27 ноября суббота
СЕЙЧАС -12°С

«Кто сильнее, тот и прав»? Почему подростки нападают толпой и как это может травмировать жертву

Беседуем с архангельскими психологами по следам ЧП с сиротой из Коноши

Поделиться

Психологи отмечают, что жестокость появляется даже в тех детях, которые живут в очень благополучных семьях

Психологи отмечают, что жестокость появляется даже в тех детях, которые живут в очень благополучных семьях

Поделиться

В Вологодской области подростки толпой били сироту из Коноши. Видео этого попало в Сеть: оно собрало не только массу негативных комментариев, но и привело к уголовному делу. Довольно жестокие кадры, где рослые парни толпой бьют одного, вызывают множество вопросов. Почему подростки едва ли не с радостью причиняют боль другому? Зачем всё это снимают на камеру? Каково было парню оказаться одному против всех? Откуда вообще берется такая жестокость? Эти вопросы мы адресовали психологам АНО поддержки инициатив «Новый взгляд» Ольге Бобрецовой и Марии Климовой — разбираемся вместе с ними.

Ольга Бобрецова — педагог-психолог, выпускница Поморского государственного университета им. М. В. Ломоносова. Стаж работы — более 20 лет. Специализируется на темах семьи, детства, работает с проблемой домашнего насилия. Является учредителем и директором АНО поддержки инициатив «Новый взгляд» в Архангельске. Мария Климова — психолог с опытом в сфере более 8 лет. Специализируется на работе с подростками, изучает проблему насилия, консультирует пострадавших от него (детей и взрослых). Также является специалистом-психологом АНО поддержки инициатив «Новый взгляд».

1

Как насилие может отразиться на психике подростка

Сирота из Коноши, приехавший учиться в новый для себя город, а встретивший там такой дикий «прием», отказался продолжать учебу. Как он переживет то, что случилось с ним в Вологодской области, предсказать сложно, объясняют психологи, — в таких вопросах всегда всё индивидуально.

— Этот опыт навсегда останется с ним: как он с этим будет жить, какова его дальнейшая жизненная стратегия будет, — время покажет, — комментирует психолог Ольга Бобрецова. — Здесь важно будет, какую поддержку юноша получит сейчас, какой жизненный опыт он имел до этого, насколько сильно он пропустил через себя сам факт избиения. Даже жертвы изнасилований по-разному относятся к тому, что с ними произошло: у кого-то хватает сил мобилизоваться и не впустить очень глубоко эти переживания. Это, знаете, как ожог — это в любом случае повреждение, но какой степени?

Мария Климова добавляет, что пережитое в подобных ситуациях может вылиться как просто в некую неуверенность в себе в будущем, так и превратиться в посттравматическое стрессовое расстройство.

На вопросы 29.RU по следам ситуации под Вологдой ответили психологи АНО поддержки инициатив «Новый взгляд»

На вопросы 29.RU по следам ситуации под Вологдой ответили психологи АНО поддержки инициатив «Новый взгляд»

Поделиться

2

Парень на видео почти не защищается: почему так может быть

Как отмечают наши собеседницы, противостоять насилию, угрозе применения силы — моральной или физической — всегда тяжело. Особенно когда, как в этом случае, человек оказался один на один с толпой. На видео можно заметить, юноша обидчикам почти не противостоит. Как объясняет 29.RU Ольга Бобрецова, такое поведение можно расценить как пассивное реагирование.

— Когда против тебя выступает так называемая стая, ситуация осложняется. Есть три стратегии реагирования на угрозу — стой, беги, кричи, — рассуждает психолог. — Бежать ему было некуда, потому что ребята заполонили всю комнату, ресурсов на крик, видимо, не хватило — смех и гул ребят заполонил бы его. Появилось состояние некоего оцепенения или бездействия. Это не значит, что он не сопротивляется, — сопротивление может быть и таким молчаливым, робким.

