Не могла стоять, есть и говорить: благодаря маме и врачам юная архангелогородка возвращается к жизни

23-летняя Анжелика Мымрина из поселка Октябрьский Устьянского округа полтора года восстанавливается после страшной аварии: травмы были настолько серьезными, что врачи не могли сказать, выживет ли она. За последнее время девушка побывала в нескольких реабилитационных центрах, в том числе в Москве, Нижегородской области и Чечне. Теперь Анжелика хоть и с трудом, но снова может ходить и говорить, и уже способна сама себя обслуживать. Мы поговорили с ней и ее мамой о том, что пришлось семье пройти за это время.

Наталии, матери Анжелики, до сих пор тяжело вспоминать, как началась эта история. 12 ноября 2023 года ей сообщили, что дочь попала в аварию — машина, в которой девушка ехала как пассажир, врезалась в столб. Автомобиль превратился в груду металлолома, водитель и еще один пассажир получили травмы, еще одна пассажирка отделалась испугом.

Больше всех пострадала Анжелика — у нее была открытая черепно-мозговая травма, ушиб мозга и множество переломов, в том числе в области головы и таза. После аварии ее вводили в искусственную кому и делали трепанацию черепа, а еще через четыре дня увезли из на вертолете в Архангельск.

— Все говорили, что она была не жилец. Но золотой час не был упущен — скорая в день аварии приехала вовремя. 16 ноября ее увезли в Архангельскую областную клиническую больницу, где провели множество операций. Ей склеивали таз, шинировали челюсть, проводили шунтирование, делали операции на голове, в ноге металл сейчас у нее. Состояние, конечно, было как качели: с ноября и до конца января — туда-сюда, туда-сюда, — вспоминает Наталия.

Зимой 2024 года Анжелику перевели из реанимации в отделение нейрохирургии и посоветовали родным искать реабилитационные центры, где дочери помогут восстановить здоровье.

— Перед Новым годом меня пускали к ней, тогда я ужаснулась — там лежал живой труп с открытым ртом, с открытыми глазами, ни на что не реагируя, — рассказывает мама девушки. — Я тогда чуть с ума не сошла, передо мной будто был не мой ребенок. А когда мы пришли к ней в палату в январе, она нас узнала и этим дала нам шанс. Тогда она весила 30 с небольшим килограмм, кожа и кости, на себя вообще была не похожа. Нам сказали: «Забирайте домой». А что «домой», умирать?

Подобрать нужный реабилитационный центр оказалось не так просто –пришлось выбирать из множества учреждений, какие именно могут подойти Анжелике. Кроме того, за обслуживание нужно было выложить немалую сумму денег. Чтобы оплачивать дорогостоящие процедуры семья открыла группу «ВКонтакте» для сбора средств.

Вначале было решено ехать в Москву, в «Клинику Лядова». Даже за одну дорогу до столицы пришлось заплатить 300 тысяч рублей — за такую сумму Анжелику и Наталию довезли на машине скорой помощи. Дешевле было бы доехать поездом, но для проезда в спецкупе у пациентки тогда еще не была оформлена инвалидность.

— Здесь нам никто не помог — ни скорую, ни вертолета не дали по ОМС, — говорит Наталия. — Сказали только, что, если мы поедем домой, то могут дать вертолет по Архангельской области. Приехала скорая из Москвы за 300 тысяч, чтобы перевезти тяжелого больного. Конечно, можно было дешевле найти, но у меня тогда вариантов не было. Я тогда в таком состоянии была, что, наверное, и миллион бы заплатила тогда. Ну, кто-то на таких пациентах зарабатывает деньги. А людям некуда деваться — заплатишь любые деньги, чтобы только ребенка вытащить, лишь бы помогло.

Начало было тяжелым — вся левая сторона тела Анжелики была парализована, стоять и сидеть ей было больно, ни есть, ни говорить она не могла. За первые месяцы бездействия мышцы атрофировались и на процедурах девушка чувствовала сильную боль. Но постепенно ситуация менялась.

