решение, как их исправить. Теоретически всё это возможно сделать в межсезонье, не закрывая театр во время сезона и не мешая зрителям. Главное — определить, как мы будем туда заливать бетон.

«Мы все знаем, кто виноват, что это за люди»

— Что сделали уже сейчас со старыми опорами? И когда все-таки завершат все работы со служебным крыльцом?

— Фундамент усилили за счет работ по сварке и установке металлических опор. Плюс сейчас сделана опалубка — нам завезли плиты для того, чтобы к театру заехала бетономешалка. Заливаться бетон будет в шесть этапов: сначала сделают монолитную основу, потом будет создаваться само крыльцо. Ну и в финале — облицовка гранитными плитами, ради чего всё и начиналось. Всё это никаким образом не отразится на уже завершенных работах по фасаду, тем более на архитектурной подсветке. Закончить, предположительно, планируем в декабре. Все результаты будут сделаны в необходимый срок.

— Будет ли проведено расследование, почему работы по укреплению фундамента не были сделаны во время реконструкции? Есть ли планы обратиться в органы?

— Нужно подумать над этим. Вначале мы решим первую задачу, а дальше уже поймем, стоит ли этим заниматься.

Могу сказать по опыту Архангельского театра драмы: искать виновных — это пустая трата времени. То есть, мы все знаем, кто виноват, что это за люди. Но, например, компания, которая занималась подрядами по капитальной реконструкции театра драмы, была признана банкротом. В итоге нам самим пришлось восстанавливать крыльцо, которое было в ужаснейшем состоянии — росли растения, торчал металл, никакой сохранившейся бетонной смеси там уже не было.

То же самое касается забора вокруг Петровского парка, с которого на следующий год после ремонта стали падать кафельные плитки — они были предусмотрены для внутреннего пользования, а не для улицы. Бетона там использовали меньше, зато плитку намазали клеем так, чтобы ширина и глубина совпадали. В итоге мы приняли решение, на мой взгляд, очень красивое — покрыть забор штукатуркой. Это, во-первых, очень красиво, а во-вторых, практично: если кто-то напишет на заборе какое-то некрасивое слово или что-то нарисует, мы можем закрасить его штукатуркой. Забор теперь можно подремонтировать своими силами — это практично и удобно.

«Театр был желтого цвета и до Самодова»

— Обновленный ярко-желтый фасад театра кукол показался архангелогородцам спорным — кто-то, судя по комментариям в соцсетях, остался доволен, а кто-то воспринял его в штыки. Каким образом выбрали именно этот цвет?

— Я на это отвечу двумя моментами. Первый: я не выбираю самостоятельно цвет. У нас есть учредитель — Министерство культуры Архангельской области. Которое, кстати, тоже не выбирает цвет, но его рекомендации мы, как учреждение культуры, должны учитывать. А второй момент — существует Департамент архитектуры и градостроительства Архангельска. Туда было направлено несколько вариантов, они выбрали цветовую гамму, в рамках которой мы сделали шесть выкрасов на фасаде. И они выбрали тот цвет краски, который в итоге использован.

Да, он яркий, но это та же гамма, в которой здание было исторически до капитальной реконструкции. Хотя, кстати, в самом начале здание не было облицовано — у него были просто кирпичные стены. Но потом театр покрасили в желтый цвет, и он сохранялся таким, если кого-то интересует, и до Самодова. Более того, даже внутреннее убранство театра кукол сделано в желтом цвете — оно созвучно этой же гамме.

На этом фоне наконец-то начали выделяться белые колонны, как отдельный архитектурный элемент здания. К тому же темное время суток зимой длится в Архангельске достаточно долго. Далеко ходить не надо — можно посмотреть на опыт Мурманска, где для зданий выбираются более яркие расцветки, в том числе для того, чтобы они делали ярче мир вокруг людей.

Да, я встречал отрицательные мнения, но, к сожалению, они были в духе «всё, что делает Самодов, — это плохо». Таких принципиальных людей можно назвать моими хейтерами — им в этом плане большой привет. А есть люди, которые адекватно оценивают работу, присылают мне фотографии, говорят: «Сергей Александрович, вот мы сидим в офисе и не можем налюбоваться». Так что мнения разделились. Это, на мой взгляд, не плохо и не хорошо. Мы в этом случае руководствовались всё-таки не моим личным вкусом, а советовались сразу с несколькими специалистами, экспертами, которые имеют компетенции для того, чтобы предложить нам то или иное решение для покраски фасада.

«Нам было на руку перекрытие Троицкого»

— Помимо архитектурной подсветки на здании появились электронные экраны, которые какое-то время висели выключенными. Для чего они нужны?

— Экраны были закуплены в прошлом году в рамках федеральной программы поддержки туризма. Это такие дополнительные девайсы, на которых мы можем размещать информацию о мероприятиях в театре. Один из них смотрит на автобусную остановку на Троицком проспекте, а второй — на пешеходный переход к театру от «Европарка». До этого на театре уже были шесть лайтбоксов с рекламными информационными материалами. На экранах они тоже уже присутствуют — на них можно размещать видео-, фотоматериалы, макеты. Такие же экраны у нас размещены при входе в Архангельский театр драмы — их закупили по той же самой программе.

— Повлияла ли на работу театра реконструкция площади Профсоюзов? Из-за нее временно перекрывали Троицкий проспект, как раз рядом со зданием, а со стороны набережной людей и машин наоборот стало больше.

— Нет, театра на самом деле это никак не касалось. В это время у нас тоже шли работы по архитектурной подсветке и фасаду, стояли ограничения для движения пешеходов. Поэтому нам, наверное, даже было на руку, что в это время движение было перекрыто и люди в основном ходили по набережной. Единственное, мы просто не успели синхронно завершить наши задачи с открытием площади.

Наверное, был плюс в том, что мы открывали театральный сезон акцией «Живые афиши» и впервые использовали преимущества витрин первого этажа: артисты показывали в них пантомимы, представляли спектакли, которые будут идти в течение сезона. Естественно, большое количество людей, которые проходили мимо, обращали на это внимание.

Ну и, кроме этого, проезжая часть набережной в эти дни использовалась очень интенсивно, поэтому все, кто проезжал на машинах или автобусах, или ждал на автобусной остановке — они все так или иначе заметили эту акцию. Мне кажется, мы немножко воспользовались этой ситуацией в лучшую сторону — для покупки билетов и для успешного проведения «Живых афиш».

Что мы писали о ремонтных работах в театре

Напомним, здание Театра кукол было построено в 1935 году. В 2011 году оно начало разрушаться прямо на глазах. К примеру, в студии звукозаписи обрушилась часть потолка.

В апреле 2015 года здание начали восстанавливать и расширять. На это собирались выделить больше полумиллиарда рублей. Закончить реконструкцию обещали в 2016 году. Впрочем, уже в мае 2015-го федеральное Министерство культуры заморозило работы, а точнее, сократило их финансирование из федерального бюджета. Причиной стало непростое экономическое положение в стране.

Работы продолжили за счет средств из областного бюджета, но они затянулись. Реконструкцию закончили только в 2018 году.