Мария Климова говорит, что реакция зависит от того, насколько подросток вообще адаптирован, что такие ситуации могут возникать, и знает, как с ними справляться.

— Он попал в состояние совершенной безысходности, в которой, вероятно, никогда и не был. У ребенка, у которого нет семьи, нет ощущения опоры и защиты. В этом плане госорганы, которые несут ответственность за него, всё равно не дают ему достаточной психологической защиты, чтобы он чувствовал себя максимально уверенным. Тут можно было бы вступить в диалог или убежать оттуда, но всё зависело от контекста ситуации, — считает Мария.

Поделиться

3

Почему толпа подростков могла себя так вести

По данным правительства Вологодской области, в издевательствах над 16-летним парнем так или иначе участвовали 18 человек. Сейчас устанавливается, насколько каждый из них ответственен за случившееся. Одни били, другие просто смотрели, третьи присоединялись в процессе.

Как отметили обе наши собеседницы, во многом ситуация «толпа на одного» могла возникнуть из-за стадного инстинкта, который в подростковом возрасте проявляется особенно ярко.

— Возможно, поодиночке они прошли бы мимо, но, когда такие дети собираются толпой: кто-то один завелся, другие поддержали, увидели, что это ситуация успеха, — подключились все. Это такая стайная история. Если видео внимательно посмотреть, там были ребята, которые вначале просто стояли, а потом захотели включиться. Это их компания, в которой они занимают определенный статус, поэтому получить поддержку в эмоциональном порыве — для них это важно, — считает Мария Климова.


Конечно, не каждый подросток будет вести себя именно так. Такое поведение, по словам психологов, характерно для тех ребят, в собственных семьях которых насилие воспринимается как норма. Хотя тот же результат может быть, и если у детей просто ослаблена связь с родителями.

— Важно подметить, что проявлять агрессию и насилие ребенок может независимо от социального статуса своей семьи: его родители могут занимать хорошую должность с хорошей зарплатой. Если так происходит, значит, в момент взросления родители не социализировали ребенка: они не общались или делали это поверхностно, не научили его каким-то реакциям. Также часто эти дети могут жить в семьях, где проявляют насилие: психологическое или физическое — неважно. Срабатывает такой момент: в семье я слабый, а чтобы сбросить это напряжение, я нахожу другого слабого, — комментирует Мария Климова.

Ольга Бобрецова отмечает, что сильно влияет на ребенка и то, с какими установками он сталкивается уже вне семьи: в детском саду, в школе. Там он часто знакомится с механизмом, когда вернуть свою вещь или прекратить оскорбления со стороны других удается с помощью насилия. Если нужный эффект достигнут, насильственная форма поведения закрепляется.

— Ощущение власти и безнаказанности, самоутверждение за счет другого овладевают незрелой психикой подростков. Исследования психофизиологов говорят нам, что мозг современного человека несколько тормозит свое развитие: лобные структуры мозга, отвечающие за осознанность, оценку своих действий, созревают примерно к 20 годам.



С детского сада детей до сих пор учат дать сдачи. Школа тоже очень иерархическая среда, там есть структура власти. Важно понимать, насколько уважительно и ненасильственно выстраивались отношения у этих детей в школе. Я консультирую, общаюсь со своими коллегами из педагогической среды и понимаю, что в современной школе учитель до сих пор часто отвечает на конфликт: «Разбирайтесь сами». Но не разберутся они сами никогда — не хватает жизненного опыта и инструментов для этого. Отмечу, что, по исследованиям, в 90% случаев педагоги сами являются инициаторами травли, — говорит Ольга Бобрецова.

Насилие среди подростков проявляется часто к тем, кто, как им кажется, не похож на них: это может быть человек с особенностями здоровья, развития. В слабой позиции оказываются и детдомовцы.