Мама девушки признается, что в некоторые моменты ей не хотелось жить, но она говорила себе, что надо продолжать ради дочери, которая борется за свое состояние.

— Первые шаги дочь делала с тренером ЛФК, в брусьях — без слез на это было не взглянуть, — вспоминает Наталия. — Когда ее поставили, она кричала. Даже встать или сесть ей было тяжело. Потом ей стали вешать грузы на ноги, потом учили забираться в гору. Вот так — потихоньку, помаленьку, маленькими шажочками… Но что нас удивило, буквально спустя месяц после нахождения там она взяла в руки телефон и начала им пользоваться, как будто вообще его не забывала.

После Москвы Анжелика поехала в реабилитационный центр в чеченском городе Аргун. Там благодаря занятиям с логопедом и нейропсихологом она начала говорить и самостоятельно есть.

— Однажды ей какую-то палочку дали пластмассовую, она пожевала ее. А через несколько дней приходим с ЛФК — она берет ложку и начинает есть суп сама, как всегда и делала. Так же и слова. Первыми были — «мама», «да», «нет», «не надо». Потом — всё больше и больше. В центре Лядова счета были миллионные, а в Чеченской республике нам выставили за 2,5 месяца около 500 тысяч рублей — по сравнению с Москвой это очень дешево, — говорит Наталия.

Затем в Федеральном центре мозга и нейротехнологий ей сделали краниопластику на черепе, чтобы закрыть пластиной дефект кости после аварии.

— Нам сказали, что после этого либо будет откат назад, либо всё будет хорошо. И вот тьфу-тьфу-тьфу, после этого — как в гору. Улучшение быстрее началось. Она вспомнила всё, что было до аварии. Перед Новым годом мы приехали домой уже на своих ногах. Она начинала ходить с тросточкой, а до этого она даже не могла пересесть с коляски на кровать.

С начала реабилитации семье пришлось заплатить более 5 миллионов рублей. После приезда из Чечни Анжелика стала проходить лечение уже бесплатно, по полису ОМС.

— Понятно, что переезды сейчас не дешевые, но теперь мы справляемся сами. У Анжелики есть пенсия, есть поддержка родственников, сын у меня работает, и так далее. Если посчитать — мы потратили за полгода реабилитации больше 5 миллионов. В «Клинике Лядова» мы провели четыре месяца, плюс реабилитация в Чечне. Еще была сиделка — 150 тысяч в месяц, койко-место, сбор анализов, медицинские расходники. Питание очень дорогое, так как надо было вес набирать. Но мы еще обошлись, как говорится, малой кровью, — считает Наталия.

Мать девушки рассказывает, что до злополучной аварии дочь была жизнерадостной, стойкой и целеустремленной. Анжелика работала в гостиничном комплексе «Малиновка», училась в Ярославле и даже некоторое время жила в Вологде. Но там ей не понравилось и незадолго до ДТП она вернулась домой и устроилась назад в «Малиновку».

— Она очень любит свой Устьянский район, наш поселок. Говорила: «Я-то уже всё, отсюда больше никуда не поеду». И я отсюда никуда не хочу уезжать, нам там очень нравится. У нас самая красивая природа в Октябрьском, комфортно, нет пробок. До Москвы нам — ближе чем до Архангельска, — объясняет Наталия.

Также мама говорит, что до аварии Анжелика была ее незаменимой помощницей — на нее во всем можно было положиться в рабочих вопросах. Упоминает она и ее характер — в прошлом у них бывали и ссоры.

— Знаете, вот что я вам скажу — это две разные дочери. И мне иногда не хватает той, которая была до аварии. Чтобы она сказала: «Ну всё, хватит!», хлопнула дверью и уехала. Вот как меняет авария, конечно. Не убежишь, не уедешь — заложник ситуации. Сейчас она уже слова не скажет, как раньше — она понимает и видит, сколько я ей отдаю всю себя. Ну, бывает, если достану совсем, то ответит. А так: «Мам, я все понимаю, ну всё, хватит».