— В прошлом году и в начале этого мы (АНО поддержки инициатив «Новый взгляд». — Прим. ред.) реализовывали проект по президентскому гранту «Помогая себе, помогаю другим»: мы работали с сотрудниками детских домов, — рассказывает Ольга Бобрецова. — И мы поняли, что у нас до сих пор в обществе толерантность оставляет желать лучшего.



Как считают психологи, решить вопрос с подростками из Вологодской области, которые проявили насилие, отправив их, например, в колонию, — нельзя: попадание в криминальную среду сделает их еще более озлобленными.

— Нужно социализировать этих ребят, учить их принимать других людей, выходить на открытые конструктивные конфликты без насилия, повышать их эмоциональный интеллект. Пострадавшему тоже необходимо помочь: научить реагировать на трудные ситуации, безусловно, говорить с ним о его правах, о том, что никто не имеет право нарушать его границы, тем более причинять ему боль, — резюмирует Мария Климова.

Поделиться

4

Почему издевательства снимают на видео

Ситуацию в техникуме под Вологдой вряд ли обсуждала бы вся страна, не появись видео с избиением в соцсетях. То, что таких роликов становится больше, — реалия нашего мира, считают психологи.

— Молодежь в принципе уходит в цифровое пространство — это то обстоятельство, на которое мы влиять не можем. Но, если у ребенка сформированы принципы ненасилия, он не будет в это вовлекаться и предпочтет другой контент. Если насилие для подростка — некий бонус при самоопределении, то да, это ему будет интересно, — комментирует Ольга Бобрецова.

Она считает, что тем психологам, которые будут работать с участниками избиения, стоит обратить внимание, что ребята, помимо отрицательного опыта во всей этой ситуации, получили и положительный заряд — отчасти они стали известными:

— Этот фактор нужно учитывать в психологической работе. Что мешает ему быть продуктивным и известным по-другому — с этим надо работать. Психика незрелая, не сформировано до конца критическое мышление: они реально до конца не осознавали и, возможно, сейчас не осознают, что вообще произошло.

Поделиться

5

Когда в такой ситуации оказался домашний ребенок: советы родителям

Оказаться в ситуации, когда к тебе проявляет агрессию коллектив, может и домашний ребенок, приехавший в новый для себя город жить и учиться. Мы спросили у психологов, как родителям можно было бы распознать, что ребенку на новом месте плохо, как ему при этом помочь.

— Если у них крепкие отношения — вероятно, ребенок расскажет о проблеме сам. Но, даже если он решит не беспокоить родителей, будет молчать, они всё равно поймут: заметят апатию, какое-то пониженное настроение, раздражительность.



Но, прежде чем делать выводы, важно всё же поговорить с ребенком, так как всё перечисленное выше может быть причиной чего угодно. Важно задавать ребенку прямые вопросы, но не на уровне «как дела?», а спрашивать конкретно, с кем он учится, что это за ребята, где они живут, с кем он подружился, — советует Мария Климова.

Ольга Бобрецова говорит о том, что важно подумать, как ребенок будет приспосабливаться к миру вдали от вас, заранее.

— Главная задача воспитания — научить ребенка жить без взрослых: он должен уметь оценивать кризисы, риски, перспективы, возможности. Отправляя детей в техникумы, нужно разбирать, что может ждать там. Студенческие кампусы — это определенная закрытая территория: там есть воспитатели, коменданты, но их ресурса на всех детей не хватает, — считает Ольга Бобрецова.

В случае же с детьми из детских домов функцию родителя должны брать на себя социальные педагоги, кураторы группы в образовательных учреждениях:

— В Архангельской области с выпускниками детских домов оговаривают, как им быть дальше, какие трудности могут быть и как с ними справляться, но подхватить на новом месте этих ребят должны уже педагоги того учебного заведения, куда он попадает, — сопровождение таких детей какое-то время в любом случае должно происходить.

Поделиться

Автор

оцените материал

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Хочешь быть в курсе событий, которые происходят в Архангельске? Подпишись на нашу почтовую рассылку