Водителю, который находился за рулем разбитой машины, дали три года колонии-поселения. Кроме того, он оглох на одно ухо, а еще один парень, сидевший сзади, получил травму и долго находился в больнице. Подруга Анжелики, находившаяся сзади, не пострадала. Машина восстановлению не подлежит.

— Парня-водителя тоже жалко. Он до суда, конечно, извинялся, как тут не простишь — она же жива осталась. Знаете, я сама езжу за рулем, ведь человек ни от чего не застрахован. Так что зла я ни на кого не держу. Анжелика так же говорит.

Наталия говорит, что после аварии Анжелика стала меньше общаться с друзьями — и дело даже не в ее состоянии, просто у подруг стало больше своих семейных дел. Исключение составляет Ирина, которая находилась в машине в день ДТП. Она регулярно навещает Анжелику, приходит к ней после работы, в выходные и даже ночует у них.

Сама Анжелика сейчас разговаривает отдельными словами и фразами. В разговоре с 29.RU она объяснила, что сейчас ей приходится многому учиться заново.

— Я занимаюсь на беговой дорожке. Работала. Ручкой, — рассказала она.

На вопрос о том, какие сейчас у нее есть мечты девушка отвечает так:

— Здоровье. Главное здоровье. Ничего не надо. Здоровье. Всё будет, но не сразу.

А на вопрос, какая у нее есть мечта, Анжелика несколько раз уверенно повторяет: «Машина». Наталия же признается, что с момента ДТП с опаской относится к автомобилям.

— Я очень боюсь сейчас ездить за рулем. У меня большой стаж, я раньше ездила везде, по другим городам. Но после аварии я передвигаюсь только по своей местности. Она ничего не боится, а я боюсь. Ну, видимо, молодые, ничего не боятся. У меня сын тоже за рулем ездит — за него я тоже переживаю, — рассказывает Наталия.

Сейчас Анжелика и Наталия снова собираются поступать в реабилитационный центр в Архангельске, а также мечтают в третий раз съездить в Нижегородскую область, в местный центр «Янтарь». Обычная жизнь тоже идет своим чередом.

— Недавно мы решили позволить себе отдых, в июне съездили семьей в Сочи, в Абхазию, — говорит Наталия. — Купались в море, набрались сил, готовы к новому. Сейчас приехали в Первую городскую больницу на ботулинотерапию, чтобы размягчить мышцы. После мы едем в реабилитационный центр на Тимме для растяжки руки — у нее стопроцентнышансы на восстановление.

По словам матери, Анжелика уже может оставаться одна дома, сама подогревает еду и моется. Правда, пришлось переучиться из левши в правшу — пока что левая рука не действует, как раньше. Но всё равно прогресс в быту очень заметен — точно так же, как заметны врачам физические изменения тела.

— Нам московский профессор сказал, смотря ее эпикриз: «Я такой случай вижу впервые. Либо случилось чудо, либо у нее очень сильное желание восстановиться». А у нее дейстивтельно дикое желание. Она всегда на позитиве, она не расстраивается вообще. Было — и было, она идет только вперед. У нее только всегда позитивные мысли. Она молодец, очень сильный человек.

Школьница Софья Давыдова из Архангельской области перенесла инсульт в 16 лет. Восстановиться ей помогает мама Мария, которая сама не так давно пережила серьезную травму: женщина попала под автобус и получила сложнейший перелом позвоночника.

Сергей Бусулаев пролежал без сознания три года и очнулся, когда на это уже никто не надеялся. Последние пару лет он посещает реабилитационные центры и восстанавливает свои мышцы. Передвигавшийся исключительно на инвалидной коляске, теперь ходит без посторонней помощи.

Елена Пузанова вынуждена передвигаться в инвалидной коляске. У нее детский церебральный паралич. Но девушка не относится к диагнозу как к приговору. Она пишет прозу и стихи.

Александр Кузьменко потерял руки и ноги — их ему ампутировали после сильного обморожения, когда он уснул на улице. Тем не менее после такого удара судьбы северянин освоил киберконечности и создал большую семью.